Неофеодализм в финансово-рыночном капитализме

Большое богатство в Германии приобретается, в основном, за счёт массовой эксплуатации иностранной рабочей силы (промышленно-капиталистическая модель обогащения в XIX и XX веках), успешной спекуляции на финансовых рынках (модель обогащения «казино-капитализма» в конце XX века и в XXI веке) или же благодаря большому наследству – средневековая модель феодального общества, которая сейчас переживает второе рождение. Под влиянием норм, освобождающих наследство и имущество предприятий от налогов и законодательно зафиксированных немецкими партиями ХДС, ХСС, СвДП и СДПГ в двух разных коалиционных правительствах, Германия вновь превращается в «родовое общество» (такое определение французский экономист Тома ПИКЕТТИ даёт стране, где размер «отцовского наследства» играет решающую роль в том, кто богат, а кто беден).

o-SERFS-facebook-feudalismДля того чтобы данная форма неофеодализма смогла закрепиться в финансово-рыночном капитализме, государство должно быть сдержаннее в случаях наследования или дарения и отказаться от высокого налогообложения наследников. Правительство, Парламент и Конституционный суд, в конце концов, заняли позицию защиты наиболее богатых и влиятельных семей ФРГ. В то время как не менее 1,64 млн. детей в возрасте до 15 лет (из 10,65 млн. общего числа детей данной возрастной группы) живут в нуждающихся семьях, получающих пособия, самые богатые наследники страны были осыпаны «налоговыми подарками» стоимостью в миллиарды.

Об этом пишет Кристоф БУТТЕРВЕГЕ в немецком левом издании Junge Welt, близком к Die Linkeединственной немецкой партии, последовательно выступающей за введение серьёзного налога на наследование финансовых состояний и имущества. В русском переводе статья вышла в российском интернет-журнале «Социалист».

Приговор суда и законопроекты

Решением от 17 декабря 2014 года Федеральный конституционный суд предоставил законодателю право отдавать предпочтение имуществу предприятий перед прочими видами имущества, если на то имеются общие и частные основания, служащие достижению блага. Тем не менее, Первый Сенат раскритиковал отдельные нормы закона о налоге на наследство и дарение, например, освобождение большинства компаний от обязательства на постоянном уровне поддерживать несколько лет общую сумму зарплаты, то же в отношении неограниченного предоставления льгот очень крупному имуществу, а также регулирования имущества, принадлежащего административным органам: разрешается, чтобы имущество предприятия, попадающего под льготы, на 50 % (в случае регулируемого освобождения от налогов) или на 10% (опционально в случае полного освобождения) состояло из имущества, принадлежащего административным органам. Сюда включаются, например, переданные в пользование третьих лиц участки земли и постройки, произведения искусства и ценные бумаги.

Федеральный министр финансов Вольфганг ШОЙБЛЕ в феврале этого года представил двухстраничный документ с оценочными критериями по пересмотру налога на наследство для имущества компаний; пересмотр, по его собственному определению, должен был ограничиться «минимальными инвазивными поправками». Вместо того чтобы придерживаться низкой (согласно постановлению Федерального конституционного суда, непропорционально низкой) границы для имущества административных органов, ниже которой всё имущество компании получало налоговые послабления, Шойбле дал новое определение имуществу, которому предоставляются льготы: теперь освобождённым от налога на наследство и дарение может оставаться только такое имущество, которое, исходя из своей основной задачи, изначально используется для осуществления сельскохозяйственной, лесопромышленной и ремесленной деятельности, а также деятельности свободных профессий.

Шойбле хотел отказаться от контроля заработной платы в компаниях стоимостью до 1 млн. евро. Согласно его оценочным критериям, верхней границей освобождения от налогов должна стать сумма в 20 млн. евро. Если стоимость подаренного или унаследованного имущества превышают этот необлагаемый налогом минимум, налоговая инспекция должна подвергнуть бенефициара «проверке на личные потребности» и, таким образом, определить, способен ли тот лично погасить налоговый долг из переданного (непроизводственного) или прочего, уже существующего (частного) имущества. Разумным, согласно документу с оценочными критериями, является использование 50 % наличного имущества. Отсрочка выплаты налога предоставлялась на тот случай, если приобретателю вначале необходимо превратить имущественные объекты в наличные деньги.

В то время как ведущие политики СДПГ безоговорочно поддержали документ Шойбле, ХСС и экономическое крыло ХДС отклонили так называемую нижнюю границу компенсации (1 млн. евро), размер контрольного порога для потребности в освобождении от налогов (20 млн. евро), а также обращение к личному имуществу. Шойбле пришлось договариваться и с федеративными землями, которые могли бы взимать налог на наследство и дарение и заблокировать закон в Бундесрате. Поскольку Бавария, управляемая ХСС, во главе с министром финансов Маркусом СЁДЕРОМ и премьер-министром Хорстом ЗЕЕХОФЕРОМ, стремится к регионализации налога на наследство и дарение, чтобы иметь возможность привлекать ещё больше богатых и очень богатых людей в южную Германию. Земля Баден-Вюртемберг, управляемая «зелёно-красными», хотела ещё больше пойти навстречу предпринимательским семьям и подняла тему контрольного порога в 100 млн. евро.

Лоббисты одерживают полную победу

Хотя Шойбле желал лишь избежать последующего поражения в Карлсруэ и, следовательно, хотел несколько строже сформулировать нормы (которые Федеральный конституционный суд считает несоразмерными) об освобождении от налогов, семейные предприниматели уже вопили, причитали и угрожали уходом либо гибелью внутренних промышленных площадок.

В дискуссии о пересмотре налога на наследство Шойбле не строил из себя – как на переговорах по кредитам для Греции – «саму несгибаемость», а делал промышленным лоббистам одну уступку за другой. Вначале снизилась нижняя граница компенсации, привязанная к стоимости компании, вместо которой ограничились предприятиями с числом занятых не более 3-х человек как верхней границы для исключения из регулирования заработной платы. Для предприятий с количеством сотрудников от четырёх до десяти были введены новые послабления. Для них минимальный размер заработной платы составляет 250% от стоимости, существовавшей в год получения наследства или подарка, если компания продолжает деятельность в течение пяти лет (регулируемое освобождение от выплат), и только 500 %, если оно продолжает деятельность в течение семи лет (опционное освобождение от выплат). Кроме того, в законопроекте Федерального министерства финансов от 1 июня 2015 года для компаний с обычными для концерна капиталовложениями был создан второй контрольный порог в размере 40 млн. евро. Притом крупным наследникам выше соответствующего контрольного порога предоставили право выбора в отношении проверки целесообразности освобождения от налогов. Наконец, приобретатели, не желающие использовать и/или раскрывать личное имущество, получили возможность, – вместо того чтобы выплачивать налог на наследство или дарение из своего прочего (личного) имущества, – сильнее обременять унаследованное или подаренное предприятие, хотя именно его законодатель якобы и хочет защитить.

В июне этого года на ежегодно проводимом Фондом семейных предприятий «Дне немецкого семейного предприятия» в Берлине Ангела МЕРКЕЛЬ приободрила своих слушателей:

«Речь не просто о рабочих местах и практической пригодности, а о конституционном соответствии закона. Но Шойбле выбрал возможный подход и после многочисленных бесед внёс дополнительные варианты, с помощью которых мы, как и прежде, защищаем ядро, а именно наследуемое имущество».

Меркель успокоила «ценных семейных предпринимателей», сославшись на «Закон Штрука», согласно которому ни один законопроект не выходит из Бундестага без изменений, и заверила, что «отчётливо осознаёт тонкость обсуждаемого предмета»:

«Вы можете рассчитывать на то, что мы стараемся найти нормы, которые Вам помогут».

Фактически ХДС, ХСС и СДПГ в принятом 8 июля 2015 года правительственном законопроекте пошли ещё на бóльшие уступки предпринимательским семьям. Так, налоговый порог, ниже которого не производится контроль потребности в освобождении от налогов, был повышен до 26 млн. евро (для обычных семейных предприятий) и до 52 млн. евро (для семейных предприятий с корпоративными структурами). Для компаний с числом занятых более 10, но не более 15-ти, обязательство по сумме заработной платы, то есть есть регулирование сохранения рабочих мест, вновь смягчилось. Таким образом, минимальный размер заработной платы составляет 300%, если такое предприятие продолжает деятельность в течение пяти лет, и 565% – если в течение семи лет. Из-за поправок к первоначальному проекту новое законодательное регулирование налога на наследство и дарение в целом было до того усложнено, что оно в крайнем случае будет понятно наиболее опытным налоговым специалистам (крупных компаний).

Нарушен принцип равенства

Остаётся достаточно лазеек для передачи огромных состояний без уплаты бенефициарами налогов. Так, предоставляется возможность передачи компании детям уже к моменту, когда они ещё не в состоянии распоряжаться значительным имуществом и потому, несмотря на нововведённый контроль потребности в освобождении от налогов, могут по-прежнему вступать во владение корпорацией вне зависимости от её стоимости. Даже если компания стоит миллиарды, а бенефициар является очень состоятельным, но не желает раскрывать свои имущественные отношения, ему после продолжения деятельности компании в течение семи лет и соблюдения норм заработной платы придётся отчислять не более 19,5% налога на наследство или дарение.

Продолжающееся предоставление привилегий имуществу предприятий в рамках налогового права является подлым, чисто капиталистическим и ничем не оправданным, поскольку противоречит принципу равенства, зафиксированному в Конституции: «Все люди равны перед законом». Специальный налоговый режим для наследников компании доводит до крайности предоставление государственных льгот собственникам капитала в гражданском обществе. Нет никакого разумного основания для такого повышения благосостояния наследников компаний, поскольку те не обязаны ни обеспечивать данные рабочие места, ни личным имуществом защищать предприятия, которыми они управляют под личную ответственность. Количество рабочих мест из-за реформ налога на наследство, проводимых большой коалицией, несомненно, не уменьшится, вопреки заявлениям лоббистов. По всей вероятности, ввиду чрезвычайно сложных правил кодекса, появится даже больше рабочих мест для налоговых экспертов, инвестиционных консультантов и управляющих активами.

По существу запланированное введение новых норм в отношении налога на наследство и дарение мало что изменит в действующем праве, поскольку предоставление привилегий предпринимательским семьям зафиксировано лишь ограниченно. Как и прежде, эти семьи смогут передавать имущество своего предприятия без выплаты налогов бенефициарами. Во всяком случае, им не придётся пользоваться более благоприятным налоговым режимом где-нибудь за рубежом, чтобы насладиться своим богатством в полной мере. Поскольку ФРГ, тем временем, сама стала настоящим раем для налогов на наследство, капитал и прибыль.

Перевод с немецкого — Александра АНАНЬЕВА

Источник — «СОЦИАЛИСТ

 


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


четыре × = 20

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Неофеодализм в финансово-рыночном капитализме

feudalism- 28/12/2015

Большое богатство в Германии приобретается, в основном, за счёт массовой эксплуатации иностранной рабочей силы (промышленно-капиталистическая модель обогащения в XIX и XX веках), успешной спекуляции на финансовых рынках (модель обогащения «казино-капитализма» в конце XX века и в XXI веке) или же благодаря большому наследству – средневековая модель феодального общества, которая сейчас переживает второе рождение. Под влиянием норм, освобождающих наследство и имущество предприятий от налогов и законодательно зафиксированных немецкими партиями ХДС, ХСС, СвДП и СДПГ в двух разных коалиционных правительствах, Германия вновь превращается в «родовое общество» (такое определение французский экономист Тома ПИКЕТТИ даёт стране, где размер «отцовского наследства» играет решающую роль в том, кто богат, а кто беден).

o-SERFS-facebook-feudalismДля того чтобы данная форма неофеодализма смогла закрепиться в финансово-рыночном капитализме, государство должно быть сдержаннее в случаях наследования или дарения и отказаться от высокого налогообложения наследников. Правительство, Парламент и Конституционный суд, в конце концов, заняли позицию защиты наиболее богатых и влиятельных семей ФРГ. В то время как не менее 1,64 млн. детей в возрасте до 15 лет (из 10,65 млн. общего числа детей данной возрастной группы) живут в нуждающихся семьях, получающих пособия, самые богатые наследники страны были осыпаны «налоговыми подарками» стоимостью в миллиарды.

Об этом пишет Кристоф БУТТЕРВЕГЕ в немецком левом издании Junge Welt, близком к Die Linkeединственной немецкой партии, последовательно выступающей за введение серьёзного налога на наследование финансовых состояний и имущества. В русском переводе статья вышла в российском интернет-журнале «Социалист».

Приговор суда и законопроекты

Решением от 17 декабря 2014 года Федеральный конституционный суд предоставил законодателю право отдавать предпочтение имуществу предприятий перед прочими видами имущества, если на то имеются общие и частные основания, служащие достижению блага. Тем не менее, Первый Сенат раскритиковал отдельные нормы закона о налоге на наследство и дарение, например, освобождение большинства компаний от обязательства на постоянном уровне поддерживать несколько лет общую сумму зарплаты, то же в отношении неограниченного предоставления льгот очень крупному имуществу, а также регулирования имущества, принадлежащего административным органам: разрешается, чтобы имущество предприятия, попадающего под льготы, на 50 % (в случае регулируемого освобождения от налогов) или на 10% (опционально в случае полного освобождения) состояло из имущества, принадлежащего административным органам. Сюда включаются, например, переданные в пользование третьих лиц участки земли и постройки, произведения искусства и ценные бумаги.

Федеральный министр финансов Вольфганг ШОЙБЛЕ в феврале этого года представил двухстраничный документ с оценочными критериями по пересмотру налога на наследство для имущества компаний; пересмотр, по его собственному определению, должен был ограничиться «минимальными инвазивными поправками». Вместо того чтобы придерживаться низкой (согласно постановлению Федерального конституционного суда, непропорционально низкой) границы для имущества административных органов, ниже которой всё имущество компании получало налоговые послабления, Шойбле дал новое определение имуществу, которому предоставляются льготы: теперь освобождённым от налога на наследство и дарение может оставаться только такое имущество, которое, исходя из своей основной задачи, изначально используется для осуществления сельскохозяйственной, лесопромышленной и ремесленной деятельности, а также деятельности свободных профессий.

Шойбле хотел отказаться от контроля заработной платы в компаниях стоимостью до 1 млн. евро. Согласно его оценочным критериям, верхней границей освобождения от налогов должна стать сумма в 20 млн. евро. Если стоимость подаренного или унаследованного имущества превышают этот необлагаемый налогом минимум, налоговая инспекция должна подвергнуть бенефициара «проверке на личные потребности» и, таким образом, определить, способен ли тот лично погасить налоговый долг из переданного (непроизводственного) или прочего, уже существующего (частного) имущества. Разумным, согласно документу с оценочными критериями, является использование 50 % наличного имущества. Отсрочка выплаты налога предоставлялась на тот случай, если приобретателю вначале необходимо превратить имущественные объекты в наличные деньги.

В то время как ведущие политики СДПГ безоговорочно поддержали документ Шойбле, ХСС и экономическое крыло ХДС отклонили так называемую нижнюю границу компенсации (1 млн. евро), размер контрольного порога для потребности в освобождении от налогов (20 млн. евро), а также обращение к личному имуществу. Шойбле пришлось договариваться и с федеративными землями, которые могли бы взимать налог на наследство и дарение и заблокировать закон в Бундесрате. Поскольку Бавария, управляемая ХСС, во главе с министром финансов Маркусом СЁДЕРОМ и премьер-министром Хорстом ЗЕЕХОФЕРОМ, стремится к регионализации налога на наследство и дарение, чтобы иметь возможность привлекать ещё больше богатых и очень богатых людей в южную Германию. Земля Баден-Вюртемберг, управляемая «зелёно-красными», хотела ещё больше пойти навстречу предпринимательским семьям и подняла тему контрольного порога в 100 млн. евро.

Лоббисты одерживают полную победу

Хотя Шойбле желал лишь избежать последующего поражения в Карлсруэ и, следовательно, хотел несколько строже сформулировать нормы (которые Федеральный конституционный суд считает несоразмерными) об освобождении от налогов, семейные предприниматели уже вопили, причитали и угрожали уходом либо гибелью внутренних промышленных площадок.

В дискуссии о пересмотре налога на наследство Шойбле не строил из себя – как на переговорах по кредитам для Греции – «саму несгибаемость», а делал промышленным лоббистам одну уступку за другой. Вначале снизилась нижняя граница компенсации, привязанная к стоимости компании, вместо которой ограничились предприятиями с числом занятых не более 3-х человек как верхней границы для исключения из регулирования заработной платы. Для предприятий с количеством сотрудников от четырёх до десяти были введены новые послабления. Для них минимальный размер заработной платы составляет 250% от стоимости, существовавшей в год получения наследства или подарка, если компания продолжает деятельность в течение пяти лет (регулируемое освобождение от выплат), и только 500 %, если оно продолжает деятельность в течение семи лет (опционное освобождение от выплат). Кроме того, в законопроекте Федерального министерства финансов от 1 июня 2015 года для компаний с обычными для концерна капиталовложениями был создан второй контрольный порог в размере 40 млн. евро. Притом крупным наследникам выше соответствующего контрольного порога предоставили право выбора в отношении проверки целесообразности освобождения от налогов. Наконец, приобретатели, не желающие использовать и/или раскрывать личное имущество, получили возможность, – вместо того чтобы выплачивать налог на наследство или дарение из своего прочего (личного) имущества, – сильнее обременять унаследованное или подаренное предприятие, хотя именно его законодатель якобы и хочет защитить.

В июне этого года на ежегодно проводимом Фондом семейных предприятий «Дне немецкого семейного предприятия» в Берлине Ангела МЕРКЕЛЬ приободрила своих слушателей:

«Речь не просто о рабочих местах и практической пригодности, а о конституционном соответствии закона. Но Шойбле выбрал возможный подход и после многочисленных бесед внёс дополнительные варианты, с помощью которых мы, как и прежде, защищаем ядро, а именно наследуемое имущество».

Меркель успокоила «ценных семейных предпринимателей», сославшись на «Закон Штрука», согласно которому ни один законопроект не выходит из Бундестага без изменений, и заверила, что «отчётливо осознаёт тонкость обсуждаемого предмета»:

«Вы можете рассчитывать на то, что мы стараемся найти нормы, которые Вам помогут».

Фактически ХДС, ХСС и СДПГ в принятом 8 июля 2015 года правительственном законопроекте пошли ещё на бóльшие уступки предпринимательским семьям. Так, налоговый порог, ниже которого не производится контроль потребности в освобождении от налогов, был повышен до 26 млн. евро (для обычных семейных предприятий) и до 52 млн. евро (для семейных предприятий с корпоративными структурами). Для компаний с числом занятых более 10, но не более 15-ти, обязательство по сумме заработной платы, то есть есть регулирование сохранения рабочих мест, вновь смягчилось. Таким образом, минимальный размер заработной платы составляет 300%, если такое предприятие продолжает деятельность в течение пяти лет, и 565% – если в течение семи лет. Из-за поправок к первоначальному проекту новое законодательное регулирование налога на наследство и дарение в целом было до того усложнено, что оно в крайнем случае будет понятно наиболее опытным налоговым специалистам (крупных компаний).

Нарушен принцип равенства

Остаётся достаточно лазеек для передачи огромных состояний без уплаты бенефициарами налогов. Так, предоставляется возможность передачи компании детям уже к моменту, когда они ещё не в состоянии распоряжаться значительным имуществом и потому, несмотря на нововведённый контроль потребности в освобождении от налогов, могут по-прежнему вступать во владение корпорацией вне зависимости от её стоимости. Даже если компания стоит миллиарды, а бенефициар является очень состоятельным, но не желает раскрывать свои имущественные отношения, ему после продолжения деятельности компании в течение семи лет и соблюдения норм заработной платы придётся отчислять не более 19,5% налога на наследство или дарение.

Продолжающееся предоставление привилегий имуществу предприятий в рамках налогового права является подлым, чисто капиталистическим и ничем не оправданным, поскольку противоречит принципу равенства, зафиксированному в Конституции: «Все люди равны перед законом». Специальный налоговый режим для наследников компании доводит до крайности предоставление государственных льгот собственникам капитала в гражданском обществе. Нет никакого разумного основания для такого повышения благосостояния наследников компаний, поскольку те не обязаны ни обеспечивать данные рабочие места, ни личным имуществом защищать предприятия, которыми они управляют под личную ответственность. Количество рабочих мест из-за реформ налога на наследство, проводимых большой коалицией, несомненно, не уменьшится, вопреки заявлениям лоббистов. По всей вероятности, ввиду чрезвычайно сложных правил кодекса, появится даже больше рабочих мест для налоговых экспертов, инвестиционных консультантов и управляющих активами.

По существу запланированное введение новых норм в отношении налога на наследство и дарение мало что изменит в действующем праве, поскольку предоставление привилегий предпринимательским семьям зафиксировано лишь ограниченно. Как и прежде, эти семьи смогут передавать имущество своего предприятия без выплаты налогов бенефициарами. Во всяком случае, им не придётся пользоваться более благоприятным налоговым режимом где-нибудь за рубежом, чтобы насладиться своим богатством в полной мере. Поскольку ФРГ, тем временем, сама стала настоящим раем для налогов на наследство, капитал и прибыль.

Перевод с немецкого — Александра АНАНЬЕВА

Источник — «СОЦИАЛИСТ

 

By
@
backtotop