Партия Джереми КОРБИНА отказывается от социал-демократии и «топит» за рабочий контроль («Jacobin», США)

Лейбористская партия Великобритании под предводительством Джереми КОРБИНА предложила революционный проект, способный выйти за рамки традиционной социал-демократии и привести к демократическому рабочему контролю. Об этом пишет постоянный автор Jacobin Питер ГОВАН (Peter Gowan) в статье Own the Future. На русском языке статья вышла в украинском интернет-издании VECTOR:media. Мы предлагаем нашим читателям уточнённый перевод статьи.

corb

Фото: thepresentfinder.co.uk

Обнародованная в 2017 году программа (манифест) британских лейбористов сразу же приковала к себе пристальное внимание со стороны тех, кто, как автор этого текста, например, требовали всеобъемлющей программы действий, способной привести к отказу от неолиберализма, оживлению рабочего движения, восстановлению общественных услуг и производственной стратегии. Но в нём также содержатся семена более глубокой стратегии: если лейбористы победят, а движение Джереми Корбина переживёт атаки враждебных сил, это может привести к невиданному расширению демократического контроля в сфере труда и производства.

Лейбористы обещают не только обобществить железную дорогу, почту, воду и энергию в общественную собственность, но также обязуются безотлагательно передать «демократически управляемые общественные службы в руки рабочих и тех, кто зависит от их работы». «Теневой» канцлер казначейства (второй человек в официальной оппозиции Её Величества) левый лейборист Джон Макдоннелл даже поклялся, что «не собирается возвращать контроль над этими отраслями промышленности, чтобы отдать их в руки недалёких бюрократов, но передать контроль всем вам, и чтобы его больше никогда нельзя было отнять». Партия также обязуется удвоить размер кооперативного сектора экономики и сделать рабочих покупателями первой очереди на случай, если их компания будет выставлена на продажу, — это предложение известно как «право владения».

Хотя идея объединения госсобственности с рабочим контролем имеет глубокие исторические корни, до сих пор ни одно лейбористское правительство, — даже в донеолиберальные времена, — никогда не применяло её  на практике. Поскольку сегодня британские социалисты готовятся к возможности формирования лейбористского правительства, стоит пересмотреть заново историю этих идей и движений, проанализировать их грандиозные обещания и вынести уроки на будущее.

Общественная собственность в условиях социал-демократии

На протяжении ХХ века лозунги «рабочего контроля» не единожды возникали в политической жизни Великобритании. Запрос на них, который основывался на традициях индустриального профсоюзного движения, синдикализма и гильдейского социализма, впервые заявил о себе в 1910-х годах в среде объединений инженеров, шахтёров и железнодорожников.

Три десятилетия спустя, уже в 1948 году, старейший британский Объединённый профсоюз машиностроителей (Amalgamated Engineering Union, AEU) представил на конференции Лейбористской партии движение, стремящееся «преобразовать национализацию в социализацию». Но таким планам воспротивился сильный внутренний противник левых профсоюзников: партийный лидер и министр-лейборист Герберт Моррисон, который вместо этого создал вертикально-интегрированную иерархическую систему бюрократического управления национализированными отраслями. Политика национализации, проводимая лейбористами, отказывалась идти на уступки левым, будь то тогдашний руководитель левого крыла лейбористов и член правительства Энайрин Биван, требовавший усилить контроль от имени избранных представителей, или же призывы AEU к большему контролю со стороны рабочих. В то же время правления новых госкомпаний часто были точно такими же, как и в традиционных британских частных фирмах (иногда туда входили пара-тройка аристократов, — наверное, для пущей респектабельности).

После этого требования рабконтроля «мариновались» аж до 1960-х годов, пока его сторонники, после серии конференций профсоюзников и активистов, не создали «Институт рабочего контроля» ( Institute for Workers’ Control, IWC). IWC тогда солидаризовался с текущей социальной повесткой: май 1968 года во Франции, антивоенное движение в Соединённых Штатах, Пражская весна в Чехословакии, поддержка автономных робочих организаций… «Институт рабочего контроля» пользовался поддержкой Лейбористской партии, но отнодь не правительства лейбористов.

Тем временем движение профсоюзных активистов и органайзеров было занято наращиванием организационных возможностей в среде крупных стратегических компаний. Одной из таких была фирма Lucas Aerospace, прибыльная компания, принимавшая активное участие в производстве вооружений, но которая подвергалась политике «рационализации» путем снижения зарплат и массовых увольнений рабочих. Профсоюзные организаторы пытались объединить представителей трудовых коллективов и профсоюзов во «Всеобщий комитет» с целью охватить движением всю страну. К 1973 году, несмотря на обструкцию со стороны лидеров национальных профсоюзов, они преуспели в достижении целей: каждый рабочий коллектив Lucas Aerospace делегировал своих представителей в состав комитета.

В феврале следующего 1974 года движение рабочего контроля получило ещё один здоровый импульс, когда к власти пришло правительство лейбористов во главе с Гарольдом Вильсоном. В программе-манифесте партии было обещано радикальное расширение доли госсобственности в экономике: национализация судостроения и судоремонтной промышленности, морской инженерии, портов; большей части аэрокосмической промышленности, части фармацевтической, автомобильной, строительной и машиностроительной отраслей промышленности; национализация углеводородных месторождений в Северном море, а также земель, необходимых для строительства социального жилья. В ней также было прописано смелое обещание: «лейбористы будут социализировать существующие национализированные отрасли», делая «управление существующими национализированными отраслями более ответственным перед рабочими этих отраслей».

Но, в конце концов, пришёл «рабочий контроль» в Великобританию, или нет?

Рабочий контроль и правительство Вильсона

Движение профсоюзников приветствовало новое левое правительство, видя в нём огромные перспективы. Лейбористская партия выиграла избиратительную кампанию на волне организованных IWC всеобщих стачек на фабриках и забастовки шахтёров, которую резко осудили «тори». А лейборист Тони Бенн, предложивший знаменитое обещание в лейбористской программе на этих выборах осуществить «фундаментальный сдвиг в балансе сил и богатств в пользу трудящихся и их семей», возглавил министерство промышленности (к слову, Бенн впоследствии был описан как «один из немногих британских политических деятелей, который стал даже более левым после многих лет министерского поста», а в британском политическом «сленге» тех лет даже появился термин «Bennite», которым стали пользоваться для обозначения кого-то более леворадикального, чем средний английский лейборист или социал-демократ. — Left.BY).

Политический опыт Бенна, связанный с успешной агитацией и оргработой среди рабочих судостроительной компании Upper Clyde Shipbuilders в 1971 году, кардинальным образом изменил его идеи об экономической и производственной демократии, и, в конце концов, он оказался более открытым, чем любой другой министр, к предложениям, исходящим от профсоюзных радикалов. Рабочие воодушевились и засыпали офис Бенна предложениями, озаглавленными вроде «Рабочий контроль при участии руководства».

«Всеобщий комитет» компании Lucas Aerospace предложил самый амбициозный и передовой проект. Они добились встречи с Бенном, на которой требовали включения в планы по национализации аэрокосмической промышленности. Не имея возможности принять национализацию данной отрасли из-за оппозиции Вильсона, Бенн вместо этого предложил рабочим активистам составить «альтернативный корпоративный план» управления производством и доходами Lucas Aerospace.

В ответ последовало изложение активистами подробного плана потенциального использования собственности, финансов, средств производства и рабочего потенциала Lucas Aerospace, и речь шла не столько о возможностях управления существующим производством, сколько о планах «перековать мечи на орала». Идеи рабочих предполагали производство медицинских устройств, инвестирование в возобновляемые источники энергии, такие как ветряные турбины и солнечные батареи, а также развитие инновационных технологий общественного транспорта. План профсоюзных активистов Lucas Aerospace (The Lucas Plan) предлагал превратить частную военно-промышленную компанию, торгующую оружием, в контролируемую рабочими корпорацию, производящую общественно необходимые ресурсы.

Печально, что к тому моменту, когда рабочие завершили формирование своих предложений, Вильсон удалил Бенна из своего Кабинета. Его преемники проявили гораздо меньше интереса к производственной демократии. И хотя обнародование планов об массовых увольнениях в конце 1970-х годов вновь возродило интерес к The Lucas Plan в качестве потенциального решения проблемы массовой безработицы, министр Джеральд Кауфман согласился сохранить часть этих рабочих мест в обмен на субсидирование существующего производства.

Оппоненты тогда признавались, что идеи, обнародованные в The Lucas Plan, были весьма дальновидными. Но, поскольку этот план исходил от рабочих, а не от менеджеров или владельцев, на него смотрели, как на угрозу божественному праву капитала на господство. Принятие The Lucas Plan означало бы принятие и того, что у рабочих достаточно компетенции, чтобы самим определять свои собственные судьбы. А для тех, кто находится у власти, подобные идеи всегда слишком невыносимо радикальны, чтобы всерьез рассчитывать на их реализацию.

А Корбин может…

В наши дни, когда большинство институтов Лейбористской партии находится в руках левых, чего самого по себе никогда не было, социалисты имеют шанс возродить не только социал-демократию, но и предложения, которые когда-то были слишком невероятны даже для неё самой. Социализация железных дорог, муниципализация коммунальных предприятий, демократизация энергосистемы — всё это явно отвергает устаревшую иерархическую модель управления, присущей традиционной бюрократии.

Наверное, самым преобразующим предложением этой программы является «право владения». Раньше госсобственность обычно вводилась в стратегические или сокращающиеся отрасли. Государство вмешивалось в игру, если данная отрасль считалась стратегически важной для экономической или национальной безопасности или, иногда, для обеспечения сохранности рабочих мест. «Право владения» наоборот может дать рабочим возможность де-приватизировать компании просто потому, что они хотят сами контролировать их. Предлагаемая мера, как это прописано сейчас в планах лейбористов, предоставит сотрудникам первоочередное право «преимущества первого покупателя» выкупить компанию, если собственники решат её продать, расформировать или выйти на фондовую биржу.

Конечно, на практике предполагаемое возможно реализовать или «слабым», или «сильным» способом. Но если представить, что эта программа будет принята с максимально благоприятным юридическим, техническим и финансовый сопровождением и помощью, серьёзность усилий социалистов по привлечению рядовых рабочих к «праву владения» могла бы превратить стагнирующие отрасли в прибыльные, ведущие сектора экономики под рабочим демократическим контролем.

Продвигаемое левыми лейбористами «право владения» несколько напоминает известные итальянские «Закон Маркора» (Marcora Law), хотя дело вполне может зайти намного дальше.

«Закон Маркора» — это пакет законов, принятый в 1985 году в Италии на фоне роста безработицы и трудовых конфликтов в связи с увольнениями, который предоставлял финансовую и техническую помощь рабочим в выкупе предприятий и производственных мощностей, которые закрывались, а также обеспечивал применение упоминаемого выше права «преимущества первого покупателя» (причём для выкупа можно было накапливать и использовать, в частности, пособия по безработице. — Left.BY). Действие этого закона было приостановлено под давлением ЕС в середине 1990-х годов, но он был вновь возобновлён в 2001 году и даже в значительно более «ослабленной» форме применения помог ощутимо увеличить число выкупа компаний рабочими после финансового кризиса.

«Право владения» расширяет эти рамки, охватывая предприятия, выставляемые на продажу в обычных условиях, а это уже ощутимое отклонение от тенденции не принимать всерьёз альтернативные модели собственности там, где капиталисты больше не могут получать прибыль. Успех «Законов Маркоры», даже ограниченный по масстабу своего применения, показывает ту жизненно важную роль, которую может сыграть переход рабочих в собственников при социалистической экономической стратегии, особенно в то время, когда огромная социальная группа «бэби-бумеров» приближается к выходу на пенсию и неминуемо будет всячески уменьшать свои капиталовложения в реальном секторе. Оказание помощи в принятии решений на уровне работников и общин сможет помешать огромному количеству небольших компаний и предприятий превратиться в зачищенный от активов финансовый капитал, что в свою очередь неминуемо приведёт к широким увольнениям и оттоку инвестиций.

Тем не менее, нужно трезво себе представлять возможное сопротивление потенциальным мерам и масштабы препятствий. Даже ограниченные предложения введения рабочего контроля могут столкнуться с массированным противодействием со стороны капитала.

Stal-USA1-490x600

Работники завода Campbell Works в Янгстауне несут похоронный крест после отказа администрации Дж. Картера предоставить займ на выкуп предприятия. Март 1979 г.

Рассмотрим для примера случай 1977 года: «Черный понедельник» на металлургическом заводе в Янгстауне, штат Огайо, США. Тогда Национальный центр экономических альтернатив (The National Center for Economic Alternatives) разработал план перехода недавно закрытого завода в собственность рабочего сообщества. Этот план изначально был признан заслуживающим доверия и получил первичную поддержку со стороны Департамента жилищного строительства и городского развития администрации Джимми Картера, предложив кредитные гарантии, которые позволили бы выкупить производство. Четыре тысячи рабочих мест были бы спасены, а демократия на рабочем месте стала бы реальностью…

Но во второй половине 1978 года власти не выдержали давления со стороны бизнес-сообщества, — и всё пропало, так и не начавшись.

Многие из тех, кто принимал участие в событиях в Янгстауне, по-прежнему борются за рабочий контроль сегодня (в том числе – нынешний работодатель автора статьи, Тhe Democracy Collaborative, организация-преемник Национального центра экономических альтернатив). Но предательская политика администрации Картера, — так похожая на предательство администрации Вильсона в своё время, — всё равно привела к потере тысяч рабочих мест и оставила незаживающую до сих пор рану на теле местной общины…

Мыслить стратегически

У британских лейбористов впереди нелёгкое будущее. Если избиратели за них проголосуют, партия будет вынуждена осуществлять свою предвыборную программу, сталкиваясь с постоянным противодействием тяжеловесного меньшинства в своих рядах, выступающего против радикальной партийной повестки, с нападками средств массовой информации, враждебных лейбористской политике, сопротивлением существующего международного порядка, созданного для обструкции социалистической политики, а также постоянной угрозой атаки со стороны капитала*.

*В Daily Mail, например, почти срываясь в истерику, заявили, что Лейбористы тянут нас назад в 1970-е, на что многие резонно отвечают, что это лучше, чем 1870-е, куда стремятся «тори». Тереза Мэй назвала проект манифеста «катастрофической социалистической политикой»; рядовые трудящиеся, по её мнению, должны были бы «ужаснуться». В действительности, всё обстоит ровно наоборот, и вынесенная в заголовок манифеста лейбористов For the many, not the few («Для всех, а не для единиц») воодушевила многих. Опросы показывают подавляющую общественную поддержку программных предложений Корбина. Так например, 52% поддерживают национализацию железных дорог, 50% — национализацию почты, 49% — национализацию энергетики. Более 70% выступает за отмену «контрактов нулевого часа» — трудовых договоров, по которым работников привлекают только, когда они нужны; если работы для них нет, они просто остаются дома безо всякой оплаты за этот день. Опросы также показывают, что 65% поддерживает повышение налогообложения доходов свыше 65 тыс. фунтов в год (163,5 тыс. бел. рублей), а 54% — повышение объёмов строительства муниципального жилья. — Socialist News

Единственная надежда левых лейбористов — это широкая мобилизация рабочих: создание, развитие и расширение творчества масс, подлинно демократического рабочего движения. Лейбористы должны поддерживать связь не только с профсоюзным руководством, но и с рядовыми органайзерами и рабочими. По мере возможности партия должна избавиться от «блэристов» и других враждебно настроенных членов парламента путём восстановления процедуры обязательного повторного отбора (mandatory re-selection) перед вхождением в правительство.

Любые же реальные достижения всегда будут связанны с реальным риском, если не изменить политическую структуру британского общества раз и навсегда. А это означает как демократизацию самой Лейбористской партии, так и демократизацию экономики в наиболее широком смысле путём устранения от власти тех, чьим классовым интересам прямо угрожает идеология лейбористов.

pic_58888ea7

Рассмотрим, к примеру, одно интересное новое предложение, ещё не принятое Лейбористской партией, но содержащееся в отчёте «Нового экономического фонда» (New Economics Foundation) опубликованном «теневым» канцлером казначейства Джоном Макдоннеллом: он предлагает создать «Инклюзивный фонд собственности» (Inclusive Ownership Fund). Идея сильно напоминает предложение Рудольфа Мейднера в Швеции 1970-х годов, в котором содержалось требование к компаниям передавать часть своей прибыли в контролируемые рабочими фонды в виде акций. Если предложение Макдоннелла будет принято в его первоначальной форме, его план постепенно приведёт к переходу огромной части экономики страны под демократический контроль. Лейбористы должны максимально серьёзно отнестись к рассмотрению вопроса о принятии такого предложения, но они должны также помнить о тех огромных препятствиях, с которыми в своё время столкнулись шведские социал-демократы. Ведь в конце концов, план Мейднера был уничтожен капиталистической оппозицией**.

**В 1976 г. профсоюзные организации Швеции выдвинули так называемый «план Мейднера», предусматривающий постепенную передачу акционерной собственности частных компаний рабочим и их профсоюзным организациям. В 1982 г. значительно смягченная версия «плана Мейднера» была одобрена правительством. Она предусматривала создание специального фонда для выкупа акций (wage-earnerfund — буквально: фонд получателей заработной платы), в который могла отчисляться часть прибыли предприятия при условии, что она достаточна для осуществления предусмотренных законом социальных отчислений. В любом случае доля собственности рабочих не могла превышать 49%. Этот план не успел сыграть сколько-нибудь существенной роли, поскольку в начале 90-х гг. с ростом экономических трудностей и с уходом социал-демократического правительства от власти этот план практически сошел на нет, и впоследствии его действие не было реально восстановлено. — Колганов А.И., Бузгалин А.В. Экономическая компаративистика. M.: ИНФРА-М, 2011.

Лейбористам необходимо проводить политику, способную справиться с властью капитала, но также им необходим и стратегический план противодействия неизбежному сопротивлению с его стороны. Если будет необходимо, Лейбористская партия должна быть готова остановить свободное движение капитала, даже если это окажется несовместимым с членством в Едином рынке ЕС (одной из «четырёх свобод» которого является абсолютное свободное движение капитала). Партия также должна быть готова ускорить переход к демократической собственности, если капитал попытается саботировать экономику, дабы гарантировать, что ключевые сектора не обвалятся. Эти меры могут включать как национализацию, так и стратегическое использование «права владения» для перевода активов в собственность рабочих.

Мы живём во время, когда и демократический социализм, и традиционная социал-демократия обязательно будут встречены тотальным противодействием со стороны организованного капитала. Программа Лейбористской партии Великобритании предполагает постепенный переход к демократическому социализму через этап социал-демократии.

Кажется невероятным, что капитал примет необратимое, хорошо было бы, конечно, но…

Ну, а социалисты должны играть так, чтобы обязательно победить. Только так, — и никак иначе.

Источник — VECTOR:media

_______

Читать по теме:

Выборы 2017: Манифест (программа) Лейбористской партии

Манифест возвращения лейбористов

И пришел Корбин…

Победа и поражение Джереми Корбина

Британскую корону атакуют слева

Новые левые на Западе: Корбин, Сандерс, Ципрас и компания

Демократический социализм и социальная демократия — это не одно и то же…

Вам нужно не «хюгге»… Вам нужна социал-демократия, как минимум

Британия: марксизм и Лейбористская партия – несколько важных уроков


  1. kt315 on 08/17/2019 at 19:15 said:

    Кажется, Прудон пытался выкупать фабрики-заводы у капиталистов. Был ещё Фурье и Оуэн со своими прожектами…
    Товарищи дорогие, да вы катитесь в прошлое, к утопическому социализму.
    Может, не стоит наступать на старые грабли?

Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


8 × девять =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Партия Джереми КОРБИНА отказывается от социал-демократии и «топит» за рабочий контроль («Jacobin», США)

corb 24/07/2019

Лейбористская партия Великобритании под предводительством Джереми КОРБИНА предложила революционный проект, способный выйти за рамки традиционной социал-демократии и привести к демократическому рабочему контролю. Об этом пишет постоянный автор Jacobin Питер ГОВАН (Peter Gowan) в статье Own the Future. На русском языке статья вышла в украинском интернет-издании VECTOR:media. Мы предлагаем нашим читателям уточнённый перевод статьи.

corb

Фото: thepresentfinder.co.uk

Обнародованная в 2017 году программа (манифест) британских лейбористов сразу же приковала к себе пристальное внимание со стороны тех, кто, как автор этого текста, например, требовали всеобъемлющей программы действий, способной привести к отказу от неолиберализма, оживлению рабочего движения, восстановлению общественных услуг и производственной стратегии. Но в нём также содержатся семена более глубокой стратегии: если лейбористы победят, а движение Джереми Корбина переживёт атаки враждебных сил, это может привести к невиданному расширению демократического контроля в сфере труда и производства.

Лейбористы обещают не только обобществить железную дорогу, почту, воду и энергию в общественную собственность, но также обязуются безотлагательно передать «демократически управляемые общественные службы в руки рабочих и тех, кто зависит от их работы». «Теневой» канцлер казначейства (второй человек в официальной оппозиции Её Величества) левый лейборист Джон Макдоннелл даже поклялся, что «не собирается возвращать контроль над этими отраслями промышленности, чтобы отдать их в руки недалёких бюрократов, но передать контроль всем вам, и чтобы его больше никогда нельзя было отнять». Партия также обязуется удвоить размер кооперативного сектора экономики и сделать рабочих покупателями первой очереди на случай, если их компания будет выставлена на продажу, — это предложение известно как «право владения».

Хотя идея объединения госсобственности с рабочим контролем имеет глубокие исторические корни, до сих пор ни одно лейбористское правительство, — даже в донеолиберальные времена, — никогда не применяло её  на практике. Поскольку сегодня британские социалисты готовятся к возможности формирования лейбористского правительства, стоит пересмотреть заново историю этих идей и движений, проанализировать их грандиозные обещания и вынести уроки на будущее.

Общественная собственность в условиях социал-демократии

На протяжении ХХ века лозунги «рабочего контроля» не единожды возникали в политической жизни Великобритании. Запрос на них, который основывался на традициях индустриального профсоюзного движения, синдикализма и гильдейского социализма, впервые заявил о себе в 1910-х годах в среде объединений инженеров, шахтёров и железнодорожников.

Три десятилетия спустя, уже в 1948 году, старейший британский Объединённый профсоюз машиностроителей (Amalgamated Engineering Union, AEU) представил на конференции Лейбористской партии движение, стремящееся «преобразовать национализацию в социализацию». Но таким планам воспротивился сильный внутренний противник левых профсоюзников: партийный лидер и министр-лейборист Герберт Моррисон, который вместо этого создал вертикально-интегрированную иерархическую систему бюрократического управления национализированными отраслями. Политика национализации, проводимая лейбористами, отказывалась идти на уступки левым, будь то тогдашний руководитель левого крыла лейбористов и член правительства Энайрин Биван, требовавший усилить контроль от имени избранных представителей, или же призывы AEU к большему контролю со стороны рабочих. В то же время правления новых госкомпаний часто были точно такими же, как и в традиционных британских частных фирмах (иногда туда входили пара-тройка аристократов, — наверное, для пущей респектабельности).

После этого требования рабконтроля «мариновались» аж до 1960-х годов, пока его сторонники, после серии конференций профсоюзников и активистов, не создали «Институт рабочего контроля» ( Institute for Workers’ Control, IWC). IWC тогда солидаризовался с текущей социальной повесткой: май 1968 года во Франции, антивоенное движение в Соединённых Штатах, Пражская весна в Чехословакии, поддержка автономных робочих организаций… «Институт рабочего контроля» пользовался поддержкой Лейбористской партии, но отнодь не правительства лейбористов.

Тем временем движение профсоюзных активистов и органайзеров было занято наращиванием организационных возможностей в среде крупных стратегических компаний. Одной из таких была фирма Lucas Aerospace, прибыльная компания, принимавшая активное участие в производстве вооружений, но которая подвергалась политике «рационализации» путем снижения зарплат и массовых увольнений рабочих. Профсоюзные организаторы пытались объединить представителей трудовых коллективов и профсоюзов во «Всеобщий комитет» с целью охватить движением всю страну. К 1973 году, несмотря на обструкцию со стороны лидеров национальных профсоюзов, они преуспели в достижении целей: каждый рабочий коллектив Lucas Aerospace делегировал своих представителей в состав комитета.

В феврале следующего 1974 года движение рабочего контроля получило ещё один здоровый импульс, когда к власти пришло правительство лейбористов во главе с Гарольдом Вильсоном. В программе-манифесте партии было обещано радикальное расширение доли госсобственности в экономике: национализация судостроения и судоремонтной промышленности, морской инженерии, портов; большей части аэрокосмической промышленности, части фармацевтической, автомобильной, строительной и машиностроительной отраслей промышленности; национализация углеводородных месторождений в Северном море, а также земель, необходимых для строительства социального жилья. В ней также было прописано смелое обещание: «лейбористы будут социализировать существующие национализированные отрасли», делая «управление существующими национализированными отраслями более ответственным перед рабочими этих отраслей».

Но, в конце концов, пришёл «рабочий контроль» в Великобританию, или нет?

Рабочий контроль и правительство Вильсона

Движение профсоюзников приветствовало новое левое правительство, видя в нём огромные перспективы. Лейбористская партия выиграла избиратительную кампанию на волне организованных IWC всеобщих стачек на фабриках и забастовки шахтёров, которую резко осудили «тори». А лейборист Тони Бенн, предложивший знаменитое обещание в лейбористской программе на этих выборах осуществить «фундаментальный сдвиг в балансе сил и богатств в пользу трудящихся и их семей», возглавил министерство промышленности (к слову, Бенн впоследствии был описан как «один из немногих британских политических деятелей, который стал даже более левым после многих лет министерского поста», а в британском политическом «сленге» тех лет даже появился термин «Bennite», которым стали пользоваться для обозначения кого-то более леворадикального, чем средний английский лейборист или социал-демократ. — Left.BY).

Политический опыт Бенна, связанный с успешной агитацией и оргработой среди рабочих судостроительной компании Upper Clyde Shipbuilders в 1971 году, кардинальным образом изменил его идеи об экономической и производственной демократии, и, в конце концов, он оказался более открытым, чем любой другой министр, к предложениям, исходящим от профсоюзных радикалов. Рабочие воодушевились и засыпали офис Бенна предложениями, озаглавленными вроде «Рабочий контроль при участии руководства».

«Всеобщий комитет» компании Lucas Aerospace предложил самый амбициозный и передовой проект. Они добились встречи с Бенном, на которой требовали включения в планы по национализации аэрокосмической промышленности. Не имея возможности принять национализацию данной отрасли из-за оппозиции Вильсона, Бенн вместо этого предложил рабочим активистам составить «альтернативный корпоративный план» управления производством и доходами Lucas Aerospace.

В ответ последовало изложение активистами подробного плана потенциального использования собственности, финансов, средств производства и рабочего потенциала Lucas Aerospace, и речь шла не столько о возможностях управления существующим производством, сколько о планах «перековать мечи на орала». Идеи рабочих предполагали производство медицинских устройств, инвестирование в возобновляемые источники энергии, такие как ветряные турбины и солнечные батареи, а также развитие инновационных технологий общественного транспорта. План профсоюзных активистов Lucas Aerospace (The Lucas Plan) предлагал превратить частную военно-промышленную компанию, торгующую оружием, в контролируемую рабочими корпорацию, производящую общественно необходимые ресурсы.

Печально, что к тому моменту, когда рабочие завершили формирование своих предложений, Вильсон удалил Бенна из своего Кабинета. Его преемники проявили гораздо меньше интереса к производственной демократии. И хотя обнародование планов об массовых увольнениях в конце 1970-х годов вновь возродило интерес к The Lucas Plan в качестве потенциального решения проблемы массовой безработицы, министр Джеральд Кауфман согласился сохранить часть этих рабочих мест в обмен на субсидирование существующего производства.

Оппоненты тогда признавались, что идеи, обнародованные в The Lucas Plan, были весьма дальновидными. Но, поскольку этот план исходил от рабочих, а не от менеджеров или владельцев, на него смотрели, как на угрозу божественному праву капитала на господство. Принятие The Lucas Plan означало бы принятие и того, что у рабочих достаточно компетенции, чтобы самим определять свои собственные судьбы. А для тех, кто находится у власти, подобные идеи всегда слишком невыносимо радикальны, чтобы всерьез рассчитывать на их реализацию.

А Корбин может…

В наши дни, когда большинство институтов Лейбористской партии находится в руках левых, чего самого по себе никогда не было, социалисты имеют шанс возродить не только социал-демократию, но и предложения, которые когда-то были слишком невероятны даже для неё самой. Социализация железных дорог, муниципализация коммунальных предприятий, демократизация энергосистемы — всё это явно отвергает устаревшую иерархическую модель управления, присущей традиционной бюрократии.

Наверное, самым преобразующим предложением этой программы является «право владения». Раньше госсобственность обычно вводилась в стратегические или сокращающиеся отрасли. Государство вмешивалось в игру, если данная отрасль считалась стратегически важной для экономической или национальной безопасности или, иногда, для обеспечения сохранности рабочих мест. «Право владения» наоборот может дать рабочим возможность де-приватизировать компании просто потому, что они хотят сами контролировать их. Предлагаемая мера, как это прописано сейчас в планах лейбористов, предоставит сотрудникам первоочередное право «преимущества первого покупателя» выкупить компанию, если собственники решат её продать, расформировать или выйти на фондовую биржу.

Конечно, на практике предполагаемое возможно реализовать или «слабым», или «сильным» способом. Но если представить, что эта программа будет принята с максимально благоприятным юридическим, техническим и финансовый сопровождением и помощью, серьёзность усилий социалистов по привлечению рядовых рабочих к «праву владения» могла бы превратить стагнирующие отрасли в прибыльные, ведущие сектора экономики под рабочим демократическим контролем.

Продвигаемое левыми лейбористами «право владения» несколько напоминает известные итальянские «Закон Маркора» (Marcora Law), хотя дело вполне может зайти намного дальше.

«Закон Маркора» — это пакет законов, принятый в 1985 году в Италии на фоне роста безработицы и трудовых конфликтов в связи с увольнениями, который предоставлял финансовую и техническую помощь рабочим в выкупе предприятий и производственных мощностей, которые закрывались, а также обеспечивал применение упоминаемого выше права «преимущества первого покупателя» (причём для выкупа можно было накапливать и использовать, в частности, пособия по безработице. — Left.BY). Действие этого закона было приостановлено под давлением ЕС в середине 1990-х годов, но он был вновь возобновлён в 2001 году и даже в значительно более «ослабленной» форме применения помог ощутимо увеличить число выкупа компаний рабочими после финансового кризиса.

«Право владения» расширяет эти рамки, охватывая предприятия, выставляемые на продажу в обычных условиях, а это уже ощутимое отклонение от тенденции не принимать всерьёз альтернативные модели собственности там, где капиталисты больше не могут получать прибыль. Успех «Законов Маркоры», даже ограниченный по масстабу своего применения, показывает ту жизненно важную роль, которую может сыграть переход рабочих в собственников при социалистической экономической стратегии, особенно в то время, когда огромная социальная группа «бэби-бумеров» приближается к выходу на пенсию и неминуемо будет всячески уменьшать свои капиталовложения в реальном секторе. Оказание помощи в принятии решений на уровне работников и общин сможет помешать огромному количеству небольших компаний и предприятий превратиться в зачищенный от активов финансовый капитал, что в свою очередь неминуемо приведёт к широким увольнениям и оттоку инвестиций.

Тем не менее, нужно трезво себе представлять возможное сопротивление потенциальным мерам и масштабы препятствий. Даже ограниченные предложения введения рабочего контроля могут столкнуться с массированным противодействием со стороны капитала.

Stal-USA1-490x600

Работники завода Campbell Works в Янгстауне несут похоронный крест после отказа администрации Дж. Картера предоставить займ на выкуп предприятия. Март 1979 г.

Рассмотрим для примера случай 1977 года: «Черный понедельник» на металлургическом заводе в Янгстауне, штат Огайо, США. Тогда Национальный центр экономических альтернатив (The National Center for Economic Alternatives) разработал план перехода недавно закрытого завода в собственность рабочего сообщества. Этот план изначально был признан заслуживающим доверия и получил первичную поддержку со стороны Департамента жилищного строительства и городского развития администрации Джимми Картера, предложив кредитные гарантии, которые позволили бы выкупить производство. Четыре тысячи рабочих мест были бы спасены, а демократия на рабочем месте стала бы реальностью…

Но во второй половине 1978 года власти не выдержали давления со стороны бизнес-сообщества, — и всё пропало, так и не начавшись.

Многие из тех, кто принимал участие в событиях в Янгстауне, по-прежнему борются за рабочий контроль сегодня (в том числе – нынешний работодатель автора статьи, Тhe Democracy Collaborative, организация-преемник Национального центра экономических альтернатив). Но предательская политика администрации Картера, — так похожая на предательство администрации Вильсона в своё время, — всё равно привела к потере тысяч рабочих мест и оставила незаживающую до сих пор рану на теле местной общины…

Мыслить стратегически

У британских лейбористов впереди нелёгкое будущее. Если избиратели за них проголосуют, партия будет вынуждена осуществлять свою предвыборную программу, сталкиваясь с постоянным противодействием тяжеловесного меньшинства в своих рядах, выступающего против радикальной партийной повестки, с нападками средств массовой информации, враждебных лейбористской политике, сопротивлением существующего международного порядка, созданного для обструкции социалистической политики, а также постоянной угрозой атаки со стороны капитала*.

*В Daily Mail, например, почти срываясь в истерику, заявили, что Лейбористы тянут нас назад в 1970-е, на что многие резонно отвечают, что это лучше, чем 1870-е, куда стремятся «тори». Тереза Мэй назвала проект манифеста «катастрофической социалистической политикой»; рядовые трудящиеся, по её мнению, должны были бы «ужаснуться». В действительности, всё обстоит ровно наоборот, и вынесенная в заголовок манифеста лейбористов For the many, not the few («Для всех, а не для единиц») воодушевила многих. Опросы показывают подавляющую общественную поддержку программных предложений Корбина. Так например, 52% поддерживают национализацию железных дорог, 50% — национализацию почты, 49% — национализацию энергетики. Более 70% выступает за отмену «контрактов нулевого часа» — трудовых договоров, по которым работников привлекают только, когда они нужны; если работы для них нет, они просто остаются дома безо всякой оплаты за этот день. Опросы также показывают, что 65% поддерживает повышение налогообложения доходов свыше 65 тыс. фунтов в год (163,5 тыс. бел. рублей), а 54% — повышение объёмов строительства муниципального жилья. — Socialist News

Единственная надежда левых лейбористов — это широкая мобилизация рабочих: создание, развитие и расширение творчества масс, подлинно демократического рабочего движения. Лейбористы должны поддерживать связь не только с профсоюзным руководством, но и с рядовыми органайзерами и рабочими. По мере возможности партия должна избавиться от «блэристов» и других враждебно настроенных членов парламента путём восстановления процедуры обязательного повторного отбора (mandatory re-selection) перед вхождением в правительство.

Любые же реальные достижения всегда будут связанны с реальным риском, если не изменить политическую структуру британского общества раз и навсегда. А это означает как демократизацию самой Лейбористской партии, так и демократизацию экономики в наиболее широком смысле путём устранения от власти тех, чьим классовым интересам прямо угрожает идеология лейбористов.

pic_58888ea7

Рассмотрим, к примеру, одно интересное новое предложение, ещё не принятое Лейбористской партией, но содержащееся в отчёте «Нового экономического фонда» (New Economics Foundation) опубликованном «теневым» канцлером казначейства Джоном Макдоннеллом: он предлагает создать «Инклюзивный фонд собственности» (Inclusive Ownership Fund). Идея сильно напоминает предложение Рудольфа Мейднера в Швеции 1970-х годов, в котором содержалось требование к компаниям передавать часть своей прибыли в контролируемые рабочими фонды в виде акций. Если предложение Макдоннелла будет принято в его первоначальной форме, его план постепенно приведёт к переходу огромной части экономики страны под демократический контроль. Лейбористы должны максимально серьёзно отнестись к рассмотрению вопроса о принятии такого предложения, но они должны также помнить о тех огромных препятствиях, с которыми в своё время столкнулись шведские социал-демократы. Ведь в конце концов, план Мейднера был уничтожен капиталистической оппозицией**.

**В 1976 г. профсоюзные организации Швеции выдвинули так называемый «план Мейднера», предусматривающий постепенную передачу акционерной собственности частных компаний рабочим и их профсоюзным организациям. В 1982 г. значительно смягченная версия «плана Мейднера» была одобрена правительством. Она предусматривала создание специального фонда для выкупа акций (wage-earnerfund — буквально: фонд получателей заработной платы), в который могла отчисляться часть прибыли предприятия при условии, что она достаточна для осуществления предусмотренных законом социальных отчислений. В любом случае доля собственности рабочих не могла превышать 49%. Этот план не успел сыграть сколько-нибудь существенной роли, поскольку в начале 90-х гг. с ростом экономических трудностей и с уходом социал-демократического правительства от власти этот план практически сошел на нет, и впоследствии его действие не было реально восстановлено. — Колганов А.И., Бузгалин А.В. Экономическая компаративистика. M.: ИНФРА-М, 2011.

Лейбористам необходимо проводить политику, способную справиться с властью капитала, но также им необходим и стратегический план противодействия неизбежному сопротивлению с его стороны. Если будет необходимо, Лейбористская партия должна быть готова остановить свободное движение капитала, даже если это окажется несовместимым с членством в Едином рынке ЕС (одной из «четырёх свобод» которого является абсолютное свободное движение капитала). Партия также должна быть готова ускорить переход к демократической собственности, если капитал попытается саботировать экономику, дабы гарантировать, что ключевые сектора не обвалятся. Эти меры могут включать как национализацию, так и стратегическое использование «права владения» для перевода активов в собственность рабочих.

Мы живём во время, когда и демократический социализм, и традиционная социал-демократия обязательно будут встречены тотальным противодействием со стороны организованного капитала. Программа Лейбористской партии Великобритании предполагает постепенный переход к демократическому социализму через этап социал-демократии.

Кажется невероятным, что капитал примет необратимое, хорошо было бы, конечно, но…

Ну, а социалисты должны играть так, чтобы обязательно победить. Только так, — и никак иначе.

Источник — VECTOR:media

_______

Читать по теме:

Выборы 2017: Манифест (программа) Лейбористской партии

Манифест возвращения лейбористов

И пришел Корбин…

Победа и поражение Джереми Корбина

Британскую корону атакуют слева

Новые левые на Западе: Корбин, Сандерс, Ципрас и компания

Демократический социализм и социальная демократия — это не одно и то же…

Вам нужно не «хюгге»… Вам нужна социал-демократия, как минимум

Британия: марксизм и Лейбористская партия – несколько важных уроков

By
@
backtotop