Смертная казнь — это ужасающий анахронизм, где мы все становимся коллективным убийцей, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Европейский Союз и Совет Европы вновь заявили о своем твёрдом неприятии смертной казни во всех странах мира, и при любых обстоятельствах: «Смертная казнь – это жестокое, бесчеловечное и унижающее достоинство наказание, противоречащее праву на жизнь. Её отмена необходима ради уважения человеческого достоинства», — говорится в совместном заявлении этих двух организаций по случаю Европейского и Всемирного дня борьбы против смертной казни, отмечаемого 10 октября. 

опарин

Фото: Left.BY

Тем временем, в Беларуси предложили вынести вопрос отмены смертной казни на общереспубликанский референдум, что породило новую дискуссию: поможет это снизить градус противостояния в обществе или всё же не стоит пока выносить вопрос смертной казни на общенародное голосование? Член Бюро ЦК Белорусской партии левых «Справедливый мир» Александр ОПАРИН высказал своё видение этой проблемы для интернет-проекта «Политринг».

_______

Я соглашусь с тем, что вопрос о смертной казни чрезвычайно чувствительный; единства по поводу её отмены нет ни в обществе, ни во властных структурах. Даже члены Конституционной комиссии не выработали единого мнения на предмет применения смертной казни. В итоге и постановили эту проблему отложить на будущее и решить в формате референдума; не связывать её с принятием новой Конституции.

Возможно, это и правильно, потому что изначально этот вопрос также решался на референдуме — в 1996 году, когда за её сохранение проголосовали 80,4% принявших участие в голосовании при почти 85% явки. Да и белорусский президент неоднократно говорил, что ни он, ни кто-либо другой не вправе сам решать этот вопрос, что придётся в любом случае вынести его на референдум, хотя для него лично этот вопрос проблемы не составляет: смертную казнь нужно сохранять как исключительную меру наказания. Хотя, по опросам, например, в 2017 году число сторонников смертной казни в РБ составляло уже где-то всего около 60%.

Почему проблема смертной казни и идея референдума возникла именно сейчас?

Просто совершенно логично было бы разрешить её именно сейчас, в ходе текущего конституционного процесса. Если Конституция 1994 года декларирует намерение страны отменить смертную казнь, то что должна говорить новая Конституция об этом? Но посмотрите на обсуждение вопроса в Конституционном совете и поймёте, что на самом деле общего мнения нет. Слишком много новых вопросов возникает в рамках дискуссии о смертной казни, что проще реально отложить всё на какой-то другой референдум, иными словами — «на потом».

Хотя, разумеется, логично было бы совместить голосование по новому тексту Конституции и по смертной казни. Вообще справедливо было бы голосовать по каждой изменяемой, вводимой или исключаемой статье, в том числе и по 24-й.

Статья 24 Констуции РБ. Каждый имеет право на жизнь. Государство защищает жизнь человека от любых противоправных посягательств. Смертная казнь до ее отмены может применяться в соответствии с законом как исключительная мера наказания за особо тяжкие преступления и только согласно приговору суда.

Но есть и другая сторона этого вопроса. Обладают ли наши сограждане достаточными знаниями и гражданскими компетенциями, чтобы решить этот вопрос? Не станет ли такое голосование профанацией в условиях, когда наши граждане не являются в большинстве своём дипломированными юристами, экономистами и политологами, хотя, конечно же, являются очень хорошими людьми. В обычной жизни это не входит в противоречие, другой случай — когда нужно принимать очень осторожные и взвешенные решения. Ведь как звучит общественное мнение: «почему мы должны содержать, почему мы должны за государственный счёт (а, в конечном итоге, за народные деньги) кормить убийц?» И всё вроде бы правильно с обыденной точки зрения, однако специалисты тут видят явное неумение различать прагматические и этические ценности.

Как говорил известный неомарксист  Дэвид ХАРВИ:

«Всеобщее избирательное право в отсутствие массового доступа к высшему образованию крайне уязвимо и легко поддается манипуляции…»

То же самое и с плебисцитами… И не нужно говорить о том, что у нас значительная часть населения его имеет, — мы давно догадываемся о его качестве. Что относится и ко множеству других, в том числе и западных стран…

Это тоже говорит в пользу того, чтобы отложить решение вопроса со смертной казнью на будущие периоды — чтобы была возможность провести достаточную агитационную и мотивирующую «прийти и проголосовать» кампанию. Особенно у нас — противников смертной казни.

Потому как на мой взгляд, смертная казнь — это ужасающий анахронизм, в рамках которого население целой страны превращается в коллективного убийцу, отправляя на тот свет очередного преступника — пусть даже и безусловного «монстра» наподобие Михасевича: все приговоры, в том числе смертные, выносятся «от имени народа». Маркс в своё время писал, что наказание — это средство самозащиты общества, но, одновременно критикуя архаический принцип «око за око, зуб за зуб», он же тут же задавался вопросом: чего стоит то общество, которое не знает лучшего средства самозащиты, чем палач?

Если дальше мы понимаем человека как «ансамбль общественных отношений», то кто, кроме общества, — от родителей, школы, социального окружения и до уполномоченных государственных органов, — виноват в том, что вырос убийца и садист? С другой стороны, социальное неравенство, крайне низкий уровень благосостояния, нищета (в том числе, кстати, и духовная, которая не всегда связана с текущим общественно-экономическим строем, но всегда — с той же системой воспитания и образования) — это тоже накладывает отпечаток на личность преступника, которого мы все почему-то готовы только казнить.

При этом все мы помним из нашего недавнего прошлого, как предвзятое следствие и не правовое судопроизводство, да и просто возможность оказаться не в то время и не в том месте, часто приводили к судебным ошибкам, ценой чего была человеческая жизнь. Что опять-таки является доводом не в пользу сохранения смертной казни.

Впрочем, будет ли этот новый референдум? И дадут ли кому-то возможность агитировать за альтернативные позиции в условиях, когда Лукашенко, по его словам, уже давно известны итоги? В свете текущих политических событий однозначного ответа нет. Мяч тут, как говорится, на стороне властей…

Источник — «Политринг»

_______

Павел КАТАРЖЭЎСКІ («Справядлівы свет»): Прынцып «таліёна» быў характэрны толькі для грамадстваў на пэўнай ступені іх развіцця

Отмена смертной казни в Беларуси: фейк властей?

Смертная казнь в Белоруссии осталась рычагом Лукашенко

Александр Опарин: О массовых обысках у НКО и СМИ и не только

С запретом на свободу высказываний невозможно согласиться! — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Не с символами воевать нужно, а работать с молодёжью…, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Белорусский капитализм «с человеческим лицом» показывает зубы?

Минюст показывает всем плохой пример нарушения действующего законодательства, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Белорусские власти могут пойти на создание искусственной системы из трёх-четырёх парламентских партий, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)


Comments are closed.

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Смертная казнь — это ужасающий анахронизм, где мы все становимся коллективным убийцей, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

10/10/2021

Европейский Союз и Совет Европы вновь заявили о своем твёрдом неприятии смертной казни во всех странах мира, и при любых обстоятельствах: «Смертная казнь – это жестокое, бесчеловечное и унижающее достоинство наказание, противоречащее праву на жизнь. Её отмена необходима ради уважения человеческого достоинства», — говорится в совместном заявлении этих двух организаций по случаю Европейского и Всемирного дня борьбы против смертной казни, отмечаемого 10 октября. 

опарин

Фото: Left.BY

Тем временем, в Беларуси предложили вынести вопрос отмены смертной казни на общереспубликанский референдум, что породило новую дискуссию: поможет это снизить градус противостояния в обществе или всё же не стоит пока выносить вопрос смертной казни на общенародное голосование? Член Бюро ЦК Белорусской партии левых «Справедливый мир» Александр ОПАРИН высказал своё видение этой проблемы для интернет-проекта «Политринг».

_______

Я соглашусь с тем, что вопрос о смертной казни чрезвычайно чувствительный; единства по поводу её отмены нет ни в обществе, ни во властных структурах. Даже члены Конституционной комиссии не выработали единого мнения на предмет применения смертной казни. В итоге и постановили эту проблему отложить на будущее и решить в формате референдума; не связывать её с принятием новой Конституции.

Возможно, это и правильно, потому что изначально этот вопрос также решался на референдуме — в 1996 году, когда за её сохранение проголосовали 80,4% принявших участие в голосовании при почти 85% явки. Да и белорусский президент неоднократно говорил, что ни он, ни кто-либо другой не вправе сам решать этот вопрос, что придётся в любом случае вынести его на референдум, хотя для него лично этот вопрос проблемы не составляет: смертную казнь нужно сохранять как исключительную меру наказания. Хотя, по опросам, например, в 2017 году число сторонников смертной казни в РБ составляло уже где-то всего около 60%.

Почему проблема смертной казни и идея референдума возникла именно сейчас?

Просто совершенно логично было бы разрешить её именно сейчас, в ходе текущего конституционного процесса. Если Конституция 1994 года декларирует намерение страны отменить смертную казнь, то что должна говорить новая Конституция об этом? Но посмотрите на обсуждение вопроса в Конституционном совете и поймёте, что на самом деле общего мнения нет. Слишком много новых вопросов возникает в рамках дискуссии о смертной казни, что проще реально отложить всё на какой-то другой референдум, иными словами — «на потом».

Хотя, разумеется, логично было бы совместить голосование по новому тексту Конституции и по смертной казни. Вообще справедливо было бы голосовать по каждой изменяемой, вводимой или исключаемой статье, в том числе и по 24-й.

Статья 24 Констуции РБ. Каждый имеет право на жизнь. Государство защищает жизнь человека от любых противоправных посягательств. Смертная казнь до ее отмены может применяться в соответствии с законом как исключительная мера наказания за особо тяжкие преступления и только согласно приговору суда.

Но есть и другая сторона этого вопроса. Обладают ли наши сограждане достаточными знаниями и гражданскими компетенциями, чтобы решить этот вопрос? Не станет ли такое голосование профанацией в условиях, когда наши граждане не являются в большинстве своём дипломированными юристами, экономистами и политологами, хотя, конечно же, являются очень хорошими людьми. В обычной жизни это не входит в противоречие, другой случай — когда нужно принимать очень осторожные и взвешенные решения. Ведь как звучит общественное мнение: «почему мы должны содержать, почему мы должны за государственный счёт (а, в конечном итоге, за народные деньги) кормить убийц?» И всё вроде бы правильно с обыденной точки зрения, однако специалисты тут видят явное неумение различать прагматические и этические ценности.

Как говорил известный неомарксист  Дэвид ХАРВИ:

«Всеобщее избирательное право в отсутствие массового доступа к высшему образованию крайне уязвимо и легко поддается манипуляции…»

То же самое и с плебисцитами… И не нужно говорить о том, что у нас значительная часть населения его имеет, — мы давно догадываемся о его качестве. Что относится и ко множеству других, в том числе и западных стран…

Это тоже говорит в пользу того, чтобы отложить решение вопроса со смертной казнью на будущие периоды — чтобы была возможность провести достаточную агитационную и мотивирующую «прийти и проголосовать» кампанию. Особенно у нас — противников смертной казни.

Потому как на мой взгляд, смертная казнь — это ужасающий анахронизм, в рамках которого население целой страны превращается в коллективного убийцу, отправляя на тот свет очередного преступника — пусть даже и безусловного «монстра» наподобие Михасевича: все приговоры, в том числе смертные, выносятся «от имени народа». Маркс в своё время писал, что наказание — это средство самозащиты общества, но, одновременно критикуя архаический принцип «око за око, зуб за зуб», он же тут же задавался вопросом: чего стоит то общество, которое не знает лучшего средства самозащиты, чем палач?

Если дальше мы понимаем человека как «ансамбль общественных отношений», то кто, кроме общества, — от родителей, школы, социального окружения и до уполномоченных государственных органов, — виноват в том, что вырос убийца и садист? С другой стороны, социальное неравенство, крайне низкий уровень благосостояния, нищета (в том числе, кстати, и духовная, которая не всегда связана с текущим общественно-экономическим строем, но всегда — с той же системой воспитания и образования) — это тоже накладывает отпечаток на личность преступника, которого мы все почему-то готовы только казнить.

При этом все мы помним из нашего недавнего прошлого, как предвзятое следствие и не правовое судопроизводство, да и просто возможность оказаться не в то время и не в том месте, часто приводили к судебным ошибкам, ценой чего была человеческая жизнь. Что опять-таки является доводом не в пользу сохранения смертной казни.

Впрочем, будет ли этот новый референдум? И дадут ли кому-то возможность агитировать за альтернативные позиции в условиях, когда Лукашенко, по его словам, уже давно известны итоги? В свете текущих политических событий однозначного ответа нет. Мяч тут, как говорится, на стороне властей…

Источник — «Политринг»

_______

Павел КАТАРЖЭЎСКІ («Справядлівы свет»): Прынцып «таліёна» быў характэрны толькі для грамадстваў на пэўнай ступені іх развіцця

Отмена смертной казни в Беларуси: фейк властей?

Смертная казнь в Белоруссии осталась рычагом Лукашенко

Смертная казнь: за и против

Александр Опарин: О массовых обысках у НКО и СМИ и не только

С запретом на свободу высказываний невозможно согласиться! — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Не с символами воевать нужно, а работать с молодёжью…, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Белорусский капитализм «с человеческим лицом» показывает зубы?

Минюст показывает всем плохой пример нарушения действующего законодательства, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

Белорусские власти могут пойти на создание искусственной системы из трёх-четырёх парламентских партий, — Александр ОПАРИН («Справедливый мир»)

By
@
backtotop