Мих. МОЛОТОВ. Марксистский феминизм

Marksfem-1024x682Сто лет назад понятие «феминизм» использовалось марксистами в одном ряду с такими понятиями как «сионизм» или «анархизм». Под «феминизмом» всегда понимали только буржуазное женское движение. Кларе ЦЕТКИН, Александре КОЛЛОНТАЙ или Инессе АРМАНД никогда бы не пришло в голову, что они войдут в историю как величайшие и наиболее радикальные феминистки. Идея освобождения женщины в рамках капитализма оказалась настолько утопичной, а сила идей Маркса в рабочем классе настолько сильной, что само понятие «феминизм» в XX веке стало прочно ассоциироваться с социалистами. Именно поэтому, — как утверждает Михаил МОЛОТОВ в статье, написанной для журнала «Социнформ», — в наши дни пролетарское женское движение называется коммунистическим (марксистским) феминизмом. Публикуем эту статью в порядке дискуссии о природе этого интереснейшего политического и идеологического феномена. Приведённый выше фрагмент с постановкой проблемы также принадлежит автору и может не совпадать с мнением редакции, как и некоторые конечные выводы.

Пролетарский феминизм завоевал себе право на жизнь в жесточайших схватках с шовинизмом и косностью социал-демократических партий II интернационала. Это в наши дни реформизм приспособился и к идее освобождения женщины и к пролетарскому интернационализму, чему яркое свидетельство деятельность крайне оппортунистических «социалистических» партий современной Европы и некоторых леволиберальных организаций России; в эпоху, когда творили Бебель и Цеткин, европейский рабочий вслед за своим реформистским вождём считал негров и женщин людьми второго сорта.

Во время своего выступления на Цюрихском конгрессе Интернационала в 1893 году Клара Цеткин выступила впервые перед товарищами с изложением тех идей, которые существуют ныне под общим именем «марксистский феминизм». Цеткин говорила о двойном гнёте, которому подвергается женщина работница: на работе и в семье. Делегаты съезда крайне негативно отозвались о выступлении Клары. Её поддержали только Либкнехт, Бебель, Гед, Лафарг и некоторые другие марксисты. Таково было отношение к женскому вопросу в рабочих партиях во второй половине XIX века. И это несмотря на тот никем не оспариваемый факт, что идея освобождения женщины зародилась и была облечена в плоть и кровь именно в среде социалистов: сперва утопических, затем научных.

«Женщина стала рабой, когда рабства ещё не существовало», — так впоследствии обобщал Бебель научные выводы относительно зарождения классового общества. На заре частной собственности формируется система патриархата – господства мужчины над женщиной в широком смысле слова – являющаяся отражением новых экономических условий существования общества.

К эпохе господства капитала человечество подошло с гигантским и тяжеловесным грузом тысячелетних предрассудков и привычек. Однако, с формированием стабильного слоя пролетариата, который выживал лишь за счёт продажи своей рабочей силы, с углублением разрыва между городом и деревней, как в укладе жизни, так и в культурном отношении, женщина из пролетарской семьи всё чаще идёт по стопам своего мужа. Так, по объективным экономическим причинам, женщины-пролетарки массово завоёвывают себе право на труд. Как справедливо отмечает Коллонтай, женщины-пролетарки завоевали право на труд ещё тогда, когда буржуазные женщины удовлетворялись ролью содержанок и не думали ни о какой борьбе. Разумеется, впоследствии, буржуазные феминистки припишут завоевание «права на труд себе», как и многие другие завоевания пролетариата.

Не только место у станка завоёвывают себе женщины-работницы, но и место в общем строю борцов за социализм, встречая на каждом шагу непонимание, вражду и саботаж со стороны мужчин. Борьба за равноправие женщин в человеческом обществе по существу началась с борьбы за равноправие внутри рабочих организаций. Маркс и Энгельс формулируют общие положения теорий, которые мы сегодня обобщаем в понятие «марксистский феминизм», Бебель, Цеткин, Коллонтай и др. продолжают исследовать современное общество и положение в нём женщины, одновременно формулируя конкретную пролетарскую программу в области женского вопроса.

Неудивительно, что окончательная победа «марксистского феминизма» на партийном, интернациональном и частично государственном уровне была следствием большевистской революции. Политика большевиков в первые годы советской власти и резолюции первых конгрессов Коминтерна ярко свидетельствуют, что наиболее последовательная пролетарская точка зрения, наиболее радикальный подход к решению женского вопроса, неотделимы от революционной коммунистической политики. Как деятельность II интернационала, так и сталинский термидор сопровождались глухой реакцией против пролетарского женского движения.

Актуальны ли идеи феминизма в наши дни? – так нередко формулируют вопрос наиболее шовинистические и правые элементы в коммунистическим движении. В нашу эпоху реакции и упадка возрождаются самые варварские представления о женщине. Общий культурный уровень коммунистов и рабочих таков, что в нашей собственной среде находится огромное количество не только бытовых сексистов, но и теоретизирующих патриархалов, фальсифицирующих теорию марксизма и подводящих «научную» базу под отрицание актуальности женского вопроса.

Что женский вопрос актуален, об этом ярко свидетельствует вся мировая статистика. Достаточно сказать, что в самой передовой стране по отношению к равенству зарплат в гендерной плоскости – Норвегии – уровень зарплат женщин ниже на 30% уровня зарплат мужчин. Большинство пролетариев мира на сегодняшний день – это женщины. Огромен процент женщин, которые, будучи трудовыми мигрантками, кормят семью и неработающего, часто пьющего, мужа. Таковы работницы Африки и Азии. Даже в Европе и странах бывшего СНГ положение одинокой матери обозначает нищету и зависимость. Общий экономический фон способствует продлению жизни патриархальным семейным предрассудкам, гноящимся в теле буржуазной семьи. Всё это только эпизоды и только экономические эпизоды. Какой мрак царит в правовой области, не нужно даже рассказывать. Всякий читатель без труда вспомнит достаточно ежедневных фактов, свидетельствующих об угнетённом положении женщины.

Вместе с тем, угнетение и дискриминация женщин усиливаются в глубине социальной ямы. Чем более высокое экономическое положение занимает женщина в обществе, тем меньше она подвержена чисто «женскому» угнетению. Для прослойки богатейших женщин планеты женский вопрос и вовсе решён. Таким образом, феминизм не просто актуален, актуален он в первую очередь для женщин рабочего класса. Пролетарский феминизм нельзя противопоставлять классовой борьбе – он есть функция классовой борьбы.

Коммунистический феминизм вынужден бороться на два фронта. С одной стороны, пролетарской женское движение пролагает путь к освобождению женщины в борьбе не только с патриархально-капиталистическим обществом, но и в борьбе с отсталыми, некультурными и неграмотными элементами в общем пролетарском движении, с другой стороны, оно борется против буржуазного феминизма.

Как отмечала Коллонтай, подобно тому, как либеральная буржуазия стремится объявить своё движение «общенародным», буржуазные феминистки объявляют своё движение «общеженским». Глубокая и непроходимая пропасть лежит между женщинами буржуазных классов и пролетарками. У буржуазного феминизма нет положительной программы, он не способен ответить ни на один животрепещущий вопрос женщин. Всё, что могут предложить буржуазные «равноправки» – это свободная конкуренция и вражда с мужчинами. Но каждый шаг к равноправию внутри капиталистического общества красочно демонстрирует женщине пролетарского класса, что её равенство с мужчиной это равенство перед ужасами капитализма, тогда как равенство буржуазки с мужчиной своего класса – это равенство во владении собственностью и эксплуатации пролетариата.

Избавление от тысячелетних предрассудков возможно лишь на пути экономического благополучия и экономической независимости женщины. Фундаментом, создающим эти условия, может быть только социализм. Потому решение женского вопроса возможно лишь на путях социализма, а эти пути лежат через эпоху пролетарских революций.

Внутри социализма в женском вопросе, как и в рабочем вопросе, проявляет себя не только патриархальная реакция, но и влияние либеральной буржуазии. Существует целое течение, которое чаще всего называется «левым феминизмом» и иногда «социалистическим», которое выступает женским крылом реформизма и ревизионизма. Представительницы этого течения критикуют Маркса и марксизм с буржуазных позиций, приписывая марксистам те позиции, на которых марксисты не стоят, и провозглашая старые, гнилые реформистские формулы вместо живых революционных формул.

Давно известен аргумент реформистов против марксизма, который обвиняет марксистов в отказе от борьбы за реформы, будто марксисты «откладывают» решение рабочего вопроса до социализма. Из того факта, что рабочий вопрос неразрешим в рамках капитализма, вовсе не вытекает отрицание борьбы за реформы. Такая борьба имеет как минимум организующее значение. Разница между реформизмом и марксизмом заключается вовсе не в этой плоскости. Реформисты провозглашают по существу, иногда под очень «революционными» фразами, сотрудничество классов и жертвуют стратегической перспективой взамен на сиюминутные выгоды.

Точно так ведут себя ревизионистки. Они обвиняют марксистов в том, что марксисты будто бы откладывают решение женского вопроса до социализма и отказываются от борьбы за равноправие женщин в политической практике. Эта уловка призвана скрыть тот факт, что реформистки под критикой марксизма контрабандой проносят идеи сотрудничества классов, объявляя борьбу «за права женщин» общей борьбой буржуазок и пролетарок. Борясь против буржуазного феминизма, коммунистки вынуждены бороться и против реформисток-«социалисток».

Современное положение рабочего движения таково, что основной пропагандистской задачей коммунистического феминизма в ближайшую эпоху является борьба против сексизма внутри собственных организаций пролетариата. И эта борьба закладывает фундамент для роста доверия женщин-работниц по отношению к коммунистам, а значит укрепления женских пролетарских организаций и организаций рабочего класса в целом. Только обеспечив единство рабочего класса на основе полного равноправия полов, подняв культурный уровень пролетариев и коммунистов, мы обеспечим будущую победу над влияниями буржуазного феминизма и патриархально-патриотической пропаганды режима. Поэтому тем товарищам, которые рвутся в бой против «буржуазных феминисток», но продолжают исповедовать средневековые предрассудки, мы ответим старой русской пословицей: нечего на зеркало пенять, коли рожа крива.

Михаил МОЛОТОВ, редактор сайта «Леворадикал»

«Социнформ». — №2. — 2015. — С. 29-31.


  1. Михаил Молотов on 01/08/2016 at 23:03 said:

    Укажите, что автор — редактор сайта Леворадикал.

Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


× пять = 35

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мих. МОЛОТОВ. Марксистский феминизм

Marksfem-1024x682 25/12/2015

Marksfem-1024x682Сто лет назад понятие «феминизм» использовалось марксистами в одном ряду с такими понятиями как «сионизм» или «анархизм». Под «феминизмом» всегда понимали только буржуазное женское движение. Кларе ЦЕТКИН, Александре КОЛЛОНТАЙ или Инессе АРМАНД никогда бы не пришло в голову, что они войдут в историю как величайшие и наиболее радикальные феминистки. Идея освобождения женщины в рамках капитализма оказалась настолько утопичной, а сила идей Маркса в рабочем классе настолько сильной, что само понятие «феминизм» в XX веке стало прочно ассоциироваться с социалистами. Именно поэтому, — как утверждает Михаил МОЛОТОВ в статье, написанной для журнала «Социнформ», — в наши дни пролетарское женское движение называется коммунистическим (марксистским) феминизмом. Публикуем эту статью в порядке дискуссии о природе этого интереснейшего политического и идеологического феномена. Приведённый выше фрагмент с постановкой проблемы также принадлежит автору и может не совпадать с мнением редакции, как и некоторые конечные выводы.

Пролетарский феминизм завоевал себе право на жизнь в жесточайших схватках с шовинизмом и косностью социал-демократических партий II интернационала. Это в наши дни реформизм приспособился и к идее освобождения женщины и к пролетарскому интернационализму, чему яркое свидетельство деятельность крайне оппортунистических «социалистических» партий современной Европы и некоторых леволиберальных организаций России; в эпоху, когда творили Бебель и Цеткин, европейский рабочий вслед за своим реформистским вождём считал негров и женщин людьми второго сорта.

Во время своего выступления на Цюрихском конгрессе Интернационала в 1893 году Клара Цеткин выступила впервые перед товарищами с изложением тех идей, которые существуют ныне под общим именем «марксистский феминизм». Цеткин говорила о двойном гнёте, которому подвергается женщина работница: на работе и в семье. Делегаты съезда крайне негативно отозвались о выступлении Клары. Её поддержали только Либкнехт, Бебель, Гед, Лафарг и некоторые другие марксисты. Таково было отношение к женскому вопросу в рабочих партиях во второй половине XIX века. И это несмотря на тот никем не оспариваемый факт, что идея освобождения женщины зародилась и была облечена в плоть и кровь именно в среде социалистов: сперва утопических, затем научных.

«Женщина стала рабой, когда рабства ещё не существовало», — так впоследствии обобщал Бебель научные выводы относительно зарождения классового общества. На заре частной собственности формируется система патриархата – господства мужчины над женщиной в широком смысле слова – являющаяся отражением новых экономических условий существования общества.

К эпохе господства капитала человечество подошло с гигантским и тяжеловесным грузом тысячелетних предрассудков и привычек. Однако, с формированием стабильного слоя пролетариата, который выживал лишь за счёт продажи своей рабочей силы, с углублением разрыва между городом и деревней, как в укладе жизни, так и в культурном отношении, женщина из пролетарской семьи всё чаще идёт по стопам своего мужа. Так, по объективным экономическим причинам, женщины-пролетарки массово завоёвывают себе право на труд. Как справедливо отмечает Коллонтай, женщины-пролетарки завоевали право на труд ещё тогда, когда буржуазные женщины удовлетворялись ролью содержанок и не думали ни о какой борьбе. Разумеется, впоследствии, буржуазные феминистки припишут завоевание «права на труд себе», как и многие другие завоевания пролетариата.

Не только место у станка завоёвывают себе женщины-работницы, но и место в общем строю борцов за социализм, встречая на каждом шагу непонимание, вражду и саботаж со стороны мужчин. Борьба за равноправие женщин в человеческом обществе по существу началась с борьбы за равноправие внутри рабочих организаций. Маркс и Энгельс формулируют общие положения теорий, которые мы сегодня обобщаем в понятие «марксистский феминизм», Бебель, Цеткин, Коллонтай и др. продолжают исследовать современное общество и положение в нём женщины, одновременно формулируя конкретную пролетарскую программу в области женского вопроса.

Неудивительно, что окончательная победа «марксистского феминизма» на партийном, интернациональном и частично государственном уровне была следствием большевистской революции. Политика большевиков в первые годы советской власти и резолюции первых конгрессов Коминтерна ярко свидетельствуют, что наиболее последовательная пролетарская точка зрения, наиболее радикальный подход к решению женского вопроса, неотделимы от революционной коммунистической политики. Как деятельность II интернационала, так и сталинский термидор сопровождались глухой реакцией против пролетарского женского движения.

Актуальны ли идеи феминизма в наши дни? – так нередко формулируют вопрос наиболее шовинистические и правые элементы в коммунистическим движении. В нашу эпоху реакции и упадка возрождаются самые варварские представления о женщине. Общий культурный уровень коммунистов и рабочих таков, что в нашей собственной среде находится огромное количество не только бытовых сексистов, но и теоретизирующих патриархалов, фальсифицирующих теорию марксизма и подводящих «научную» базу под отрицание актуальности женского вопроса.

Что женский вопрос актуален, об этом ярко свидетельствует вся мировая статистика. Достаточно сказать, что в самой передовой стране по отношению к равенству зарплат в гендерной плоскости – Норвегии – уровень зарплат женщин ниже на 30% уровня зарплат мужчин. Большинство пролетариев мира на сегодняшний день – это женщины. Огромен процент женщин, которые, будучи трудовыми мигрантками, кормят семью и неработающего, часто пьющего, мужа. Таковы работницы Африки и Азии. Даже в Европе и странах бывшего СНГ положение одинокой матери обозначает нищету и зависимость. Общий экономический фон способствует продлению жизни патриархальным семейным предрассудкам, гноящимся в теле буржуазной семьи. Всё это только эпизоды и только экономические эпизоды. Какой мрак царит в правовой области, не нужно даже рассказывать. Всякий читатель без труда вспомнит достаточно ежедневных фактов, свидетельствующих об угнетённом положении женщины.

Вместе с тем, угнетение и дискриминация женщин усиливаются в глубине социальной ямы. Чем более высокое экономическое положение занимает женщина в обществе, тем меньше она подвержена чисто «женскому» угнетению. Для прослойки богатейших женщин планеты женский вопрос и вовсе решён. Таким образом, феминизм не просто актуален, актуален он в первую очередь для женщин рабочего класса. Пролетарский феминизм нельзя противопоставлять классовой борьбе – он есть функция классовой борьбы.

Коммунистический феминизм вынужден бороться на два фронта. С одной стороны, пролетарской женское движение пролагает путь к освобождению женщины в борьбе не только с патриархально-капиталистическим обществом, но и в борьбе с отсталыми, некультурными и неграмотными элементами в общем пролетарском движении, с другой стороны, оно борется против буржуазного феминизма.

Как отмечала Коллонтай, подобно тому, как либеральная буржуазия стремится объявить своё движение «общенародным», буржуазные феминистки объявляют своё движение «общеженским». Глубокая и непроходимая пропасть лежит между женщинами буржуазных классов и пролетарками. У буржуазного феминизма нет положительной программы, он не способен ответить ни на один животрепещущий вопрос женщин. Всё, что могут предложить буржуазные «равноправки» – это свободная конкуренция и вражда с мужчинами. Но каждый шаг к равноправию внутри капиталистического общества красочно демонстрирует женщине пролетарского класса, что её равенство с мужчиной это равенство перед ужасами капитализма, тогда как равенство буржуазки с мужчиной своего класса – это равенство во владении собственностью и эксплуатации пролетариата.

Избавление от тысячелетних предрассудков возможно лишь на пути экономического благополучия и экономической независимости женщины. Фундаментом, создающим эти условия, может быть только социализм. Потому решение женского вопроса возможно лишь на путях социализма, а эти пути лежат через эпоху пролетарских революций.

Внутри социализма в женском вопросе, как и в рабочем вопросе, проявляет себя не только патриархальная реакция, но и влияние либеральной буржуазии. Существует целое течение, которое чаще всего называется «левым феминизмом» и иногда «социалистическим», которое выступает женским крылом реформизма и ревизионизма. Представительницы этого течения критикуют Маркса и марксизм с буржуазных позиций, приписывая марксистам те позиции, на которых марксисты не стоят, и провозглашая старые, гнилые реформистские формулы вместо живых революционных формул.

Давно известен аргумент реформистов против марксизма, который обвиняет марксистов в отказе от борьбы за реформы, будто марксисты «откладывают» решение рабочего вопроса до социализма. Из того факта, что рабочий вопрос неразрешим в рамках капитализма, вовсе не вытекает отрицание борьбы за реформы. Такая борьба имеет как минимум организующее значение. Разница между реформизмом и марксизмом заключается вовсе не в этой плоскости. Реформисты провозглашают по существу, иногда под очень «революционными» фразами, сотрудничество классов и жертвуют стратегической перспективой взамен на сиюминутные выгоды.

Точно так ведут себя ревизионистки. Они обвиняют марксистов в том, что марксисты будто бы откладывают решение женского вопроса до социализма и отказываются от борьбы за равноправие женщин в политической практике. Эта уловка призвана скрыть тот факт, что реформистки под критикой марксизма контрабандой проносят идеи сотрудничества классов, объявляя борьбу «за права женщин» общей борьбой буржуазок и пролетарок. Борясь против буржуазного феминизма, коммунистки вынуждены бороться и против реформисток-«социалисток».

Современное положение рабочего движения таково, что основной пропагандистской задачей коммунистического феминизма в ближайшую эпоху является борьба против сексизма внутри собственных организаций пролетариата. И эта борьба закладывает фундамент для роста доверия женщин-работниц по отношению к коммунистам, а значит укрепления женских пролетарских организаций и организаций рабочего класса в целом. Только обеспечив единство рабочего класса на основе полного равноправия полов, подняв культурный уровень пролетариев и коммунистов, мы обеспечим будущую победу над влияниями буржуазного феминизма и патриархально-патриотической пропаганды режима. Поэтому тем товарищам, которые рвутся в бой против «буржуазных феминисток», но продолжают исповедовать средневековые предрассудки, мы ответим старой русской пословицей: нечего на зеркало пенять, коли рожа крива.

Михаил МОЛОТОВ, редактор сайта «Леворадикал»

«Социнформ». — №2. — 2015. — С. 29-31.

By
@
backtotop