Почему у Горбачёва не получилось… (Славой ЖИЖЕК, Compact)

30 августа 2022 года скончался Михаил ГОРБАЧЁВ — первый и последний президент СССР, историческое значение личности которого, возможно, пока оценивать рано, — пока не улеглись эмоции, — но уже оценивают: например, журнал Time включил Горбачёва в сотню выдающихся людей XX века (в категории «Лидеры и революционеры»). В свою очередь, мы, постсоветские люди, скажем прямо, никогда не простим ему экономической разрухи конца 1980-х и развала СССР. Впрочем, как считают эксперты, главной его ошибкой всё же была попытка совместить экономические реформы с перестройкой политической системы, хотя такие болезненные реформы могут быть успешными только при наличии сильной централизованной власти, — как показывает пример Китая.

qrqg24pwrg2baxw2jzmprqcfynuoth3phmmfepm3-1280x750

Фотоколлаж: jpgazeta.ru

Примерно об этом пишет известный западный философ словенского происхождения Славой ЖИЖЕК в своей статье Why Gorbachev Failed для журнала Compact; впрочем, по случаю он пишет и про образ «другого коммунизма», далёкого от представлений ортодоксального марксизма (или того же марксизма-ленинизма, в традициях которого формировался сам Горбачёв) и основанного на признании (Жижек тут цитирует Троцкого) «органической неспособности пролетариата стать правящим классом» (помнится, что сам и Жижек как-то заявил , что «это иллюзия — идея о том, что рабочий класс проснётся и создаст какую-ту прямую демократию…»).

_______

Биологическая смерть Михаила ГОРБАЧЁВА — это его вторая смерть. Символически он умер после распада Советского Союза. Его роль была чисто негативной, роль исчезнувшего посредника: Он «снёс стену» (см. по этому поводу комментарий одного немецкого телеграм-канала ниже. — Left.BY), он положил начало исчезновению коммунистической системы, и его помнят и хвалят за то, что он позволил этому исчезновению произойти мирным путём. Горбачёв честно сыграл свою роль — так что же пошло не так? Почему перестройка превратилась в катастройку?*

* «А помните начало перестройки, которую можно оценить и «катастройкой» по Зиновьеву, но первый этап которой всех обнадёжил?», — писал в своё время Альберт ЛИХАНОВ в своей статье «Уроки Лихачёва»». — Left.BY.

Объяснение этому можно найти в процессе десталинизации, начатом Хрущёвым в 1956 году и продолженном в эпоху Горбачёва. Хрущёв, сделавший ставку на последнее издыхание коммунистического задора, начал с реабилитации военноначальников, расстрелянных в 1937 году, таких как «красный Наполеон» Михаил ТУХАЧЕВСКИЙ. Между тем, последним реабилитированным — уже в эпоху Горбачёва, перед самым крахом режима — был Николай БУХАРИН. Это было верным предзнаменованием поворота к капитализму: реабилитированный Бухарин был тем самым, кто в 1920-х годах выступал против насильственной коллективизации и за пакт между рабочими и крестьянами (владельцами своей земли) со знаменитым лозунгом «Богатейте!»

Ещё более показательным для тех, кто хочет понять причины провала перестройки, является судьба одной фигуры, которая так и не была реабилитирована, исключена как коммунистами, так и антикоммунистическими русскими националистами: Троцкий, «бродячий еврей» революции 1917 года, истинный анти-Сталин, заклятый враг, противопоставивший идее «построения социализма в одной стране» своё представление о «перманентной революции».

Почему так произошло? После падения Хрущёва в 1964 году в Советском Союзе воцарился безропотный цинизм, вплоть до попытки Горбачёва более радикально пересмотреть прошлое. Однако Ленин до конца оставался для Горбачёва непоколебимым авторитетом, а Троцкий продолжал оставаться никем — и не без оснований. Ведь Троцкий сделал горькое предупреждение. Как отметил Кристофер ХИТЧЕНС в статье 2004 года,

«в самом конце своей жизни, отрезанный от мира в Мексике и, осознавая ухудшение своего здоровья, [Троцкий] признал после начала Второй мировой войны, что военный конфликт может закончиться без социалистической революции. В этом случае от всего марксистско-ленинского проекта пришлось бы отказаться».

Вот отрывок из последнего текста Троцкого:

«Тогда мы вынуждены были бы признать, что [сталинизм] коренится не в отсталости страны и не в империалистском окружении, а в органической неспособности пролетариата стать правящим классом. Тогда пришлось бы ретроспективно установить, что … нынешний СССР оказался предтечей нового эксплуататорского режима в международном масштабе».

Троцкий здесь предельно ясен: нужно забыть главную идею о «пролетарской власти», идею о том, что нищие способны организовать альтернативную власть. «В ретроспективе» означает, что эта идея с самого начала была обречена. Это тот шаг, который Горбачёв не был готов сделать: когда он произнёс лозунги о гласности и перестройке, он не увидел, что вызвал лавину, которая изменила мир.

После реформ Дэн СЯОПИНА китайцы пошли по радикально иному, почти противоположному пути. Хотя на уровне экономики (и, до определённого момента, культуры) то, что обычно понимается как «коммунизм», было брошено, и ворота были широко открыты для «либерализации» в западном стиле (частная собственность, извлечение прибыли, гедонистический индивидуализм и так далее), китайская партия, тем не менее, сохранила свою идеологическо-политическую гегемонию — не в смысле доктринальной ортодоксальности (в официальном дискурсе ориентация на конфуцианское «гармоничное общество» практически заменила собой ориентацию на коммунизм), а в смысле сохранения безусловной политической гегемонии коммунистической партии как единственного гаранта стабильности и процветания Китая. Это требовало тщательного контроля и регулирования идеологического дискурса об истории Китая, особенно об истории последних двух столетий: история, бесконечно переписываемая государственными СМИ и учебниками, — это история унижения Китая, начиная с Опиумных войн и далее, которая закончилась только после победы коммунистов в 1949 году, что приводит к выводу, что быть патриотом — значит поддерживать правление партии.

Когда истории отводится такая легитимирующая роль, она, разумеется, не терпит никакой существенной самокритики. Китайцы усвоили урок горбачёвского провала: полное признание «преступлений основателей» приведет лишь к краху всей системы. Таким образом, эти преступления должны оставаться непризнаными. Правда, некоторые маоистские «перегибы» и «ошибки» осуждаются («Большой скачок» и последовавший за ним чудовищный голод; «Культурная революция»), а оценка роли Мао, данная Дэном (70% положительного, 30% отрицательного), закреплена в качестве официальной формулы. Но эта оценка функционирует как формальный вывод, который делает ненужным любое дальнейшее развитие: даже если Мао был на 30% «плохим», всё символическое воздействие этого признания нейтрализуется, так что его можно продолжать прославлять как «отца-основателя» нации, его тело — в мавзолее и его изображение на каждой банкноте. Здесь мы имеем дело с очевидным случаем фетишистского отрицания: хотя мы прекрасно знаем, что Мао совершал ошибки и причинял огромные страдания, его фигура остаётся магически незапятнанной этими фактами. Таким образом, китайские коммунисты могут и иметь свой пирог и съесть его: радикальные изменения, вызванные экономической либерализацией, сочетаются с продолжением правления той же партии, что и раньше.

Горбачёв не смог реализовать подобный манёвр. Самая печальная история, которую я знаю о Горбачёве, — это слух, который циркулировал в Германии в 1990-х годах — кто знает, правда ли это, но если и не правда, то тоже очень хорошо: во время визита в Берлин после потери власти Горбачёв неожиданно решил нанести визит Вилли БРАНДТУ. Однако, когда он (со своей охраной) подошел к дому Брандта и позвонил в звонок, Брандт отказался его принять.

Позже экс-канцлер объяснил другу причину отказа: он так и не простил Горбачёва за то, что тот допустил распад коммунистического блока — не потому, что Брандт тайно верил в советский коммунизм, а потому, что прекрасно понимал, что исчезновение коммунистического блока повлечёт за собой исчезновение социал-демократического государства «всеобщего благосостояния» Западной Европы. Иными словами, Брандт знал, что капиталистическая система готова пойти на значительные уступки рабочим и бедным только при наличии серьёзной угрозы альтернативы, другого способа производства, обещающего рабочим их права. Чтобы сохранить свою легитимность, капитализм должен продемонстрировать, что он работает лучше даже для рабочих и бедных, и как только эта альтернатива исчезнет, элиты могут приступить к демонтажу государства «всеобщего благосостояния».

Текущий глобальный кризис явно требует радикальных социальных изменений. Однако если мы действительно хотим реанимировать образ «другого» коммунизма, это придется делать на совершенно иной основе, чем та, которую представлял себе Горбачёв (и Ленин).

Источник — Центр политического анализа

_______

th-2186999982

«КПСС под руководством Горбачёва сдала империалистам и СССР, и все страны Варшавского договора. Сейчас… возможно, 3-я Мировая война уже идёт…», — Эрих ХОНЕККЕР, экс-руководитель ГДР

В немецкой общественно-политической и исторической дискуссии имя Горбачёва занимает место, которое трудно соотнести с таковым внутри России. Без Горбачёва воссоединение Германии было бы невозможно. Редкий случай, когда роль российского или советского лидера в новейшей истории стран Запада окрашена в столь позитивные тона.

С годами блеск образа генсека-объединителя постепенно тускнел. Влияла внутрироссийская дискуссия и само развитие международных отношений. Эпоха Горбачёва оказалась краткосрочной, а его наследие — уязвимым.

На место благодарности пришло чувство облегчения: успели воспользоваться моментом. Воссоединение Германии на условиях Бонна было невозможно при Брежневе и Андропове, но было маловероятно и при Ельцине. Коль успел скомбинировать в своих интересах высокий международный статус СССР и дисфункцию его руководства конца 1980-х гг. Поезд германского единства проскочил на мигающий «жёлтый» и смог не сбить ни одного шлагбаума.

Горбачев говорил, что он отдал Германию немцам. К сожалению, столь важного уточнения, каким именно «немцам» он её отдал, так и не последовало. — German Wings

_______

8de8564e1ad75c301a2f524d016c1c70f4be3da6-2328x3493В 2001 г. ВЦИОМ провёл опрос о Горбачёве и последствиях его управления страной. Половина россиян тогда отметила, что деятельность Горбачёва принесла стране больше вреда (51%), каждый третий придерживался мнения, что поровну – и вреда, и пользы (32%). «Он действовал, скорее, в интересах небольшой группы лиц» — посчитали 46%.

Из позитивных последствий, оставшихся после пребывания на посту президента Горбачёва, россияне называют гласность и свободу слова (9%), начало перестройки (4%) и развитие международных отношений (3%). Считают, что не было ничего хорошего — 37%. Отрицательными действиями правления Горбачёва россияне называют распад СССР (36%), внешнюю политику «в угоду Западу и США» (7%) и упадок экономики (7%).

Согласно опросу, более 70% россиян считают, что при Горбачеве страна двигалась, скорее, в неверном направлении. «Михаил Горбачёв — политик, который думал о благе страны, но совершил ряд серьёзных тактических просчётов, которые и привели к потрясениям и проблемам» — 51%. Считают его преступником, сознательно развалившим страну, 22% опрошенных.

По словам директора по стратегическому развитию ВЦИОМ Степана Львова, россияне «не собираются пересматривать отношение к исторической роли Горбачева, даже несмотря на смену поколений». «Еще долгое время его имя будет связано с трагедией распада — не столько коммунистической державы как таковой, а с разрушением сложившихся устоев, государства и его роли в мире, советского общества и его благосостояния… Эмоциональность уходит, но рациональные мотивы к оправданию Горбачева не складываются», — отметил тогда Львов. — ТАСС

_______

Мнение автора не обязательно должно совпадать с мнением редакции

_______

Читать ещё:

Славой ЖИЖЕК: «Коронавирус заставит нас заново изобрести «коммунизм», основанный на доверии к людям и науке…»

Славой ЖИЖЕК: «Я пессимистичный коммунист, но всё равно коммунист…»

Славой ЖИЖЕК: «Сначала надо ввязаться в бой…»

Славой ЖИЖЕК. Идеология — это хомяк…

Славой ЖИЖЕК. Сделать невозможное


Comments are closed.

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Почему у Горбачёва не получилось… (Славой ЖИЖЕК, Compact)

03/09/2022

30 августа 2022 года скончался Михаил ГОРБАЧЁВ — первый и последний президент СССР, историческое значение личности которого, возможно, пока оценивать рано, — пока не улеглись эмоции, — но уже оценивают: например, журнал Time включил Горбачёва в сотню выдающихся людей XX века (в категории «Лидеры и революционеры»). В свою очередь, мы, постсоветские люди, скажем прямо, никогда не простим ему экономической разрухи конца 1980-х и развала СССР. Впрочем, как считают эксперты, главной его ошибкой всё же была попытка совместить экономические реформы с перестройкой политической системы, хотя такие болезненные реформы могут быть успешными только при наличии сильной централизованной власти, — как показывает пример Китая.

qrqg24pwrg2baxw2jzmprqcfynuoth3phmmfepm3-1280x750

Фотоколлаж: jpgazeta.ru

Примерно об этом пишет известный западный философ словенского происхождения Славой ЖИЖЕК в своей статье Why Gorbachev Failed для журнала Compact; впрочем, по случаю он пишет и про образ «другого коммунизма», далёкого от представлений ортодоксального марксизма (или того же марксизма-ленинизма, в традициях которого формировался сам Горбачёв) и основанного на признании (Жижек тут цитирует Троцкого) «органической неспособности пролетариата стать правящим классом» (помнится, что сам и Жижек как-то заявил , что «это иллюзия — идея о том, что рабочий класс проснётся и создаст какую-ту прямую демократию…»).

_______

Биологическая смерть Михаила ГОРБАЧЁВА — это его вторая смерть. Символически он умер после распада Советского Союза. Его роль была чисто негативной, роль исчезнувшего посредника: Он «снёс стену» (см. по этому поводу комментарий одного немецкого телеграм-канала ниже. — Left.BY), он положил начало исчезновению коммунистической системы, и его помнят и хвалят за то, что он позволил этому исчезновению произойти мирным путём. Горбачёв честно сыграл свою роль — так что же пошло не так? Почему перестройка превратилась в катастройку?*

* «А помните начало перестройки, которую можно оценить и «катастройкой» по Зиновьеву, но первый этап которой всех обнадёжил?», — писал в своё время Альберт ЛИХАНОВ в своей статье «Уроки Лихачёва»». — Left.BY.

Объяснение этому можно найти в процессе десталинизации, начатом Хрущёвым в 1956 году и продолженном в эпоху Горбачёва. Хрущёв, сделавший ставку на последнее издыхание коммунистического задора, начал с реабилитации военноначальников, расстрелянных в 1937 году, таких как «красный Наполеон» Михаил ТУХАЧЕВСКИЙ. Между тем, последним реабилитированным — уже в эпоху Горбачёва, перед самым крахом режима — был Николай БУХАРИН. Это было верным предзнаменованием поворота к капитализму: реабилитированный Бухарин был тем самым, кто в 1920-х годах выступал против насильственной коллективизации и за пакт между рабочими и крестьянами (владельцами своей земли) со знаменитым лозунгом «Богатейте!»

Ещё более показательным для тех, кто хочет понять причины провала перестройки, является судьба одной фигуры, которая так и не была реабилитирована, исключена как коммунистами, так и антикоммунистическими русскими националистами: Троцкий, «бродячий еврей» революции 1917 года, истинный анти-Сталин, заклятый враг, противопоставивший идее «построения социализма в одной стране» своё представление о «перманентной революции».

Почему так произошло? После падения Хрущёва в 1964 году в Советском Союзе воцарился безропотный цинизм, вплоть до попытки Горбачёва более радикально пересмотреть прошлое. Однако Ленин до конца оставался для Горбачёва непоколебимым авторитетом, а Троцкий продолжал оставаться никем — и не без оснований. Ведь Троцкий сделал горькое предупреждение. Как отметил Кристофер ХИТЧЕНС в статье 2004 года,

«в самом конце своей жизни, отрезанный от мира в Мексике и, осознавая ухудшение своего здоровья, [Троцкий] признал после начала Второй мировой войны, что военный конфликт может закончиться без социалистической революции. В этом случае от всего марксистско-ленинского проекта пришлось бы отказаться».

Вот отрывок из последнего текста Троцкого:

«Тогда мы вынуждены были бы признать, что [сталинизм] коренится не в отсталости страны и не в империалистском окружении, а в органической неспособности пролетариата стать правящим классом. Тогда пришлось бы ретроспективно установить, что … нынешний СССР оказался предтечей нового эксплуататорского режима в международном масштабе».

Троцкий здесь предельно ясен: нужно забыть главную идею о «пролетарской власти», идею о том, что нищие способны организовать альтернативную власть. «В ретроспективе» означает, что эта идея с самого начала была обречена. Это тот шаг, который Горбачёв не был готов сделать: когда он произнёс лозунги о гласности и перестройке, он не увидел, что вызвал лавину, которая изменила мир.

После реформ Дэн СЯОПИНА китайцы пошли по радикально иному, почти противоположному пути. Хотя на уровне экономики (и, до определённого момента, культуры) то, что обычно понимается как «коммунизм», было брошено, и ворота были широко открыты для «либерализации» в западном стиле (частная собственность, извлечение прибыли, гедонистический индивидуализм и так далее), китайская партия, тем не менее, сохранила свою идеологическо-политическую гегемонию — не в смысле доктринальной ортодоксальности (в официальном дискурсе ориентация на конфуцианское «гармоничное общество» практически заменила собой ориентацию на коммунизм), а в смысле сохранения безусловной политической гегемонии коммунистической партии как единственного гаранта стабильности и процветания Китая. Это требовало тщательного контроля и регулирования идеологического дискурса об истории Китая, особенно об истории последних двух столетий: история, бесконечно переписываемая государственными СМИ и учебниками, — это история унижения Китая, начиная с Опиумных войн и далее, которая закончилась только после победы коммунистов в 1949 году, что приводит к выводу, что быть патриотом — значит поддерживать правление партии.

Когда истории отводится такая легитимирующая роль, она, разумеется, не терпит никакой существенной самокритики. Китайцы усвоили урок горбачёвского провала: полное признание «преступлений основателей» приведет лишь к краху всей системы. Таким образом, эти преступления должны оставаться непризнаными. Правда, некоторые маоистские «перегибы» и «ошибки» осуждаются («Большой скачок» и последовавший за ним чудовищный голод; «Культурная революция»), а оценка роли Мао, данная Дэном (70% положительного, 30% отрицательного), закреплена в качестве официальной формулы. Но эта оценка функционирует как формальный вывод, который делает ненужным любое дальнейшее развитие: даже если Мао был на 30% «плохим», всё символическое воздействие этого признания нейтрализуется, так что его можно продолжать прославлять как «отца-основателя» нации, его тело — в мавзолее и его изображение на каждой банкноте. Здесь мы имеем дело с очевидным случаем фетишистского отрицания: хотя мы прекрасно знаем, что Мао совершал ошибки и причинял огромные страдания, его фигура остаётся магически незапятнанной этими фактами. Таким образом, китайские коммунисты могут и иметь свой пирог и съесть его: радикальные изменения, вызванные экономической либерализацией, сочетаются с продолжением правления той же партии, что и раньше.

Горбачёв не смог реализовать подобный манёвр. Самая печальная история, которую я знаю о Горбачёве, — это слух, который циркулировал в Германии в 1990-х годах — кто знает, правда ли это, но если и не правда, то тоже очень хорошо: во время визита в Берлин после потери власти Горбачёв неожиданно решил нанести визит Вилли БРАНДТУ. Однако, когда он (со своей охраной) подошел к дому Брандта и позвонил в звонок, Брандт отказался его принять.

Позже экс-канцлер объяснил другу причину отказа: он так и не простил Горбачёва за то, что тот допустил распад коммунистического блока — не потому, что Брандт тайно верил в советский коммунизм, а потому, что прекрасно понимал, что исчезновение коммунистического блока повлечёт за собой исчезновение социал-демократического государства «всеобщего благосостояния» Западной Европы. Иными словами, Брандт знал, что капиталистическая система готова пойти на значительные уступки рабочим и бедным только при наличии серьёзной угрозы альтернативы, другого способа производства, обещающего рабочим их права. Чтобы сохранить свою легитимность, капитализм должен продемонстрировать, что он работает лучше даже для рабочих и бедных, и как только эта альтернатива исчезнет, элиты могут приступить к демонтажу государства «всеобщего благосостояния».

Текущий глобальный кризис явно требует радикальных социальных изменений. Однако если мы действительно хотим реанимировать образ «другого» коммунизма, это придется делать на совершенно иной основе, чем та, которую представлял себе Горбачёв (и Ленин).

Источник — Центр политического анализа

_______

th-2186999982

«КПСС под руководством Горбачёва сдала империалистам и СССР, и все страны Варшавского договора. Сейчас… возможно, 3-я Мировая война уже идёт…», — Эрих ХОНЕККЕР, экс-руководитель ГДР

В немецкой общественно-политической и исторической дискуссии имя Горбачёва занимает место, которое трудно соотнести с таковым внутри России. Без Горбачёва воссоединение Германии было бы невозможно. Редкий случай, когда роль российского или советского лидера в новейшей истории стран Запада окрашена в столь позитивные тона.

С годами блеск образа генсека-объединителя постепенно тускнел. Влияла внутрироссийская дискуссия и само развитие международных отношений. Эпоха Горбачёва оказалась краткосрочной, а его наследие — уязвимым.

На место благодарности пришло чувство облегчения: успели воспользоваться моментом. Воссоединение Германии на условиях Бонна было невозможно при Брежневе и Андропове, но было маловероятно и при Ельцине. Коль успел скомбинировать в своих интересах высокий международный статус СССР и дисфункцию его руководства конца 1980-х гг. Поезд германского единства проскочил на мигающий «жёлтый» и смог не сбить ни одного шлагбаума.

Горбачев говорил, что он отдал Германию немцам. К сожалению, столь важного уточнения, каким именно «немцам» он её отдал, так и не последовало. — German Wings

_______

8de8564e1ad75c301a2f524d016c1c70f4be3da6-2328x3493В 2001 г. ВЦИОМ провёл опрос о Горбачёве и последствиях его управления страной. Половина россиян тогда отметила, что деятельность Горбачёва принесла стране больше вреда (51%), каждый третий придерживался мнения, что поровну – и вреда, и пользы (32%). «Он действовал, скорее, в интересах небольшой группы лиц» — посчитали 46%.

Из позитивных последствий, оставшихся после пребывания на посту президента Горбачёва, россияне называют гласность и свободу слова (9%), начало перестройки (4%) и развитие международных отношений (3%). Считают, что не было ничего хорошего — 37%. Отрицательными действиями правления Горбачёва россияне называют распад СССР (36%), внешнюю политику «в угоду Западу и США» (7%) и упадок экономики (7%).

Согласно опросу, более 70% россиян считают, что при Горбачеве страна двигалась, скорее, в неверном направлении. «Михаил Горбачёв — политик, который думал о благе страны, но совершил ряд серьёзных тактических просчётов, которые и привели к потрясениям и проблемам» — 51%. Считают его преступником, сознательно развалившим страну, 22% опрошенных.

По словам директора по стратегическому развитию ВЦИОМ Степана Львова, россияне «не собираются пересматривать отношение к исторической роли Горбачева, даже несмотря на смену поколений». «Еще долгое время его имя будет связано с трагедией распада — не столько коммунистической державы как таковой, а с разрушением сложившихся устоев, государства и его роли в мире, советского общества и его благосостояния… Эмоциональность уходит, но рациональные мотивы к оправданию Горбачева не складываются», — отметил тогда Львов. — ТАСС

_______

Мнение автора не обязательно должно совпадать с мнением редакции

_______

Читать ещё:

Славой ЖИЖЕК: «Коронавирус заставит нас заново изобрести «коммунизм», основанный на доверии к людям и науке…»

Славой ЖИЖЕК: «Я пессимистичный коммунист, но всё равно коммунист…»

Славой ЖИЖЕК: «Сначала надо ввязаться в бой…»

Славой ЖИЖЕК. Идеология — это хомяк…

Славой ЖИЖЕК. Сделать невозможное

By
@
backtotop