Неолиберализм обрёк нас на индивидуальную борьбу с изменением климата (Мартин ЛУКАЧ, «The Guardian»)

«Вы возитесь с этими эко-ручками и солнечными панелями, а они продолжают сжигать планету…»  Интернет-издание VECTOR:media опубликовало в переводе на украинский статью Мартина ЛУКАЧА Neoliberalism has conned us into fighting climate change as individuals из The Guardian о том, почему изменение климата — вопрос не вашего экологического потребления. Мы, подглядывая в оригинал, перевели её на русский.

2521

Компания по переработке отходов под названием «Грязный Гарри» использует плакат лорда Китченера, чтобы убедить общественность перерабатывать отходы. Фото: Amer Ghazzal/Alamy

Вы посоветовали бы кому тушить полыхающий дом мокрыми полотенцами? Или принести мухобойку на «разборки» со стрельбой? Однако совет, который мы слышим в отношении климатических изменений, вряд ли может быть ещё более несовместимым с природой этого кризиса.

На прошлой неделе на мой электронный ящик прислали письмо,  которое предлагало тридцать советов по «озеленению» моего офиса: использовать эко-ручки, перекрасить стены в более светлый цвет, прекратить пользоваться лифтом. Вернувшись домой и преодолев ступеньки, я мог бы продолжить уже с другими вариантами: заменить лампочки, купить местные овощи, приобрести эко-технику, прикрепить солнечную панель к своей крыши.

И, наконец, в контексте исследования, которое было недавно опубликовано и которое утверждает, что выявило «лучший способ борьбы с изменениями климата», я могу поклясться, что никогда не буду иметь ребёнка.

Эти вездесущие установки в личной активности — в рекламе корпораций, школьных учебниках и кампаниях мейнстримных экологических групп, особенно на западе — выглядят так же естественно, как и воздух, которым мы дышим. Но вряд ли можно можно придумать худший способ борьбы с изменением климата.

Пока мы занимаем себя «озеленением» нашей собственной жизни, топливодобывающие (fossil fuel) корпорации сводят эти усилия на нет; это около сотни компаний, ответственные за впечатляющие 71% выбросов углерода с 1988 года. Вы возитесь с этими эко-ручками и солнечными панелями; а они продолжают сжигать планету.

resize_IiUvD3HNtwyuWPAocfSM4nBrKE206JXa_980x590

В список крупнейших загрязнителей входят акционерные компании ExxonMobil, Shell, BP, Chevron, Peabody, Total и BHP Billiton, а так же государственные предприятия, такие как Saudi Aramco, «Газпром», National Iranian Oil, Coal India, Pemex, CNPC и китайские угольные компании, из которых основными являются Shenhua Group и China National Coal Group. Коллаж: frontnews.eu

Свобода загрязнять, данная этим корпорациям, — и наша фиксация на убогих решениях, касающихся стиля жизни — это не случайность. Это результат идеологической войны против возможности коллективных действий, продолжающейся в течение последних 40 лет. Поразительно опустошительной войны, ход которой, впрочем, ещё не поздно изменить.

Политический проект неолиберализма, который стал господствующим благодаря Тэтчер и Рейгану, преследовал две принципиальные цели. Первая заключается в демонтаже любых барьеров для неподотчётной частной власти. Вторая — в возведении барьеров для любой реализации демократической общественной воли.

Его фирменная политика, касающаяся приватизации, дерегуляции, договоров свободной торговли и урезания налогов, — именно она развязала руки корпорациям для того, чтобы они накапливали сверхприбыли и относились к атмосфере, как к сточной трубе, а также подорвали нашу способность с помощью государственных инструментов планировать наше коллективное благосостояние (collective welfare).

Всё, что должно было напоминать систему коллективных противовесов власти корпораций, стало мишенью для элиты: лоббирование и корпоративные пожертвования, выхолащивание демократий, создание преград «зелёной» политике, постоянные субсидии на ископаемое топливо; в тоже время права таких ассоциаций как профсоюзы — самого эффективного средства совместных мощных действия для рабочих, — урезаются настолько, насколько это вообще возможно.

В тот момент, когда изменения климата требуют беспрецедентной коллективной общественной реакции, неолиберальная идеология встаёт препятствием на этом пути.

Поэтому, если мы хотим немедленно остановить выбросы, мы должны преодолеть все эти мантры «свободного рынка»: вернуть под общественный контроль железные дороги, коммунальную сферу и энергетические сети; регулировать процесс постепенного отказа корпораций от ископаемого топлива; увеличить налоги, которые пойдут на инвестиции в развитие инфраструктуры, бережной в отношении окружающей среды, и возобновляемую энергию — только так солнечные панели смогут попасть на крышу каждого, а не только тех, кто может себе это позволить.

Неолиберализм не только обеспечил нереалистичность этой повестки в политическом смысле, он также попытался сделать её культурно невообразимой. Его чествование соревновательного индивидуального интереса и гипер-индивидуализма, и стигматизация им сочувствия и солидарности, разрушила наши коллективные узы. Неолиберализм распространил как коварный антисоциальный токсин то, что проповедовала Маргарет Тэтчер: «Общества не существует».

Исследования показывают, что люди, которые росли в эту эпоху, действительно стали в большей степени индивидуалистами и потребителями. Поскольку мы погружены в культуру, которая велит нам думать о себе как о потребителях, а не гражданах, как о самостоятельных, а не взаимосвязанных и взаимозависимых, то можно ли ещё удивляться тому, что мы имеем дело с системной проблемой, решаемой, по больше части, за счёт неэффективных индивидуальных усилий? Все мы «дети Тэтчер».

Ещё до появления неолиберализма капиталистическая экономика процветала за счёт тех людей, которые верили в то, что если ты страдаешь от структурных проблем системы эксплуатации — бедности, безработицы, плохого здоровья, неудовлетворённых собственных потребностей, — то это действительно твой личный недостаток.

Неолиберализм принял эту внутреннюю вину на себя и обострил её. Он говорит вам, что вы не просто должны чувствовать вину и стыд, если вы не можете найти хорошую работу, у вас большие долги и вы слишком напряжены или слишком перегружены работой, мешающей общаться с друзьями, — теперь вы также несёте ответственность за возможный экологический коллапс.

Конечно, нам нужно, чтобы люди потребляли меньше и внедряли низкоуглеродистые альтернативы — строили экологические фермы, изобретали безопасные способы утилизации электрических батарей, распространяли безотходные методы производства и потребления. Но индивидуальные решения будут иметь наибольший вес тогда, когда экономическая система будет в состоянии обеспечить жизнеспособные, экологические возможности для каждого — не только для нескольких богатых или отважных.

Если людям не доступен общественный транспорт, они будут передвигаться на авто. Если местная органическая пища слишком дорога, они не смогут отказаться от потребляющих много ископаемого топлива сетевых супермаркетов. Если есть бесконечный поток дешёвых массовых товаров, люди будут покупать, и покупать, и покупать. Это отработанная афера неолиберализма: убедить нас решать вопросы изменения климата с помощью наших бумажников, а не через власть и политику.

Экологическое потребление (eco-consumerism) может искупить ваше чувство вины. Но только массовые движения имеют возможность изменить траекторию климатического кризиса. Это требует от нас решительного освобождения мыслей из плена неолиберального проклятие: надо перестать думать как индивидуалисты.

Хорошая новость заключается в том, что побуждение людей объединиться неиссякаемо, а коллективное воображение уже возвращается на политическую арену. Движение за справедливый климат блокирует трубопроводы, лишая компании триллионов долларов, и борется за поддержку 100% энергетически чистых экономик городов и стран по всему миру. Образуются новые связи между экологическими движениями, Black Lives Matter, движениями за права мигрантов и коренного населения, а также борьбой за повышение заработной платы.

Кажется, что вслед за этими движениями наконец готовы бросить вызов неолиберальной догме и политические партии.

Никто иной как Джереми Корбин, чей «Манифест лейбористов» предложил свой проект по пересмотру борьбы с изменениями климата: через публичную переориентацию экономики, настаивая на том, чтобы корпоративные олигархи больше не выходили из-под контроля. Замечание, что богатые должны вносить свой справедливую долю, чтобы финансировать это преобразование, было осмеяны политическим классом и СМИ. Но миллионы не согласились с их смехом. Общество, которое так долго считали умершим, возвращается с удвоенными силами.

Поэтому, выращивайте морковь и прыгайте на велосипеде: это сделает вас более счастливыми и здоровыми. Но пришло время прекратить зацикливаться на том, насколько лично наша жизнь «зелёная», — и начать коллективно отбирать власть у корпораций.

Перевод и сверка текста — Александр О.

_______

Читать по теме:

Выборы 2017: Манифест (программа) Лейбористской партии

Партия Джереми КОРБИНА отказывается от социал-демократии и «топит» за рабочий контроль

Манифест возвращения лейбористов

Неолиберализм: идеология, лежащая в основе всех проблем

Грегор ГИЗИ («EuropeanLEFT»): Объединимся для победы над неолиберализмом!

 


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


шесть + = 13

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Неолиберализм обрёк нас на индивидуальную борьбу с изменением климата (Мартин ЛУКАЧ, «The Guardian»)

2521 28/07/2019

«Вы возитесь с этими эко-ручками и солнечными панелями, а они продолжают сжигать планету…»  Интернет-издание VECTOR:media опубликовало в переводе на украинский статью Мартина ЛУКАЧА Neoliberalism has conned us into fighting climate change as individuals из The Guardian о том, почему изменение климата — вопрос не вашего экологического потребления. Мы, подглядывая в оригинал, перевели её на русский.

2521

Компания по переработке отходов под названием «Грязный Гарри» использует плакат лорда Китченера, чтобы убедить общественность перерабатывать отходы. Фото: Amer Ghazzal/Alamy

Вы посоветовали бы кому тушить полыхающий дом мокрыми полотенцами? Или принести мухобойку на «разборки» со стрельбой? Однако совет, который мы слышим в отношении климатических изменений, вряд ли может быть ещё более несовместимым с природой этого кризиса.

На прошлой неделе на мой электронный ящик прислали письмо,  которое предлагало тридцать советов по «озеленению» моего офиса: использовать эко-ручки, перекрасить стены в более светлый цвет, прекратить пользоваться лифтом. Вернувшись домой и преодолев ступеньки, я мог бы продолжить уже с другими вариантами: заменить лампочки, купить местные овощи, приобрести эко-технику, прикрепить солнечную панель к своей крыши.

И, наконец, в контексте исследования, которое было недавно опубликовано и которое утверждает, что выявило «лучший способ борьбы с изменениями климата», я могу поклясться, что никогда не буду иметь ребёнка.

Эти вездесущие установки в личной активности — в рекламе корпораций, школьных учебниках и кампаниях мейнстримных экологических групп, особенно на западе — выглядят так же естественно, как и воздух, которым мы дышим. Но вряд ли можно можно придумать худший способ борьбы с изменением климата.

Пока мы занимаем себя «озеленением» нашей собственной жизни, топливодобывающие (fossil fuel) корпорации сводят эти усилия на нет; это около сотни компаний, ответственные за впечатляющие 71% выбросов углерода с 1988 года. Вы возитесь с этими эко-ручками и солнечными панелями; а они продолжают сжигать планету.

resize_IiUvD3HNtwyuWPAocfSM4nBrKE206JXa_980x590

В список крупнейших загрязнителей входят акционерные компании ExxonMobil, Shell, BP, Chevron, Peabody, Total и BHP Billiton, а так же государственные предприятия, такие как Saudi Aramco, «Газпром», National Iranian Oil, Coal India, Pemex, CNPC и китайские угольные компании, из которых основными являются Shenhua Group и China National Coal Group. Коллаж: frontnews.eu

Свобода загрязнять, данная этим корпорациям, — и наша фиксация на убогих решениях, касающихся стиля жизни — это не случайность. Это результат идеологической войны против возможности коллективных действий, продолжающейся в течение последних 40 лет. Поразительно опустошительной войны, ход которой, впрочем, ещё не поздно изменить.

Политический проект неолиберализма, который стал господствующим благодаря Тэтчер и Рейгану, преследовал две принципиальные цели. Первая заключается в демонтаже любых барьеров для неподотчётной частной власти. Вторая — в возведении барьеров для любой реализации демократической общественной воли.

Его фирменная политика, касающаяся приватизации, дерегуляции, договоров свободной торговли и урезания налогов, — именно она развязала руки корпорациям для того, чтобы они накапливали сверхприбыли и относились к атмосфере, как к сточной трубе, а также подорвали нашу способность с помощью государственных инструментов планировать наше коллективное благосостояние (collective welfare).

Всё, что должно было напоминать систему коллективных противовесов власти корпораций, стало мишенью для элиты: лоббирование и корпоративные пожертвования, выхолащивание демократий, создание преград «зелёной» политике, постоянные субсидии на ископаемое топливо; в тоже время права таких ассоциаций как профсоюзы — самого эффективного средства совместных мощных действия для рабочих, — урезаются настолько, насколько это вообще возможно.

В тот момент, когда изменения климата требуют беспрецедентной коллективной общественной реакции, неолиберальная идеология встаёт препятствием на этом пути.

Поэтому, если мы хотим немедленно остановить выбросы, мы должны преодолеть все эти мантры «свободного рынка»: вернуть под общественный контроль железные дороги, коммунальную сферу и энергетические сети; регулировать процесс постепенного отказа корпораций от ископаемого топлива; увеличить налоги, которые пойдут на инвестиции в развитие инфраструктуры, бережной в отношении окружающей среды, и возобновляемую энергию — только так солнечные панели смогут попасть на крышу каждого, а не только тех, кто может себе это позволить.

Неолиберализм не только обеспечил нереалистичность этой повестки в политическом смысле, он также попытался сделать её культурно невообразимой. Его чествование соревновательного индивидуального интереса и гипер-индивидуализма, и стигматизация им сочувствия и солидарности, разрушила наши коллективные узы. Неолиберализм распространил как коварный антисоциальный токсин то, что проповедовала Маргарет Тэтчер: «Общества не существует».

Исследования показывают, что люди, которые росли в эту эпоху, действительно стали в большей степени индивидуалистами и потребителями. Поскольку мы погружены в культуру, которая велит нам думать о себе как о потребителях, а не гражданах, как о самостоятельных, а не взаимосвязанных и взаимозависимых, то можно ли ещё удивляться тому, что мы имеем дело с системной проблемой, решаемой, по больше части, за счёт неэффективных индивидуальных усилий? Все мы «дети Тэтчер».

Ещё до появления неолиберализма капиталистическая экономика процветала за счёт тех людей, которые верили в то, что если ты страдаешь от структурных проблем системы эксплуатации — бедности, безработицы, плохого здоровья, неудовлетворённых собственных потребностей, — то это действительно твой личный недостаток.

Неолиберализм принял эту внутреннюю вину на себя и обострил её. Он говорит вам, что вы не просто должны чувствовать вину и стыд, если вы не можете найти хорошую работу, у вас большие долги и вы слишком напряжены или слишком перегружены работой, мешающей общаться с друзьями, — теперь вы также несёте ответственность за возможный экологический коллапс.

Конечно, нам нужно, чтобы люди потребляли меньше и внедряли низкоуглеродистые альтернативы — строили экологические фермы, изобретали безопасные способы утилизации электрических батарей, распространяли безотходные методы производства и потребления. Но индивидуальные решения будут иметь наибольший вес тогда, когда экономическая система будет в состоянии обеспечить жизнеспособные, экологические возможности для каждого — не только для нескольких богатых или отважных.

Если людям не доступен общественный транспорт, они будут передвигаться на авто. Если местная органическая пища слишком дорога, они не смогут отказаться от потребляющих много ископаемого топлива сетевых супермаркетов. Если есть бесконечный поток дешёвых массовых товаров, люди будут покупать, и покупать, и покупать. Это отработанная афера неолиберализма: убедить нас решать вопросы изменения климата с помощью наших бумажников, а не через власть и политику.

Экологическое потребление (eco-consumerism) может искупить ваше чувство вины. Но только массовые движения имеют возможность изменить траекторию климатического кризиса. Это требует от нас решительного освобождения мыслей из плена неолиберального проклятие: надо перестать думать как индивидуалисты.

Хорошая новость заключается в том, что побуждение людей объединиться неиссякаемо, а коллективное воображение уже возвращается на политическую арену. Движение за справедливый климат блокирует трубопроводы, лишая компании триллионов долларов, и борется за поддержку 100% энергетически чистых экономик городов и стран по всему миру. Образуются новые связи между экологическими движениями, Black Lives Matter, движениями за права мигрантов и коренного населения, а также борьбой за повышение заработной платы.

Кажется, что вслед за этими движениями наконец готовы бросить вызов неолиберальной догме и политические партии.

Никто иной как Джереми Корбин, чей «Манифест лейбористов» предложил свой проект по пересмотру борьбы с изменениями климата: через публичную переориентацию экономики, настаивая на том, чтобы корпоративные олигархи больше не выходили из-под контроля. Замечание, что богатые должны вносить свой справедливую долю, чтобы финансировать это преобразование, было осмеяны политическим классом и СМИ. Но миллионы не согласились с их смехом. Общество, которое так долго считали умершим, возвращается с удвоенными силами.

Поэтому, выращивайте морковь и прыгайте на велосипеде: это сделает вас более счастливыми и здоровыми. Но пришло время прекратить зацикливаться на том, насколько лично наша жизнь «зелёная», — и начать коллективно отбирать власть у корпораций.

Перевод и сверка текста — Александр О.

_______

Читать по теме:

Выборы 2017: Манифест (программа) Лейбористской партии

Партия Джереми КОРБИНА отказывается от социал-демократии и «топит» за рабочий контроль

Манифест возвращения лейбористов

Неолиберализм: идеология, лежащая в основе всех проблем

Грегор ГИЗИ («EuropeanLEFT»): Объединимся для победы над неолиберализмом!

 

By
@
backtotop