На Украине — антисоциальный олигархический капитализм

Председатель Белорусской партии «Зелёные» и «полукиевлянин» Олег НОВИКОВ (с 2006 года он работает и периодически живет в Киеве) рассказал о своем отношении к событиям в Киеве, о культе Бандеры и УПА на Майдане, и о том, что там начали рождаться примитивные концепции прямой демократии на фоне разочарования в традиционных политических партиях. А также о том, что Майдан может стать супер-пупер темой для белорусских властей на президентских выборах, «потому что любой мир лучше войны».

– Ну, прежде всего, перефразирую Кучму, который написал книгу «Украина не Россия». Так вот Украина – это не Беларусь. Наряду с чувством собственного достоинства в украинском менталитете заложено своеобразное отношение к насилию, готовность к жертвенности, что-то из казацкого эпоса. Причем это скорее ближе к азиатской брутальной степной культуре и поэтому лучше этот дух не будить.

У меня есть украинские корни, и я когда-то считал себя украинцем. В 1990 году, будучи подростком, сбежал из дома, вышел на центры украинских националистов и участвовал в первой студенческой революции на Майдане против подписания нового союзного договора и за отставку правительства. Даже был членом одной из структур, на базе которой потом возникла УНА-УНСО. Но меня эта тема быстро разочаровала.

Украинские корни – одно, но вырасти в Беларуси и впитать в себя другую бытовую культуру – совсем другое. Даже зная украинский язык и основы украинской политической традиции, мне было тяжело понять многие вещи. В том числе принять националистическую догматику, которая для ее фанатов в принципе не должна быть объектом критики. Поэтому в 90-м я очень быстро перебежал с этого лагеря в киевскую анархо-богему.

– Вы были в Киеве неделю назад. Какая атмосфера была в городе?

– Обывателю Евромайдан и конфликт между властью и оппозицией был до фени. Если в 2004 году наблюдалась массовая политизация и на каждом заборе было написано «Ющенко – так!», то в этот раз до последних дней все было ограничено несколькими кварталами. Живя в Киеве и не интересуясь политикой, трудно представить, что живешь в стране, где происходят громкие события. Вроде бы немного выросли цены в магазинах, но за пивом в кафе о политике никто не спорил. Сейчас говорят, начались проблемы со снятием денег с карточек и массовые закупки в супермаркетах, но это нужно проверять.

– Что сегодня, по вашему мнению, происходит в Киеве?

– Сложно понять. Даже когда Майдан был мирным, трудно было говорить о каких-то трендах: ситуация очень динамично развивалась. Могу точно сказать, что за два месяца часть оппозиции, власть и общество эволюционировало к идее о том, что насилие в данном противостоянии легитимно и даже способно решить все проблемы.

Кто-то из демократов называет это правом на восстание, но для меня этот момент остается очень спорным. Как реалист и человек, знающий белорусскую ситуацию, считаю, что политическая культура, которая была отстроена в Украине за 20 лет, не являлась суперавторитарной. Все-таки четыре президента за это время – не так плохо. Последние парламентские выборы прошли достаточно демократично – у оппозиции почти 40% в парламенте.

Сейчас же мне трудно понять, как после теперешних событий можно вообще отстроить новую политическую культуру, которая будет допускать плюрализм мнений. Установка на неприятие чужой точки зрения среди политических сил зашкаливает. Я вообще не вижу ни одной политической силы, готовой признать свое поражения на выборах. В этом плане мне чужд тезис о том, что уход Януковича хорош сам по себе как пример мобилизации масс. Наиболее вероятной альтернативой старой модели «как бы демократии» или «вроде демократии» выступает либо хаос, либо националистическая диктатура.

Поэтому не понимаю, почему многие, не прочитывая ход развития событий, невольно желают такой перспективы братскому народу.

С самого начала ситуация стала переходить за грань, где заканчивался мирный протест. В ответ на разгон «Беркутом» последовала драка на Банковой, снесение памятника Ленину, захват зданий. Спираль насилия раскручивалась. Ответственность за это, прежде всего, лежит на праворадикальном сегменте Майдана – партии «Свобода», группировке «Правый сектор».

Одновременно эти структуры навязали протесту свою эстетику. Даже освистали культового украинского музыканта Олега Скрипку, который сказал, что лозунг «Слава нации! Смерть врагам!» ассоциируется у него с режимом в Германии в 30-х годах. Культ Бандеры, УПА на Майдане сразу вызвал неприятие Евромайдана на Востоке и Юге, что локализировало протест.

Я вспоминаю Майдан-2004, где был широкий спектр политических сил, и где рядом с флагом УНА-УНСО можно было увидеть флаг соцпартии. Такой широкий подход позволил тогда Майдану привлечь на свою сторону русскоязычные регионы.

– Кто, по-вашему, виноват в десятках погибших?

– Для таких выводов я не владею информацией. Могу сказать только по событиям 19 января. «Правый сектор» пошел на штурм правительственного квартала и, безусловно, несет ответственность за рост эскалации. Оппозиция пыталась это нейтрализовать, тот же Кличко пошел вперед, его облили из огнетушителя.

Но парадокс в том, что люди поддержали «Правый сектор», поскольку устали стоять два месяца на площади, разочаровались в лидерах оппозиции. Опять мы говорим о сдвиге в сознании. Я тогда общался с людьми на Майдане. Для многих была словно какая-то игра, им нравилось, что они рискуют. Ведь никакого практического смысла эти бросания камней в милицию не имели.

– Лежит ли на власти вина за трагические события?

– Безусловно. В Украине мы имеем антисоциальную модель олигархического капитализма. Все подстраивается под то, чтобы, не платя налогов и дав на лапу кому надо, сделать деньги и потом перевести их в оффшор. Работает интересный принцип: если ты входишь в партийный список «Партии регионов», то на твои экономические преступления закрывают глаза. При этом на тебя остается компромат.

В условиях тотальной коррупции элита чувствует себя абсолютно безнаказанной. В украинской прессе едва ли не стали жанром материалы о том, как сынок олигарха или крупного вертикальщика кого-то избил или переехал на машине, а его в суде отмазали.

Эта модель генерирует себя на низовых уровнях общества. Те же менты ведут себя как хотят.

Особый неприятный привкус придает этому явлению политический цинизм. Так олигархи из «Партии регионов» финансово поддерживали партию «Свободы», чтобы на выборах 2015 года люди на теме «коричневой угрозы» проголосовали за Януковича. Одним из лидеров оппозиции является Яценюк, который при Ющенко активно в связке с Януковичем плел интриги против Тимошенко. Все это вызывает отвращение.

Неудивительно, что люди Майдана не верят ни Януковичу, ни оппозиции. Это один из нюансов Майдана – проект работает не в пользу демпартий, а против всех. На Майдане начали рождаться примитивные концепции прямой демократии – давайте толпой стоять и принимать общественно-политические решения по модели Казацкой рады. Отчасти это и хорошо. Люди почувствовали, что они не «электорат», а граждане. Что они могут и Януковича послать и Тягнибока освистать.

Но сегодня можно констатировать, что попытка создать элементы нового гражданского общества на Майдане провалилась. На первый план вышли «ястребы». В условиях фактически военных действий возможна только вертикальная структура принятия решений.

– Янукович вас удивляет сегодняшним поведением?

– Удивляет тупым игнорированием событий. Вокруг куча эмоций, а ему все похер. Интересная философия. И, что интересно, он мог на этом выиграть. Договор о перемирии воспринимали как победу Януковича. Но сейчас интуиция его, конечно, подвела. На нем кровь.

– Как ситуация в Киеве повлияет на положение дел в Беларуси?

– По моему субъективному мнению – плохо повлияет. Мы находимся в зоне российского медиавлияния, где Майдан предельно демонизирован. То, что большинство белорусской оппозиции, игнорируя этот очевидный факт, прямым текстом поддержала Майдан, не ориентируясь в украинской политике и в ее тенденциях, – огромная ошибка.

Если кардинально ничего не изменится, Майдан будет супер-пупер темой для Лукашенко на президентских выборах. Потому что любой мир лучше войны.

Источник — «Салідарнасць»


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


3 × четыре =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

На Украине — антисоциальный олигархический капитализм

новиков 22/02/2014

Председатель Белорусской партии «Зелёные» и «полукиевлянин» Олег НОВИКОВ (с 2006 года он работает и периодически живет в Киеве) рассказал о своем отношении к событиям в Киеве, о культе Бандеры и УПА на Майдане, и о том, что там начали рождаться примитивные концепции прямой демократии на фоне разочарования в традиционных политических партиях. А также о том, что Майдан может стать супер-пупер темой для белорусских властей на президентских выборах, «потому что любой мир лучше войны».

– Ну, прежде всего, перефразирую Кучму, который написал книгу «Украина не Россия». Так вот Украина – это не Беларусь. Наряду с чувством собственного достоинства в украинском менталитете заложено своеобразное отношение к насилию, готовность к жертвенности, что-то из казацкого эпоса. Причем это скорее ближе к азиатской брутальной степной культуре и поэтому лучше этот дух не будить.

У меня есть украинские корни, и я когда-то считал себя украинцем. В 1990 году, будучи подростком, сбежал из дома, вышел на центры украинских националистов и участвовал в первой студенческой революции на Майдане против подписания нового союзного договора и за отставку правительства. Даже был членом одной из структур, на базе которой потом возникла УНА-УНСО. Но меня эта тема быстро разочаровала.

Украинские корни – одно, но вырасти в Беларуси и впитать в себя другую бытовую культуру – совсем другое. Даже зная украинский язык и основы украинской политической традиции, мне было тяжело понять многие вещи. В том числе принять националистическую догматику, которая для ее фанатов в принципе не должна быть объектом критики. Поэтому в 90-м я очень быстро перебежал с этого лагеря в киевскую анархо-богему.

– Вы были в Киеве неделю назад. Какая атмосфера была в городе?

– Обывателю Евромайдан и конфликт между властью и оппозицией был до фени. Если в 2004 году наблюдалась массовая политизация и на каждом заборе было написано «Ющенко – так!», то в этот раз до последних дней все было ограничено несколькими кварталами. Живя в Киеве и не интересуясь политикой, трудно представить, что живешь в стране, где происходят громкие события. Вроде бы немного выросли цены в магазинах, но за пивом в кафе о политике никто не спорил. Сейчас говорят, начались проблемы со снятием денег с карточек и массовые закупки в супермаркетах, но это нужно проверять.

– Что сегодня, по вашему мнению, происходит в Киеве?

– Сложно понять. Даже когда Майдан был мирным, трудно было говорить о каких-то трендах: ситуация очень динамично развивалась. Могу точно сказать, что за два месяца часть оппозиции, власть и общество эволюционировало к идее о том, что насилие в данном противостоянии легитимно и даже способно решить все проблемы.

Кто-то из демократов называет это правом на восстание, но для меня этот момент остается очень спорным. Как реалист и человек, знающий белорусскую ситуацию, считаю, что политическая культура, которая была отстроена в Украине за 20 лет, не являлась суперавторитарной. Все-таки четыре президента за это время – не так плохо. Последние парламентские выборы прошли достаточно демократично – у оппозиции почти 40% в парламенте.

Сейчас же мне трудно понять, как после теперешних событий можно вообще отстроить новую политическую культуру, которая будет допускать плюрализм мнений. Установка на неприятие чужой точки зрения среди политических сил зашкаливает. Я вообще не вижу ни одной политической силы, готовой признать свое поражения на выборах. В этом плане мне чужд тезис о том, что уход Януковича хорош сам по себе как пример мобилизации масс. Наиболее вероятной альтернативой старой модели «как бы демократии» или «вроде демократии» выступает либо хаос, либо националистическая диктатура.

Поэтому не понимаю, почему многие, не прочитывая ход развития событий, невольно желают такой перспективы братскому народу.

С самого начала ситуация стала переходить за грань, где заканчивался мирный протест. В ответ на разгон «Беркутом» последовала драка на Банковой, снесение памятника Ленину, захват зданий. Спираль насилия раскручивалась. Ответственность за это, прежде всего, лежит на праворадикальном сегменте Майдана – партии «Свобода», группировке «Правый сектор».

Одновременно эти структуры навязали протесту свою эстетику. Даже освистали культового украинского музыканта Олега Скрипку, который сказал, что лозунг «Слава нации! Смерть врагам!» ассоциируется у него с режимом в Германии в 30-х годах. Культ Бандеры, УПА на Майдане сразу вызвал неприятие Евромайдана на Востоке и Юге, что локализировало протест.

Я вспоминаю Майдан-2004, где был широкий спектр политических сил, и где рядом с флагом УНА-УНСО можно было увидеть флаг соцпартии. Такой широкий подход позволил тогда Майдану привлечь на свою сторону русскоязычные регионы.

– Кто, по-вашему, виноват в десятках погибших?

– Для таких выводов я не владею информацией. Могу сказать только по событиям 19 января. «Правый сектор» пошел на штурм правительственного квартала и, безусловно, несет ответственность за рост эскалации. Оппозиция пыталась это нейтрализовать, тот же Кличко пошел вперед, его облили из огнетушителя.

Но парадокс в том, что люди поддержали «Правый сектор», поскольку устали стоять два месяца на площади, разочаровались в лидерах оппозиции. Опять мы говорим о сдвиге в сознании. Я тогда общался с людьми на Майдане. Для многих была словно какая-то игра, им нравилось, что они рискуют. Ведь никакого практического смысла эти бросания камней в милицию не имели.

– Лежит ли на власти вина за трагические события?

– Безусловно. В Украине мы имеем антисоциальную модель олигархического капитализма. Все подстраивается под то, чтобы, не платя налогов и дав на лапу кому надо, сделать деньги и потом перевести их в оффшор. Работает интересный принцип: если ты входишь в партийный список «Партии регионов», то на твои экономические преступления закрывают глаза. При этом на тебя остается компромат.

В условиях тотальной коррупции элита чувствует себя абсолютно безнаказанной. В украинской прессе едва ли не стали жанром материалы о том, как сынок олигарха или крупного вертикальщика кого-то избил или переехал на машине, а его в суде отмазали.

Эта модель генерирует себя на низовых уровнях общества. Те же менты ведут себя как хотят.

Особый неприятный привкус придает этому явлению политический цинизм. Так олигархи из «Партии регионов» финансово поддерживали партию «Свободы», чтобы на выборах 2015 года люди на теме «коричневой угрозы» проголосовали за Януковича. Одним из лидеров оппозиции является Яценюк, который при Ющенко активно в связке с Януковичем плел интриги против Тимошенко. Все это вызывает отвращение.

Неудивительно, что люди Майдана не верят ни Януковичу, ни оппозиции. Это один из нюансов Майдана – проект работает не в пользу демпартий, а против всех. На Майдане начали рождаться примитивные концепции прямой демократии – давайте толпой стоять и принимать общественно-политические решения по модели Казацкой рады. Отчасти это и хорошо. Люди почувствовали, что они не «электорат», а граждане. Что они могут и Януковича послать и Тягнибока освистать.

Но сегодня можно констатировать, что попытка создать элементы нового гражданского общества на Майдане провалилась. На первый план вышли «ястребы». В условиях фактически военных действий возможна только вертикальная структура принятия решений.

– Янукович вас удивляет сегодняшним поведением?

– Удивляет тупым игнорированием событий. Вокруг куча эмоций, а ему все похер. Интересная философия. И, что интересно, он мог на этом выиграть. Договор о перемирии воспринимали как победу Януковича. Но сейчас интуиция его, конечно, подвела. На нем кровь.

– Как ситуация в Киеве повлияет на положение дел в Беларуси?

– По моему субъективному мнению – плохо повлияет. Мы находимся в зоне российского медиавлияния, где Майдан предельно демонизирован. То, что большинство белорусской оппозиции, игнорируя этот очевидный факт, прямым текстом поддержала Майдан, не ориентируясь в украинской политике и в ее тенденциях, – огромная ошибка.

Если кардинально ничего не изменится, Майдан будет супер-пупер темой для Лукашенко на президентских выборах. Потому что любой мир лучше войны.

Источник — «Салідарнасць»

By
@
backtotop