ЛЕВЫЕ И ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ БУДУЩЕГО

stock-footage-numbers-and-symbols-form-the-continent-of-eurasia-red-tint-more-continents-and-countries-onВ продолжение дискуссии о проблемах и путях развития левого движения Беларуси мы получили текст автора, более известного в правом сегменте отечественной публицистики. Итак, Алексей ДЗЕРМАНТ — философ, участник проекта «Цитадель» — о своём видении проблем и перспектив белорусских левых.

______

Сразу хотел бы сказать, что никогда не причислял себя к ортодоксальным сторонникам марксизма, скорее, к тем, кому интересно и близко творческое развитие его прорывных идей, например, так как это делали Вернер ЗОМБАРТ или Эрнст НИКИШ. Если рассматривать левые идеи в таком ключе, то они, безусловно, имеют будущее, в том числе, будущее в нашей стране. Это одна из причин, побудивших присоединиться к дискуссии о специфике белорусских левых и их перспективах.

Левый – значит народный

Как видно из результатов социологического исследования о комплексе ценностей, с которыми граждане Беларуси связывают своё общество, вектор этих ценностей имеет очевидную социалистическую направленность (мир/стабильность, мультикультурализм, терпимость, социальное обеспечение, культурные традиции и наследие). И в этом отношении Беларусь достаточно заметно отличается от государств Европейского Союза, где господствуют ценности либеральные: рыночная экономика, экономическое процветание, права человека, личные свободы и так далее.

Казалось бы, эти результаты закономерны в силу того, что у нас в стране достаточно бережно отнеслись к советскому промышленному наследию, рыночные реформы не были такими масштабными, а государство в символическом плане ориентируется на победы и достижения белорусской национальной республики в составе СССР.

Несмотря на такую очевидность, ценностные ориентиры большинства белорусов позволяют говорить о большом внутреннем потенциале использования левых, социалистических идей и смыслов различными политическими силами. Естественно, раньше и, наверное, лучше всех этим потенциалом воспользовалась действующая власть, провозгласив преемственность по отношению к БССР и курс на создание социально-ориентированной модели государства. Условно говоря, левые идеи до сих составляют стержень белорусской идентичности и во многом всё ещё определяют политику белорусских властей, хотя, очевидно, что экономические проблемы вынуждают власть искать иные формы управления хозяйством.

Комплекс социалистических ценностей, с которыми солидарны граждане и значительная часть госаппарата, пока делает невозможным разворот общества и государства к противоположным ценностям и ориентирам, связанным с идеологиями либерализма и ультранационализма. Приверженцы этих идеологий, в свою очередь, взаимно сближаются, в том числе, и на основании отрицания социалистического базиса белорусского большинства. К ним также примыкают немногочисленные левацкие, анархистские группы и групускулы* по нигилистическим мотивам отрицания любой государственной власти либо же исходя из либертарной логики борьбы за права всевозможных меньшинств.

* Групускулы — термин, введённый Роджером Гриффином для обозначения небольших групп политических активистов, действующих в политике на грани дозволенного; в отличии от мелких политических организаций, групускулы не стремятся к политическому признанию, легальному статусу и т.д. — Прим. ред.

Но эти течения, хоть и имеют некоторое количество приверженцев, всё же являются для белорусского общества идеологической экзотикой, которая вряд ли будет привлекательной для большинства граждан. В качестве продолжения и развития комплекса ценностей, важных для нашего общества можно представить разве что консервативную идейную платформу, акцентирующую внимание на коллективных интересах, сохранение традиционных социальных идентичностей (семейных, религиозных, национальных) и культурного наследия, но без националистического или реакционного уклона. В этом случае, консерватизм будет такой же естественной народной стихией, органически дополняющей левые идеи.

Родом из БССР

Для консерватора важен ответ на вопрос: «А что же мы хотим сохранить?» Ответ на него не может быть универсальным, он всегда зависит от специфики исторического опыта каждого конкретного народа. Поэтому возможен собственно белорусский консерватизм, отличный от белогвардейских сантиментов по «России, которую мы потеряли» или воздыханий пилсудчиков о панской Польше. Как это не покажется парадоксальным, но сохранять и развивать в белорусском случае следует то, что реально сформировало белорусов как нацию, позволило нам выжить и победить в страшной войне и стать одной из самых индустриально-развитых стран Восточной Европы. Да, речь идет о БССР, нашей национальной части большого советского проекта.

Какое отношение консерватизм к революционному проекту? Самое прямое. Во-первых, характеристику Советского Союза как государства, где происходила планомерная «консервативная модернизация» можно встретить и в научной литературе**. Во-вторых, весьма интересно, что немецкие мыслители из стана «консервативной революции» концептуально описавшие лучше всех то, что происходило в XX-м веке: тотальную мобилизацию, развертывание планетарного господства гештальта «Рабочего» (Эрнст ЮНГЕР), теорию партизанской войны (Карл ШМИТТ), каким-то странным образом более всего «попали» в белорусскую реальность. Именно белорусы родились как нация, нация Работы в горниле тотальной мобилизации (коллективизации, индустриализации, урбанизации) и партизанской войны.

** См., например: Вишневский, А.Г. Серп и рубль: Консервативная модернизация в СССР. Москва: ОГИ, 1998.

Что, прежде всего, важно в наследии БССР? Прецедент создания первого национального государственного образования. Развитие в нём национальных языка и культуры совместно с языками и культурами близких народов. Национальное воссоединение 17 сентября 1939 года. Победа в войне и мощнейшая прививка от нацизма, культа коллаборантов и всего, что было повержено вместе с этим. Послевоенное восстановление и меритократическая система управления, созданная «партизанским» поколением. Причастность к Большому Проекту. Всё это отличает белорусов от большинства восточноевропейских наций, сконструированных на основе языковой исключительности, средневековой мифологии и антисоветском аффекте. А если нас это отличает, то есть формирует нашу реальную, а не придуманную идентичность, то именно это нужно и должно сохранять.

Красная Евразия

О Большом Проекте стоит сказать подробнее. Иногда кажется, что многие белорусские левые утратили возможность воспринимать реальность в оптике больших пространств, проектов, идей. Есть некая аналитическая текучка, посвященная тревожным либеральным тенденциям в государственном управлении экономикой, националистическим веяниям в анархо-субкультуре и так далее. Но очень мало синтеза и конструктива. На либеральные тенденции в экономике следует отвечать разработкой и практической реализацией эффективных экономических моделей. Национализм необходимо превосходить собственным наполнением национальной идентичности и сверхнациональной перспективой.

Недостаточно просто констатировать, что на Западе и Востоке кругом империалисты, мечтающие о поглощении нашей, пусть и не совершенно социалистической, но более близкой к этому, чем любое из соседних государств, страны. Но даже построение социализма в одной отдельно взятой Беларуси не решает проблемы необходимости альтернативы глобальному капитализму. Сейчас на карте планеты уже практически не осталось по-настоящему социалистических государств, кроме, пожалуй, КНДР. Конечно, вопрос об уничтожении частной собственности на средства производства, как обязательном условии построения социализма является важным, но вряд ли на него сейчас можно однозначно ответить. Скорее и тут необходимо синтетическое решение, скажем, в духе теории Николая АЛЕКСЕЕВА о государственно-частной системе хозяйства***.

*** Алексеев, Н.Н. Собственность и социализм. Опыт обоснования социально-экономической программы евразийства // Н.Н.  Алексеев. Русский народ и государство. Москва: «Аграф», 1998. С. 186-281

Очевидно, что существование Беларуси как общества и государства, имеющих социальный и социалистический базис невозможно без участия в некой новой сверхнациональной общности, которая может позволить себе создание масштабной системы, отличной от глобального капитализма. Подобие попытки создания такой системы некоторые усматривают в Евразийском Экономическом Союзе, который пока выглядит скорее как клон либерального Европейского Союза. В любом случае, для Беларуси евразийское пространство – это действительно шанс на выживание и сохранение своей идентичности: индустриальной, политической культурной, но для этого мало быть просто участником уже запущенных интеграционных процессов.

Нужно осмысливать и предлагать новые модели организации управления экономикой и политикой, к пониманию чего уже приходят наиболее прозорливые российские левые. Отсюда и задача левых белорусских: не бояться идеологического синтеза, прирастать масштабом мышления и действия, сохранять смысловое ядро общества, корректировать в случае необходимости государство, стремиться сделать из него экспериментальную площадку для всей Евразии. Красной Евразии.

 Алексей ДЗЕРМАНТ


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


девять × = 63

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

ЛЕВЫЕ И ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ БУДУЩЕГО

stock-footage-numbers-and-symbols-form-the-continent-of-eurasia-red-tint-more-continents-and-countries-on 05/04/2015

stock-footage-numbers-and-symbols-form-the-continent-of-eurasia-red-tint-more-continents-and-countries-onВ продолжение дискуссии о проблемах и путях развития левого движения Беларуси мы получили текст автора, более известного в правом сегменте отечественной публицистики. Итак, Алексей ДЗЕРМАНТ — философ, участник проекта «Цитадель» — о своём видении проблем и перспектив белорусских левых.

______

Сразу хотел бы сказать, что никогда не причислял себя к ортодоксальным сторонникам марксизма, скорее, к тем, кому интересно и близко творческое развитие его прорывных идей, например, так как это делали Вернер ЗОМБАРТ или Эрнст НИКИШ. Если рассматривать левые идеи в таком ключе, то они, безусловно, имеют будущее, в том числе, будущее в нашей стране. Это одна из причин, побудивших присоединиться к дискуссии о специфике белорусских левых и их перспективах.

Левый – значит народный

Как видно из результатов социологического исследования о комплексе ценностей, с которыми граждане Беларуси связывают своё общество, вектор этих ценностей имеет очевидную социалистическую направленность (мир/стабильность, мультикультурализм, терпимость, социальное обеспечение, культурные традиции и наследие). И в этом отношении Беларусь достаточно заметно отличается от государств Европейского Союза, где господствуют ценности либеральные: рыночная экономика, экономическое процветание, права человека, личные свободы и так далее.

Казалось бы, эти результаты закономерны в силу того, что у нас в стране достаточно бережно отнеслись к советскому промышленному наследию, рыночные реформы не были такими масштабными, а государство в символическом плане ориентируется на победы и достижения белорусской национальной республики в составе СССР.

Несмотря на такую очевидность, ценностные ориентиры большинства белорусов позволяют говорить о большом внутреннем потенциале использования левых, социалистических идей и смыслов различными политическими силами. Естественно, раньше и, наверное, лучше всех этим потенциалом воспользовалась действующая власть, провозгласив преемственность по отношению к БССР и курс на создание социально-ориентированной модели государства. Условно говоря, левые идеи до сих составляют стержень белорусской идентичности и во многом всё ещё определяют политику белорусских властей, хотя, очевидно, что экономические проблемы вынуждают власть искать иные формы управления хозяйством.

Комплекс социалистических ценностей, с которыми солидарны граждане и значительная часть госаппарата, пока делает невозможным разворот общества и государства к противоположным ценностям и ориентирам, связанным с идеологиями либерализма и ультранационализма. Приверженцы этих идеологий, в свою очередь, взаимно сближаются, в том числе, и на основании отрицания социалистического базиса белорусского большинства. К ним также примыкают немногочисленные левацкие, анархистские группы и групускулы* по нигилистическим мотивам отрицания любой государственной власти либо же исходя из либертарной логики борьбы за права всевозможных меньшинств.

* Групускулы — термин, введённый Роджером Гриффином для обозначения небольших групп политических активистов, действующих в политике на грани дозволенного; в отличии от мелких политических организаций, групускулы не стремятся к политическому признанию, легальному статусу и т.д. — Прим. ред.

Но эти течения, хоть и имеют некоторое количество приверженцев, всё же являются для белорусского общества идеологической экзотикой, которая вряд ли будет привлекательной для большинства граждан. В качестве продолжения и развития комплекса ценностей, важных для нашего общества можно представить разве что консервативную идейную платформу, акцентирующую внимание на коллективных интересах, сохранение традиционных социальных идентичностей (семейных, религиозных, национальных) и культурного наследия, но без националистического или реакционного уклона. В этом случае, консерватизм будет такой же естественной народной стихией, органически дополняющей левые идеи.

Родом из БССР

Для консерватора важен ответ на вопрос: «А что же мы хотим сохранить?» Ответ на него не может быть универсальным, он всегда зависит от специфики исторического опыта каждого конкретного народа. Поэтому возможен собственно белорусский консерватизм, отличный от белогвардейских сантиментов по «России, которую мы потеряли» или воздыханий пилсудчиков о панской Польше. Как это не покажется парадоксальным, но сохранять и развивать в белорусском случае следует то, что реально сформировало белорусов как нацию, позволило нам выжить и победить в страшной войне и стать одной из самых индустриально-развитых стран Восточной Европы. Да, речь идет о БССР, нашей национальной части большого советского проекта.

Какое отношение консерватизм к революционному проекту? Самое прямое. Во-первых, характеристику Советского Союза как государства, где происходила планомерная «консервативная модернизация» можно встретить и в научной литературе**. Во-вторых, весьма интересно, что немецкие мыслители из стана «консервативной революции» концептуально описавшие лучше всех то, что происходило в XX-м веке: тотальную мобилизацию, развертывание планетарного господства гештальта «Рабочего» (Эрнст ЮНГЕР), теорию партизанской войны (Карл ШМИТТ), каким-то странным образом более всего «попали» в белорусскую реальность. Именно белорусы родились как нация, нация Работы в горниле тотальной мобилизации (коллективизации, индустриализации, урбанизации) и партизанской войны.

** См., например: Вишневский, А.Г. Серп и рубль: Консервативная модернизация в СССР. Москва: ОГИ, 1998.

Что, прежде всего, важно в наследии БССР? Прецедент создания первого национального государственного образования. Развитие в нём национальных языка и культуры совместно с языками и культурами близких народов. Национальное воссоединение 17 сентября 1939 года. Победа в войне и мощнейшая прививка от нацизма, культа коллаборантов и всего, что было повержено вместе с этим. Послевоенное восстановление и меритократическая система управления, созданная «партизанским» поколением. Причастность к Большому Проекту. Всё это отличает белорусов от большинства восточноевропейских наций, сконструированных на основе языковой исключительности, средневековой мифологии и антисоветском аффекте. А если нас это отличает, то есть формирует нашу реальную, а не придуманную идентичность, то именно это нужно и должно сохранять.

Красная Евразия

О Большом Проекте стоит сказать подробнее. Иногда кажется, что многие белорусские левые утратили возможность воспринимать реальность в оптике больших пространств, проектов, идей. Есть некая аналитическая текучка, посвященная тревожным либеральным тенденциям в государственном управлении экономикой, националистическим веяниям в анархо-субкультуре и так далее. Но очень мало синтеза и конструктива. На либеральные тенденции в экономике следует отвечать разработкой и практической реализацией эффективных экономических моделей. Национализм необходимо превосходить собственным наполнением национальной идентичности и сверхнациональной перспективой.

Недостаточно просто констатировать, что на Западе и Востоке кругом империалисты, мечтающие о поглощении нашей, пусть и не совершенно социалистической, но более близкой к этому, чем любое из соседних государств, страны. Но даже построение социализма в одной отдельно взятой Беларуси не решает проблемы необходимости альтернативы глобальному капитализму. Сейчас на карте планеты уже практически не осталось по-настоящему социалистических государств, кроме, пожалуй, КНДР. Конечно, вопрос об уничтожении частной собственности на средства производства, как обязательном условии построения социализма является важным, но вряд ли на него сейчас можно однозначно ответить. Скорее и тут необходимо синтетическое решение, скажем, в духе теории Николая АЛЕКСЕЕВА о государственно-частной системе хозяйства***.

*** Алексеев, Н.Н. Собственность и социализм. Опыт обоснования социально-экономической программы евразийства // Н.Н.  Алексеев. Русский народ и государство. Москва: «Аграф», 1998. С. 186-281

Очевидно, что существование Беларуси как общества и государства, имеющих социальный и социалистический базис невозможно без участия в некой новой сверхнациональной общности, которая может позволить себе создание масштабной системы, отличной от глобального капитализма. Подобие попытки создания такой системы некоторые усматривают в Евразийском Экономическом Союзе, который пока выглядит скорее как клон либерального Европейского Союза. В любом случае, для Беларуси евразийское пространство – это действительно шанс на выживание и сохранение своей идентичности: индустриальной, политической культурной, но для этого мало быть просто участником уже запущенных интеграционных процессов.

Нужно осмысливать и предлагать новые модели организации управления экономикой и политикой, к пониманию чего уже приходят наиболее прозорливые российские левые. Отсюда и задача левых белорусских: не бояться идеологического синтеза, прирастать масштабом мышления и действия, сохранять смысловое ядро общества, корректировать в случае необходимости государство, стремиться сделать из него экспериментальную площадку для всей Евразии. Красной Евразии.

 Алексей ДЗЕРМАНТ

By
@
backtotop