Как повлияет Майдан на ситуацию в Беларуси?

Ситуация в Украине взволновала постсоветское пространство. Пока об отклике белорусов на события «Евромайдана» можно судить по возросшей активности пользователей социальных сетей и поляризации их мнений. В ожидании данных социологических опросов и политологической аналитики мы задали белорусским общественным деятелям, политологам, экономистам и публицистам вопрос:

Захочет ли изменений общество Беларуси в свете событий украинского Майдана? Мотивирует или отпугнет опыт Украины от борьбы за расширение социальных возможностей и демократических прав?

Владимир МАЦКЕВИЧ, глава Рады Международного консорциума «ЕвроБеларусь»

Часть беларусского общества хотела и хочет перемен. Так было до Майдана, и так будет после. Как изменился процент тех, кого Майдан активизируют, а кого напугал и демотивирует, на глаз определить нельзя. Не думаю, что это можно выяснить соцопросом. Это проверяется только действием, на практике. Дело ведь не столько в желании или нежелании перемен, а в готовности платить за это ту, или иную цену. Майдан показал, какой высокой может быть эта цена. На меньшую цену найдется много желающих, а цену февральских событий готовы заплатить не многие. Но они есть.

Олег НОВИКОВ, председатель партии «Зелёные»

Белорусское общество очень далеко от понимания природы лозунгов Майдана, среди которых превалируют националистические и достаточно абстрактные (тема наследия казачества, достоинства личности, божьего промысла). Поэтому оценка Майдана среднестатистическим белорусским гражданином зависит, прежде всего, от социально-экономических результатов революции. В ближайшее время мегапрорывы здесь вряд ли возможны, а поток инфы про зажим русского языка и какие-то криминал-революционные перегибы на местах и без того усилят нынешнюю настороженно-отрицательную реакцию населения.
С другой стороны, Майдан поднял проблему активной части общества – молодежи и среднего класса, многих из которых от новостей из Киева переклинило жечь покрышки. Но тут уже вопрос технический: дадут ли комментаторам Хартии-97 легально собраться и запустить маховик раскачивания лодки? Такой сценарий весьма сомнителен из-за различий в структурах обществ (отсутствие западно-украинского фактора, обеспечившего первоначальную массовку на Майдане), предсказуемой мобилизации наших силовиков, монополии медийного пространства. Но какие-то поползновения явно будут.
Социальные протесты в РБ не имеют политической окраски: они направлены не столько против президента и режима, сколько ориентированы на экономические бонусы.
Мотив «вот украинцы же смогли», наверное, в курилках и будет озвучен, но вряд ли он будет искрой для выражения недовольства. Также можно предположить, что режим постарается как минимум до окончания выборов 2015-го не трогать “социалку”.

Виталий ЛАПТЁНОК, экономист, проект-менеджер портала TUT.BY

Полагаю, что наше общество довольно сильно поляризовано, и конфликт в Украине увеличит разрыв между теми, кто «за», и кто «против». Те, кто против, поняли, что если очень хочется, то можно. Те, кто «за» еще раз убедились в том, что протест — штука явно не способствующая стабильности.
Многое решат и ближайшие месяцы: сможет ли революция удержать свою победу или станет на службу новым-старым коррупционерам?
Не стоит забывать, что та информация, которая доходит до Минска зачастую имеет мало общего с действительностью. Это неудивительно, ведь и в Киеве была и до сих пор есть совершеннейшая неразбериха и полное отсутствие понимания, что на самом деле происходит. Поэтому и мнения людей могут быть совершенно неадекватны реальным событиям.
В любом случае, украинская революция заставит и поможет белорусам понять, что можно быть хозяином своей страны. И что для того, чтобы победить, нужно чем-то жертвовать.
Думаю, что она заставит задуматься и о том, что уличный протест — не единственный и очень опасный способ влияния на власть.

Татьяна ЧИЖОВА, исследователь института «Палітычная сфера»

Данное событие однозначно с самого начала вдохновляло, а теперь (после победы оппозиции при помощи украинской волшебной палочки «Майдан») еще больше вдохновит политактив и политизированное меньшинство – отечественных национал-демократов и либералов. Скорее всего, вдохновит романтическую молодежь без определенных политических пристрастий.
Что касается условного «среднего обывателя» — той части населения, которая даже если чем-то недовольна, то не готова бастовать или выходить на площадь, — ее события в Украине скорее заставят еще прочнее ухватиться за какую-никакую пресловутую стабильность (порядок на улицах, необходимый прожиточный минимум, гарантии безопасности в обмен на политическую лояльность).
Другое дело, чем обернутся этот и следующий год: цены растут с космической скоростью, а зарплаты со скоростью черепахи, от имени властных функционеров стали поступать заявления об ограничении пользования бесплатной медициной, о полной оплате питания детей в школах и прочее. Государство сбрасывает с себя социальные обязательства. Упомянутый «обыватель» в ответ может сбросить с себя свойственную ему лояльность. А ведь на одних только палках лояльность не удержишь.

Юрий ГЛУШАКОВ, журналист, заместитель председателя партии «Зеленые»

На мой взгляд, подавляющее большинство беларусов воспринимает Евромайдан резко отрицательно. Развязанное там насилие, происходящие в Киеве и регионах убийства, погромы, разрушения памятников едва ли способны вселить в обычного человека оптимизм и желание повторить все это у себя дома. При этом впервые за все послевоенные десятилетия на территории бывшего СССР так откровенно стремятся пересмотреть итоги и оценки Второй мировой войны, Победа в которой сакрализована в памяти белорусов. Результаты любых социологических опросов подтвердят это — отношение нашего населения к Майдану преимущественно негативное. Неприятие Майдана будет преобладать, наверное, даже у молодежи, по крайне мере, в большинстве регионов Беларуси — прежде всего из-за негативного отношения его активистов к российской культурной традиции.
В этом смысле Евромайдан может лишь укрепить позиции действующей власти и еще более ослабить влияние белорусской оппозиции, и без того не пользующейся широкой популярностью. Особенно в контексте того, что большинство ее лидеров громко приветствовали происходящее в Украине. Но нельзя и не учитывать того, что у радикальной части оппозиции события в Украине могут вызвать эйфорию и желание повторить опыт Майдана. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Севярын Квяткоўскі, журналіст

Беларускае грамадства ўжо паказала, што можа спантанна, непланавана грамадскімі дзеячамі, выходзіць з пратэстам. Я маю на ўвазе не толькі далёкія 1990-я, але нядаўні 2011 з маўклівымі акцыямі пратэсту. Розніца беларусаў ад украінцаў сярод іншага ў тым, што да 19 лютага, калі пачаліся масавыя забойствы ў Кіеве, украінскае грамадства не ведала масавых рэпрэсій. Заўважце, што пасля расстрэлаў 19-20 лютага на сам Майдан выйшла зусім няшмат людзей, адносна папярэдніх вечаў, дзе збіралася да мільёна чалавек.
Ва Ўкраіне выйшлі не толькі за высокія ідэалы пабудовы свабоднага грамадства, але і з-за катастрафічнага эканамічнага стану людзей, найперш у рэгіёнах.
Эканамічны чыннік будзе вырашальным і ў Беларусі. Хоць людзей, для якіх важныя агульначалавечыя каштоўнасці, у Беларусі нямала.
Сам Майдан наўрад ці падштурхне тут і цяпер кагосьці да дзеянняў, але ў будучыні ягоны досвед, безумоўна, будзе карысным для многіх.
То бок, зменаў хоча немалая частка беларускага грамадства. Хай сабе не ўсе. Але Майдан лішні раз пацвярджае пастулат пра тое, што змены ў грамадстве робіць не пасіўная большасць, а актыўная меншасць.

Владимир МИРОНЕНКО, публицист

Безусловно, отпугнёт и укрепит позиции белорусской власти. Убийства, бесчинства, погромы, разрушения, вооружённые бандформирования, возглавленные неприкрытыми нацистами. Запредельные ненависть, агрессивность и нетерпимость, как всегда и бывает при власти толпы: сейчас сказать слово, отличное от генеральной охлократической линии, гораздо опаснее, чем во времена «тирана» Януковича. Так что с демократическими правами не очень, а вот с социальными возможностями действительно пока раздолье: захотел выпить пива — разгромил ларёк. Налицо гражданская война, расползающаяся из центра Киева по всей стране, и спровоцированная всего лишь ради того, чтобы сменить донецкий клан днепропетровским, ну и бандеровцам, обеспечившим бойню, швырнут, конечно же, кость побольше. Самое худшее, что противостояние уже развивается по этническому, так сказать, признаку. Если всего этого не остановить, будет разруха, обнищание и распад страны, и белорусы станут всему этому свидетелями. И, конечно, совсем малая доля белорусских людей, при всей усталости от нынешней власти, будет готова пожертвовать своим более чем скромным достатком ради подобных перспектив. Уже сейчас они рассуждают просто: «наш, по крайней мере до такого не довёл и такого не допустит». Их за это обязательно обзовут рабами. Однако следует хорошенько разобраться, перестаёт ли раб быть рабом, если он берёт в руки палку и громит своё жилище во имя того, чтобы прислуживать приглянувшемуся рабовладельцу?

Денис МЕЛЬЯНЦОВ, политолог, главный аналитик BISS

В моём распоряжении пока нет социологических данных по данному вопросу, но исходя из моих субъективных ощущений и анализа официальной информационной политики, я склонен думать, что события в Украине напугали значительную часть населения, которая уверилась во мнении, что уличная борьба ведёт к жертвам и хаосу. Белорусская стабильность на фоне Майдана выглядит более желательной нежели призрачные демократические завоевания. Этот Майдан в отличие от 2004 был мрачным и пугающим. Плюс не стоит переоценивать стремление белорусов к демократии — согласно опросу, проведённому по заказу ОДБ осенью, демократия в списке ценностей не вошла в первую семёрку приоритетов.

Дмитрий ИСАЁНОК, редактор журнала левой критики «Прасвет»

Стремление к «лучшей доле» не отменит никто и никогда. Но Майдан действительно поднял вопросы, которые долгое время у нас было не принято афишировать – вопросы о целях, о методах и о цене победы.
На постсоветском пространстве как-то очень часто случается, что людей звали просто постоять за какое-нибудь «человеческое достоинство», а на выходе получали развал страны, гору трупов, и лидеры, забыв про всякое достоинство, начинали делить собственность и смущенно улыбаться – «хотели же, мол, как лучше».
Майдан напомнил нам, что восстание (не могу назвать это революцией, ибо структуру общества оно не поменяло) – не игрушка для «креативной молодежи». В предельном варианте, восстание – это кровь. Поэтому, чтобы на него решиться, нужны причины, более веские, чем 5 процентов голосов, полученные единым кандидатом вместо законных пятнадцати. Нужны цели, более благородные, чем «реформы», приносящие только «свободу рук» для бизнеса. И методы более достойные, чем Майдан – выход на площадь взбудораженного «активного меньшинства».


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


четыре × 2 =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Как повлияет Майдан на ситуацию в Беларуси?

майдан 24/02/2014

Ситуация в Украине взволновала постсоветское пространство. Пока об отклике белорусов на события «Евромайдана» можно судить по возросшей активности пользователей социальных сетей и поляризации их мнений. В ожидании данных социологических опросов и политологической аналитики мы задали белорусским общественным деятелям, политологам, экономистам и публицистам вопрос:

Захочет ли изменений общество Беларуси в свете событий украинского Майдана? Мотивирует или отпугнет опыт Украины от борьбы за расширение социальных возможностей и демократических прав?

Владимир МАЦКЕВИЧ, глава Рады Международного консорциума «ЕвроБеларусь»

Часть беларусского общества хотела и хочет перемен. Так было до Майдана, и так будет после. Как изменился процент тех, кого Майдан активизируют, а кого напугал и демотивирует, на глаз определить нельзя. Не думаю, что это можно выяснить соцопросом. Это проверяется только действием, на практике. Дело ведь не столько в желании или нежелании перемен, а в готовности платить за это ту, или иную цену. Майдан показал, какой высокой может быть эта цена. На меньшую цену найдется много желающих, а цену февральских событий готовы заплатить не многие. Но они есть.

Олег НОВИКОВ, председатель партии «Зелёные»

Белорусское общество очень далеко от понимания природы лозунгов Майдана, среди которых превалируют националистические и достаточно абстрактные (тема наследия казачества, достоинства личности, божьего промысла). Поэтому оценка Майдана среднестатистическим белорусским гражданином зависит, прежде всего, от социально-экономических результатов революции. В ближайшее время мегапрорывы здесь вряд ли возможны, а поток инфы про зажим русского языка и какие-то криминал-революционные перегибы на местах и без того усилят нынешнюю настороженно-отрицательную реакцию населения.
С другой стороны, Майдан поднял проблему активной части общества – молодежи и среднего класса, многих из которых от новостей из Киева переклинило жечь покрышки. Но тут уже вопрос технический: дадут ли комментаторам Хартии-97 легально собраться и запустить маховик раскачивания лодки? Такой сценарий весьма сомнителен из-за различий в структурах обществ (отсутствие западно-украинского фактора, обеспечившего первоначальную массовку на Майдане), предсказуемой мобилизации наших силовиков, монополии медийного пространства. Но какие-то поползновения явно будут.
Социальные протесты в РБ не имеют политической окраски: они направлены не столько против президента и режима, сколько ориентированы на экономические бонусы.
Мотив «вот украинцы же смогли», наверное, в курилках и будет озвучен, но вряд ли он будет искрой для выражения недовольства. Также можно предположить, что режим постарается как минимум до окончания выборов 2015-го не трогать “социалку”.

Виталий ЛАПТЁНОК, экономист, проект-менеджер портала TUT.BY

Полагаю, что наше общество довольно сильно поляризовано, и конфликт в Украине увеличит разрыв между теми, кто «за», и кто «против». Те, кто против, поняли, что если очень хочется, то можно. Те, кто «за» еще раз убедились в том, что протест — штука явно не способствующая стабильности.
Многое решат и ближайшие месяцы: сможет ли революция удержать свою победу или станет на службу новым-старым коррупционерам?
Не стоит забывать, что та информация, которая доходит до Минска зачастую имеет мало общего с действительностью. Это неудивительно, ведь и в Киеве была и до сих пор есть совершеннейшая неразбериха и полное отсутствие понимания, что на самом деле происходит. Поэтому и мнения людей могут быть совершенно неадекватны реальным событиям.
В любом случае, украинская революция заставит и поможет белорусам понять, что можно быть хозяином своей страны. И что для того, чтобы победить, нужно чем-то жертвовать.
Думаю, что она заставит задуматься и о том, что уличный протест — не единственный и очень опасный способ влияния на власть.

Татьяна ЧИЖОВА, исследователь института «Палітычная сфера»

Данное событие однозначно с самого начала вдохновляло, а теперь (после победы оппозиции при помощи украинской волшебной палочки «Майдан») еще больше вдохновит политактив и политизированное меньшинство – отечественных национал-демократов и либералов. Скорее всего, вдохновит романтическую молодежь без определенных политических пристрастий.
Что касается условного «среднего обывателя» — той части населения, которая даже если чем-то недовольна, то не готова бастовать или выходить на площадь, — ее события в Украине скорее заставят еще прочнее ухватиться за какую-никакую пресловутую стабильность (порядок на улицах, необходимый прожиточный минимум, гарантии безопасности в обмен на политическую лояльность).
Другое дело, чем обернутся этот и следующий год: цены растут с космической скоростью, а зарплаты со скоростью черепахи, от имени властных функционеров стали поступать заявления об ограничении пользования бесплатной медициной, о полной оплате питания детей в школах и прочее. Государство сбрасывает с себя социальные обязательства. Упомянутый «обыватель» в ответ может сбросить с себя свойственную ему лояльность. А ведь на одних только палках лояльность не удержишь.

Юрий ГЛУШАКОВ, журналист, заместитель председателя партии «Зеленые»

На мой взгляд, подавляющее большинство беларусов воспринимает Евромайдан резко отрицательно. Развязанное там насилие, происходящие в Киеве и регионах убийства, погромы, разрушения памятников едва ли способны вселить в обычного человека оптимизм и желание повторить все это у себя дома. При этом впервые за все послевоенные десятилетия на территории бывшего СССР так откровенно стремятся пересмотреть итоги и оценки Второй мировой войны, Победа в которой сакрализована в памяти белорусов. Результаты любых социологических опросов подтвердят это — отношение нашего населения к Майдану преимущественно негативное. Неприятие Майдана будет преобладать, наверное, даже у молодежи, по крайне мере, в большинстве регионов Беларуси — прежде всего из-за негативного отношения его активистов к российской культурной традиции.
В этом смысле Евромайдан может лишь укрепить позиции действующей власти и еще более ослабить влияние белорусской оппозиции, и без того не пользующейся широкой популярностью. Особенно в контексте того, что большинство ее лидеров громко приветствовали происходящее в Украине. Но нельзя и не учитывать того, что у радикальной части оппозиции события в Украине могут вызвать эйфорию и желание повторить опыт Майдана. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Севярын Квяткоўскі, журналіст

Беларускае грамадства ўжо паказала, што можа спантанна, непланавана грамадскімі дзеячамі, выходзіць з пратэстам. Я маю на ўвазе не толькі далёкія 1990-я, але нядаўні 2011 з маўклівымі акцыямі пратэсту. Розніца беларусаў ад украінцаў сярод іншага ў тым, што да 19 лютага, калі пачаліся масавыя забойствы ў Кіеве, украінскае грамадства не ведала масавых рэпрэсій. Заўважце, што пасля расстрэлаў 19-20 лютага на сам Майдан выйшла зусім няшмат людзей, адносна папярэдніх вечаў, дзе збіралася да мільёна чалавек.
Ва Ўкраіне выйшлі не толькі за высокія ідэалы пабудовы свабоднага грамадства, але і з-за катастрафічнага эканамічнага стану людзей, найперш у рэгіёнах.
Эканамічны чыннік будзе вырашальным і ў Беларусі. Хоць людзей, для якіх важныя агульначалавечыя каштоўнасці, у Беларусі нямала.
Сам Майдан наўрад ці падштурхне тут і цяпер кагосьці да дзеянняў, але ў будучыні ягоны досвед, безумоўна, будзе карысным для многіх.
То бок, зменаў хоча немалая частка беларускага грамадства. Хай сабе не ўсе. Але Майдан лішні раз пацвярджае пастулат пра тое, што змены ў грамадстве робіць не пасіўная большасць, а актыўная меншасць.

Владимир МИРОНЕНКО, публицист

Безусловно, отпугнёт и укрепит позиции белорусской власти. Убийства, бесчинства, погромы, разрушения, вооружённые бандформирования, возглавленные неприкрытыми нацистами. Запредельные ненависть, агрессивность и нетерпимость, как всегда и бывает при власти толпы: сейчас сказать слово, отличное от генеральной охлократической линии, гораздо опаснее, чем во времена «тирана» Януковича. Так что с демократическими правами не очень, а вот с социальными возможностями действительно пока раздолье: захотел выпить пива — разгромил ларёк. Налицо гражданская война, расползающаяся из центра Киева по всей стране, и спровоцированная всего лишь ради того, чтобы сменить донецкий клан днепропетровским, ну и бандеровцам, обеспечившим бойню, швырнут, конечно же, кость побольше. Самое худшее, что противостояние уже развивается по этническому, так сказать, признаку. Если всего этого не остановить, будет разруха, обнищание и распад страны, и белорусы станут всему этому свидетелями. И, конечно, совсем малая доля белорусских людей, при всей усталости от нынешней власти, будет готова пожертвовать своим более чем скромным достатком ради подобных перспектив. Уже сейчас они рассуждают просто: «наш, по крайней мере до такого не довёл и такого не допустит». Их за это обязательно обзовут рабами. Однако следует хорошенько разобраться, перестаёт ли раб быть рабом, если он берёт в руки палку и громит своё жилище во имя того, чтобы прислуживать приглянувшемуся рабовладельцу?

Денис МЕЛЬЯНЦОВ, политолог, главный аналитик BISS

В моём распоряжении пока нет социологических данных по данному вопросу, но исходя из моих субъективных ощущений и анализа официальной информационной политики, я склонен думать, что события в Украине напугали значительную часть населения, которая уверилась во мнении, что уличная борьба ведёт к жертвам и хаосу. Белорусская стабильность на фоне Майдана выглядит более желательной нежели призрачные демократические завоевания. Этот Майдан в отличие от 2004 был мрачным и пугающим. Плюс не стоит переоценивать стремление белорусов к демократии — согласно опросу, проведённому по заказу ОДБ осенью, демократия в списке ценностей не вошла в первую семёрку приоритетов.

Дмитрий ИСАЁНОК, редактор журнала левой критики «Прасвет»

Стремление к «лучшей доле» не отменит никто и никогда. Но Майдан действительно поднял вопросы, которые долгое время у нас было не принято афишировать – вопросы о целях, о методах и о цене победы.
На постсоветском пространстве как-то очень часто случается, что людей звали просто постоять за какое-нибудь «человеческое достоинство», а на выходе получали развал страны, гору трупов, и лидеры, забыв про всякое достоинство, начинали делить собственность и смущенно улыбаться – «хотели же, мол, как лучше».
Майдан напомнил нам, что восстание (не могу назвать это революцией, ибо структуру общества оно не поменяло) – не игрушка для «креативной молодежи». В предельном варианте, восстание – это кровь. Поэтому, чтобы на него решиться, нужны причины, более веские, чем 5 процентов голосов, полученные единым кандидатом вместо законных пятнадцати. Нужны цели, более благородные, чем «реформы», приносящие только «свободу рук» для бизнеса. И методы более достойные, чем Майдан – выход на площадь взбудораженного «активного меньшинства».

By
@
backtotop