Сохранит ли Франция «завоевания трудящихся»?

Во Франции вот уже три месяца с лишним проходят массовые акции протеста против реформы трудового кодекса — так называемого «закона эль-Хомри», названного так по имени Мириам ЭЛЬ-ХОМРИ, министра труда в правительстве социалистов. Сотни тысяч людей выодят на улицы Парижа, Марселя, Лилля и других французских городов. Не только рабочие, но также студенты, преподаватели и старшеклассники откликнулись на призывы коммунистической профсоюзной организации — Всеобщей конфедерации труда (Confédération générale du travail — CGT), — и других левых профсоюзов. Они требуют полностью отменить закон, который предполагает «больше работы за меньшие деньги», «ухудшение условий первого найма» и другие продвигаемые работодателями меры. 

Об этом пишет историк и специалист по международным отношениям Дмитрий ДОБРОВ на страницах сетевого издания ИноСМИ, полагая, что, в данном  случае, опыт Франции имеет колоссальное значение для ЕС, поскольку должен показать, можно ли сохранить «права трудящихся» на нынешнем этапе НТР и в условиях глобализации, — или снижение социальных издержек любым способом всех в конце концов превратит в «третий мир».

088e0394-0df6-438b-874f-bf12e192d6bc

В чем суть реформы?

«Реформа эль Комри» (так в оригинале. — Left.BY) сравнивается с неолиберальными реформами Шрёдера в Германии, Тэтчер в Великобритании и Рейгана в США. Может быть, до уровня этих реформ она не дотягивает, но для Франции это несомненно смелая попытка модернизировать консервативные трудовые отношения.

Практически реформа означает облегчённую процедуру увольнения и найма, возможность законным путём выйти за рамки официальной 35-часовой рабочей недели, снизить оплату сверхурочных часов. Ограничиваются права профсоюзов и трудовых советов, а вместо жёстких пунктов, прописанных в общенациональном кодексе труда, хозяева и трудовые колллективы смогут вырабатывать свои индивидуальные соглашения.

Реформа — почему сейчас?

Социально-экономические проблемы Франции, где очень давно не проводилось структурных реформ, достигли критического уровня. Вот уже два десятилетия французская экономика стагнирует, уровень безработицы не опускается ниже 10% трудоспособного населения. Это вдвое больше, чем в Германии или странах Бенилюкса. В конце февраля число безработных достигло 3,6 миллиона человек — рекордный показатель за последние 15 лет. Францию уже называют «больным человеком» Европы, как в 70-е годы — Великобританию, а в конце 90-х — Германию.

В августе прошлого года министром экономики был назначен 36-летний Эммануэль МАКРОН — убежденный либерал-монетарист. Одним из первых его заявлений стала возможность отказа от 35-часовой рабочей недели, которая была введена в 2000 году премьером-социалистом Лионелем ЖОСПЕНОМ и считается среди французских левых одним из главных «социальных завоеваний». Новый министр экономики решил придерживаться экономической стратегии, предлагаемой Брюсселем и Берлином. То есть — режима бюджетной экономии и дерегулирования рынка труда. По его замыслу, реформа должна стать главным рычагом по выводу страны из стагнации. Макрон назвал ошибочным убеждение французов, что они станут жить лучше, если будут меньше работать. Хотя реформа носит имя министра труда Аль Комри, её инициатором является именно Эмманюэль МАКРОН. По мнению консервативной Le Figaro, эта амбициозная, даже революционная программа даст свободу предприятиям организовывать производство по своему усмотрению, что позволит Франции наконец-то адаптироваться к новым реалиям труда. Газеты считает примечательным тот факт, что министр-социалист решил избавиться от социалистических табу. На такое не решилось бы даже правоцентристское правительство.

Почему столь яростный протест?

Реформа затрагивает саму суть французской системы трудовых отношений, сложившуюся за сто лет «классовых боев». Французы привыкли жить и работать в рамках чрезвычайно регламентированной системы, защищающей права трудящихся от «эксплуатации» работодателей. Поэтому против неолиберальной реформы выступают 70% французов, которые считают её «историческим регрессом». Они видят в реформе демонтаж «социального государства», торжество глобализации, уничтожение прав не только рабочего класса, но и всех лиц наёмного труда. Реформа действительно означает упразднение многих «завоеваний трудящихся», достигнутых в значительной степени благодаря компартии Франции и подконтрольной ей конфедерации профсоюзов CGT. Коммунистические профсоюзы были движущей силой «прогрессивных» изменений во французском трудовом законодательстве, начиная с 20-х годов прошлого века. В 1936 году им удалось добиться оплачиваемых отпусков — впервые в истории страны. Затем рабочий день был сокращен с 48 до 40 часов, а в 2000 году — до 35. Однако с распадом Советского Союза коммунисты и связанные с ними профсоюзы лишились внешней поддержки, в то время как эрозия рабочего класса в постиндустриальном обществе ослабила их внутреннюю базу.

Кто за реформу?

Кроме работодателей, за реформу выступают представители нового класса, сформированного «дигитальной революцией»: айтишники, индивидуальные предприниматели, лица свободных профессий, фрилансеры, банковские трейдеры и многие другие, чья деятельность не связана со старой «цеховой культурой». Либеральные экономисты считают, что нынешняя система трудовых соглашений связана с отмирающей, «фордистской» моделью экономики, когда заключались договоры больших масс промышленных рабочих с боссами индустрии, но она не соответствует новому, «дигитальному» этапу научно-технической революции.

Почему французы не хотят меняться?

Франция — страна революционных традиций и вековой борьбы за «права трудящихся». Французам удалось добиться наиболее «социалистического» в западном мире трудового законодательства. Хотя в условиях глобализации и «дигитальной революции» старая система трудовых отношений изживает себя, французы не хотят её менять, их жизнь остаётся достаточно комфортной — за счёт наращивания государственного долга. Французские левые, а вернее, всё общество, не готовы пересмотреть свои базовые ценности, признать необходимость тяжёлого труда, жёсткой конкуренции и опредёленного аскетизма в жизни. Их больше устраивает 35-часовая рабочая неделя, двухчасовые перерывы на обед, неработающий август по всей стране.

Все попытки, как левых, так и правых правительств, до сих пор наталкивались на знаменитый «французский менталитет». «Защита прав трудящихся» по-французски означает отказ от любого компромисса с работодателями. Главный противник реформы — профсоюзы, которые ослабли, но сохранили во Франции сильное влияние. По мнению профсоюзов, французский трудовой кодекс совершенствовался в течение ХХ века, чтобы защитить наёмного работника от диктатуры хозяина, которому необходимо снижать себестоимость любой ценой. Нынешний трудовой кодекс, говорят они, — результат столетней борьбы, крови и слёз, забастовок и манифестаций. Технократы в правительстве социалистов не имеют права просто так взять и переписать этот закон.

Каковы шансы на успех реформы?

Наблюдатели считают, что провести реформу трудового кодекса в Национальной ассамблее будет трудно, она уже вызвала раскол в правящей Социалистической партии. Есть юридические возможности утвердить её без голосования, но тогда она не будет достаточно легитимной.

Но так и случилось. Согласно пункту «49.3» Конституции страны, премьер-министр, будучи уверен в необходимости принятия закона, своей властью и под свою ответственность проводит текст через парламент без голосования. В этом случае проект считается принятым, если парламент в соответствии с пунктом «49.2» не выносит на рассмотрение и не принимает большинством голосов вотум недоверия правительству. Французский премьер Мануэль ВАЛЬС провёл законопрект без голосования. Оппозиция, разумется, инициировала принятие вотума недоверия правительству, которое французский парламент отклонил. Несмотря на то, что вотум был выдвинут правыми, его поддержали некоторые депутаты от Соцпартии, а также коммунисты. Они открыто высказали несогласие с проектом выдвинутой правительством реформы трудового кодекса. В связи с провалом «вотума» поправки в трудовое законодательство Франции вступили в силу. — Left.BY.

По мнению критиков «справа», реформа не идет достаточно далеко в плане дерегулирования труда, она не отражает новой реальности XXI века, делая упор на увольнениях и перезаключении коллективных договоров, продолжая тем самым традицию XIX и XX веков (умирающей «фордистской» экономики).

Критики закона «слева» считают, что либерализация рынка труда не приведёт к экономическом росту, не увеличит спрос. Главное — не условия найма, а уменьшение себестоимости продукции. Но если все страны ЕС будут снижать издержки любым способом, это превратит Евросоюз в Китай.

Скорее всего, наиболее острые пункты реформы смягчат и одобрят в компромиссном варианте. Однако дело на этом не остановится, это только начало коренных реформ трудовых отношений во Франции. Если социалисты взялись сейчас за работников частного сектора, то консерваторы, которые придут к власти в 2017 году, примутся за госслужащих, тоже имеющих свои «социалистические» привилегии. Иначе французской экономике не выжить. Глобализация и «дигитальная революция» кардинально изменили рынок труда. Роботизация производства, сокращение численности трудовых коллективов, работа фрилансеров на дому, создание стартапов, социальных сетей — всё это неизбежно потребует дальнейшего дерегулирования трудовых (цеховых) отношений. Лучше всего это демонстрирует нынешний конфликт вокруг автомобильной онлайн-службы Uber, против которой восстал весь цех традиционных таксистов.

По своему опыт Франции имеет колоссальное значение, он должен показать, можно ли сохранить «права трудящихся» на нынешнем этапе научно-технической революции, в условиях глобализации и при отсутствиии внешней поддержки в лице Советского Союза.

Источник — ИноСМИ

________

Тем временем, 28 июня,по данным крупнейшего французского профсоюза — Всеобщей конфедерации труда, — на улицы французских городов снова вышло около 200 тысяч человек. Митинги против реформы трудового кодекса прошли в Париже, Марселе, Лионе и Бордо, сообщает ТАСС.

Фото: EPA/IAN LANGSDON

Фото: EPA / Ian Langsdon

Во французской столице, в частности, в шествии, по данным профсоюзов, приняли участие 55 тыс. митингующих (в то же время, по оценкам полиции, их было всего 14-15 тысяч). Манифестанты по согласованию с мэрией прошли по восточным бульварам столицы: от площади Бастилии до площади Италии. При этом стражи порядка задержали 40 человек.

Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

Массовые акции протеста потрясают Францию уже три месяца: поочередно были блокированы транспортные сети, затем НПЗ, что даже привело к кратковременному к дефициту топлива, а потом коммунальные службы и свалки. Стачечное движение продолжается, несмотря на проведение Евро-2016, — напоминает ТАСС.

Äåíü çàáàñòîâîê è ïðîòåñòîâ ïðîòèâ ðåôîðìû òðóäîâîãî êîäåêñà âî Ôðàíöèè

Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

28 июня было приурочено, в частности, к голосованию по спорному законопроекту в Сенате Франции.

______

Читать ещё:

Битва за Францию

Протесты во Франции: интервью с рабочим активистом Домиником ФЕРРЕ

Во Франции готовится всеобщая стачка!


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


девять + 4 =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Сохранит ли Франция «завоевания трудящихся»?

088e0394-0df6-438b-874f-bf12e192d6bc 01/07/2016

Во Франции вот уже три месяца с лишним проходят массовые акции протеста против реформы трудового кодекса — так называемого «закона эль-Хомри», названного так по имени Мириам ЭЛЬ-ХОМРИ, министра труда в правительстве социалистов. Сотни тысяч людей выодят на улицы Парижа, Марселя, Лилля и других французских городов. Не только рабочие, но также студенты, преподаватели и старшеклассники откликнулись на призывы коммунистической профсоюзной организации — Всеобщей конфедерации труда (Confédération générale du travail — CGT), — и других левых профсоюзов. Они требуют полностью отменить закон, который предполагает «больше работы за меньшие деньги», «ухудшение условий первого найма» и другие продвигаемые работодателями меры. 

Об этом пишет историк и специалист по международным отношениям Дмитрий ДОБРОВ на страницах сетевого издания ИноСМИ, полагая, что, в данном  случае, опыт Франции имеет колоссальное значение для ЕС, поскольку должен показать, можно ли сохранить «права трудящихся» на нынешнем этапе НТР и в условиях глобализации, — или снижение социальных издержек любым способом всех в конце концов превратит в «третий мир».

088e0394-0df6-438b-874f-bf12e192d6bc

В чем суть реформы?

«Реформа эль Комри» (так в оригинале. — Left.BY) сравнивается с неолиберальными реформами Шрёдера в Германии, Тэтчер в Великобритании и Рейгана в США. Может быть, до уровня этих реформ она не дотягивает, но для Франции это несомненно смелая попытка модернизировать консервативные трудовые отношения.

Практически реформа означает облегчённую процедуру увольнения и найма, возможность законным путём выйти за рамки официальной 35-часовой рабочей недели, снизить оплату сверхурочных часов. Ограничиваются права профсоюзов и трудовых советов, а вместо жёстких пунктов, прописанных в общенациональном кодексе труда, хозяева и трудовые колллективы смогут вырабатывать свои индивидуальные соглашения.

Реформа — почему сейчас?

Социально-экономические проблемы Франции, где очень давно не проводилось структурных реформ, достигли критического уровня. Вот уже два десятилетия французская экономика стагнирует, уровень безработицы не опускается ниже 10% трудоспособного населения. Это вдвое больше, чем в Германии или странах Бенилюкса. В конце февраля число безработных достигло 3,6 миллиона человек — рекордный показатель за последние 15 лет. Францию уже называют «больным человеком» Европы, как в 70-е годы — Великобританию, а в конце 90-х — Германию.

В августе прошлого года министром экономики был назначен 36-летний Эммануэль МАКРОН — убежденный либерал-монетарист. Одним из первых его заявлений стала возможность отказа от 35-часовой рабочей недели, которая была введена в 2000 году премьером-социалистом Лионелем ЖОСПЕНОМ и считается среди французских левых одним из главных «социальных завоеваний». Новый министр экономики решил придерживаться экономической стратегии, предлагаемой Брюсселем и Берлином. То есть — режима бюджетной экономии и дерегулирования рынка труда. По его замыслу, реформа должна стать главным рычагом по выводу страны из стагнации. Макрон назвал ошибочным убеждение французов, что они станут жить лучше, если будут меньше работать. Хотя реформа носит имя министра труда Аль Комри, её инициатором является именно Эмманюэль МАКРОН. По мнению консервативной Le Figaro, эта амбициозная, даже революционная программа даст свободу предприятиям организовывать производство по своему усмотрению, что позволит Франции наконец-то адаптироваться к новым реалиям труда. Газеты считает примечательным тот факт, что министр-социалист решил избавиться от социалистических табу. На такое не решилось бы даже правоцентристское правительство.

Почему столь яростный протест?

Реформа затрагивает саму суть французской системы трудовых отношений, сложившуюся за сто лет «классовых боев». Французы привыкли жить и работать в рамках чрезвычайно регламентированной системы, защищающей права трудящихся от «эксплуатации» работодателей. Поэтому против неолиберальной реформы выступают 70% французов, которые считают её «историческим регрессом». Они видят в реформе демонтаж «социального государства», торжество глобализации, уничтожение прав не только рабочего класса, но и всех лиц наёмного труда. Реформа действительно означает упразднение многих «завоеваний трудящихся», достигнутых в значительной степени благодаря компартии Франции и подконтрольной ей конфедерации профсоюзов CGT. Коммунистические профсоюзы были движущей силой «прогрессивных» изменений во французском трудовом законодательстве, начиная с 20-х годов прошлого века. В 1936 году им удалось добиться оплачиваемых отпусков — впервые в истории страны. Затем рабочий день был сокращен с 48 до 40 часов, а в 2000 году — до 35. Однако с распадом Советского Союза коммунисты и связанные с ними профсоюзы лишились внешней поддержки, в то время как эрозия рабочего класса в постиндустриальном обществе ослабила их внутреннюю базу.

Кто за реформу?

Кроме работодателей, за реформу выступают представители нового класса, сформированного «дигитальной революцией»: айтишники, индивидуальные предприниматели, лица свободных профессий, фрилансеры, банковские трейдеры и многие другие, чья деятельность не связана со старой «цеховой культурой». Либеральные экономисты считают, что нынешняя система трудовых соглашений связана с отмирающей, «фордистской» моделью экономики, когда заключались договоры больших масс промышленных рабочих с боссами индустрии, но она не соответствует новому, «дигитальному» этапу научно-технической революции.

Почему французы не хотят меняться?

Франция — страна революционных традиций и вековой борьбы за «права трудящихся». Французам удалось добиться наиболее «социалистического» в западном мире трудового законодательства. Хотя в условиях глобализации и «дигитальной революции» старая система трудовых отношений изживает себя, французы не хотят её менять, их жизнь остаётся достаточно комфортной — за счёт наращивания государственного долга. Французские левые, а вернее, всё общество, не готовы пересмотреть свои базовые ценности, признать необходимость тяжёлого труда, жёсткой конкуренции и опредёленного аскетизма в жизни. Их больше устраивает 35-часовая рабочая неделя, двухчасовые перерывы на обед, неработающий август по всей стране.

Все попытки, как левых, так и правых правительств, до сих пор наталкивались на знаменитый «французский менталитет». «Защита прав трудящихся» по-французски означает отказ от любого компромисса с работодателями. Главный противник реформы — профсоюзы, которые ослабли, но сохранили во Франции сильное влияние. По мнению профсоюзов, французский трудовой кодекс совершенствовался в течение ХХ века, чтобы защитить наёмного работника от диктатуры хозяина, которому необходимо снижать себестоимость любой ценой. Нынешний трудовой кодекс, говорят они, — результат столетней борьбы, крови и слёз, забастовок и манифестаций. Технократы в правительстве социалистов не имеют права просто так взять и переписать этот закон.

Каковы шансы на успех реформы?

Наблюдатели считают, что провести реформу трудового кодекса в Национальной ассамблее будет трудно, она уже вызвала раскол в правящей Социалистической партии. Есть юридические возможности утвердить её без голосования, но тогда она не будет достаточно легитимной.

Но так и случилось. Согласно пункту «49.3» Конституции страны, премьер-министр, будучи уверен в необходимости принятия закона, своей властью и под свою ответственность проводит текст через парламент без голосования. В этом случае проект считается принятым, если парламент в соответствии с пунктом «49.2» не выносит на рассмотрение и не принимает большинством голосов вотум недоверия правительству. Французский премьер Мануэль ВАЛЬС провёл законопрект без голосования. Оппозиция, разумется, инициировала принятие вотума недоверия правительству, которое французский парламент отклонил. Несмотря на то, что вотум был выдвинут правыми, его поддержали некоторые депутаты от Соцпартии, а также коммунисты. Они открыто высказали несогласие с проектом выдвинутой правительством реформы трудового кодекса. В связи с провалом «вотума» поправки в трудовое законодательство Франции вступили в силу. — Left.BY.

По мнению критиков «справа», реформа не идет достаточно далеко в плане дерегулирования труда, она не отражает новой реальности XXI века, делая упор на увольнениях и перезаключении коллективных договоров, продолжая тем самым традицию XIX и XX веков (умирающей «фордистской» экономики).

Критики закона «слева» считают, что либерализация рынка труда не приведёт к экономическом росту, не увеличит спрос. Главное — не условия найма, а уменьшение себестоимости продукции. Но если все страны ЕС будут снижать издержки любым способом, это превратит Евросоюз в Китай.

Скорее всего, наиболее острые пункты реформы смягчат и одобрят в компромиссном варианте. Однако дело на этом не остановится, это только начало коренных реформ трудовых отношений во Франции. Если социалисты взялись сейчас за работников частного сектора, то консерваторы, которые придут к власти в 2017 году, примутся за госслужащих, тоже имеющих свои «социалистические» привилегии. Иначе французской экономике не выжить. Глобализация и «дигитальная революция» кардинально изменили рынок труда. Роботизация производства, сокращение численности трудовых коллективов, работа фрилансеров на дому, создание стартапов, социальных сетей — всё это неизбежно потребует дальнейшего дерегулирования трудовых (цеховых) отношений. Лучше всего это демонстрирует нынешний конфликт вокруг автомобильной онлайн-службы Uber, против которой восстал весь цех традиционных таксистов.

По своему опыт Франции имеет колоссальное значение, он должен показать, можно ли сохранить «права трудящихся» на нынешнем этапе научно-технической революции, в условиях глобализации и при отсутствиии внешней поддержки в лице Советского Союза.

Источник — ИноСМИ

________

Тем временем, 28 июня,по данным крупнейшего французского профсоюза — Всеобщей конфедерации труда, — на улицы французских городов снова вышло около 200 тысяч человек. Митинги против реформы трудового кодекса прошли в Париже, Марселе, Лионе и Бордо, сообщает ТАСС.

Фото: EPA/IAN LANGSDON

Фото: EPA / Ian Langsdon

Во французской столице, в частности, в шествии, по данным профсоюзов, приняли участие 55 тыс. митингующих (в то же время, по оценкам полиции, их было всего 14-15 тысяч). Манифестанты по согласованию с мэрией прошли по восточным бульварам столицы: от площади Бастилии до площади Италии. При этом стражи порядка задержали 40 человек.

Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

Массовые акции протеста потрясают Францию уже три месяца: поочередно были блокированы транспортные сети, затем НПЗ, что даже привело к кратковременному к дефициту топлива, а потом коммунальные службы и свалки. Стачечное движение продолжается, несмотря на проведение Евро-2016, — напоминает ТАСС.

Äåíü çàáàñòîâîê è ïðîòåñòîâ ïðîòèâ ðåôîðìû òðóäîâîãî êîäåêñà âî Ôðàíöèè

Фото: Александр Демьянчук / ТАСС

28 июня было приурочено, в частности, к голосованию по спорному законопроекту в Сенате Франции.

______

Читать ещё:

Битва за Францию

Протесты во Франции: интервью с рабочим активистом Домиником ФЕРРЕ

Во Франции готовится всеобщая стачка!

By
@
backtotop