Юрий ГЛУШАКОВ. Какие памятники должны стоять в Куропатах?

Решение о сносе крестов на месте массовых захоронений под Минском вызвало сильный информационный резонанс — вплоть до обвинения белорусских властей в реабилитации сталинских репрессий. А ведь что может быть страшнее с точки зрения белорусской национально-демократической оппозиции, чем отрицание преступлений сталинизма? Ведь те ну совершенно ясно «продемонстрировали» всю «порочность» коммунистического режима и советской власти? Впрочем, кто-то обнаружил и другие смыслы, назвав снос крестов во время Крестопоклонной недели Великого поста — «в Беларуси, христианской стране» — чисто белорусской иллюстрацией «к вечной теме конфликта добра и зла, нечто из мотивов Апокалипсиса, борьбы между Христом и антихристом».

1024px-Kurapaty_-_08

Урочище Куропаты. Фото: Andrej Kuźniečyk / Wikipedia

Впрочем, альтернативных версий белорусские оппозиционные деятели как будто бы не слышат, как и логичных, в общем-то, вопросов и сомнений. И, прежде всего, такого: с какого такого «перепуга» они вдруг решили ставить кресты на местах расстрелов тех, кто, вполне возможно, их на своей могиле видеть вовсе не хотел; или мог увидеть только в самом своём «страшном сне»? Ведь там, понятно, лежат атеисты, лежат коммунисты (как главные, собственно, жертвы сталинских репрессий), там могут вполне лежать, помимо христиан, страшно подумать… мусульмане и иудеи, вообще — буддисты? И их всех скопом облагодетельствовали крестами?

В этой проблеме попытался разобраться гомельский историк и левый активист, член Оргкомитета Белорусского социального движения «Разам» Юрий ГЛУШАКОВ на страницах интернет-издания «Политринг» .

Kurapaty_near_Minsk_is_the_place_where_mass_executions_of_Belarusian_civilians_were_carried_out_during_the_Stalin_regime_(1937_-_1941)_-_panoramio_-_Andrej_Kuźniečyk_(17)

Выстрелы в историческую память

Оговорюсь сразу – тема о жертвах любых казней всегда требует особой деликатности. С одной стороны – это не только память об убитых в далёком прошлом, это ещё и чувства ныне живущих людей. А когда к этому примешиваю современную политику, а то и просто – геополитические игры, то получается гремучая смесь.

Поэтому говорить о таких вещах следует максимально корректно и осторожно. А вот именно этого и не хватает ныне в тех информационных баталиях, которые развернулись над захоронениями в Куропатах.  Поэтому очень важно сегодня – предельно точно  установить, кто же на самом деле захоронен в этих расстрельных ямах.

На сегодня существует две полярные точки зрения.

Первая – в Куропатах лежат «сотни тысяч жертв коммунистического режима». Уничтоженных в рамках «планового геноцида всех белорусов и белорусскоязычных». А нынешние власти творят там «сатанинский бал, разрушая символы христианства».

Противоположных взгляд – никаких репрессированных там нет, все расстрелы в куропатском лесу проводило гестапо и коллаборационисты из числа белорусских националистов.

scale_600

В 1993 году Куропаты стали историко-культурной ценностью “Месца згубы ахвяр палітычных рэпрэсій (1930–1940-я гады) ва ўрочышчы Курапаты (Мінскі раён)”. Фото: БелаПАН

Стоит ли искать истину где-то посередине? Думается, что её следует найти прежде всего в самой куропатской земле. Но заниматься этим должны профессионалы – археологи, криминалисты и историки, под обязательным  контролем общества. О том, что бывает в обратных случаях, свидетельствует такой сюжет.

Гомельские «Куропаты»

Под Гомелем есть свои «Куропаты». Это урочище «Щекотовская дача» — лесной массив, расположенный к югу от города за Новобелицей. Здесь, на 9-м километре по Черниговскому шоссе, в 1937-м году производили расстрелы. С началом «перестройки» об этом стали говорить старожилы, бывшие невольными очевидцами тех событий. Затем в 90-е в Щекотовском лесу были произведены раскопки — с участием криминалистов Гомельского УВД и специалистов отдела археологии тогдашнего Гомельского областного краеведческого музея. Эксперты-криминалисты дали тогда уклончивый ответ. Они признали, что найденные гильзы — от револьвера «наган», но якобы бельгийского производства и поэтому могли использоваться немецкими оккупантами. Зато мне доводилось не раз беседовать с коллегами-археологами, а старший научный сотрудник Александр ШТЕМЕНКО публиковал свой отчёт об этих исследованиях. Не только гильзы от нагана и «кольта», но и нацарапанная на расческе дата и другие артефакты свидетельствуют – расстрелы осужденных здесь проводились в 1937 году. И вполне очевидно – кем…

И вот несколько лет назад ко мне, как бывшему музейному работнику, обратился один гомельский журналист с предложением посмотреть некие «вещдоки». Другой его коллега собрал их в лесу за Белицей, на месте раскопок ещё одних массовых захоронений, который проводил 52-й отдельный поисковый батальон Министерства обороны. «Скажи – у нас могли быть пленные поляки? Похоже, мы нашли гомельскую Катынь!» — сообщили мне. Собранный там комплекс вещей был действительно необычен – пфенинги «третьего рейха» 1938 года, серебряные обручальные кольца, расчёски с иностранными клеймами.  И  револьверные гильзы. С первого взгляда – тоже вроде «нагановские». Но я, как бывший музейный работник, специализировавшийся на военной истории, сразу опроверг эту версию.

Найденные гильзы принадлежали австро-венгерскому револьверу Раст-Гассера. С виду 8-мм патроны «раст-гассера»  действительно похожи на боеприпасы от 7,62 «нагана», но только – при первом взгляде. Я сообщил об этом самодеятельным «поисковикам», но кажется — мне не поверили. Ведь  без нагана  сложно было построить версию о «гомельской Катыни». Тогда я предложил проверить мое заключение по любому каталогу боеприпасов, например, по справочнику Жука.

Впрочем, версия о расстрелянных поляках опровергалась и другими находками. Пуговицы с военного обмундирования были  немецкими, униформу вермахта также трудно спутать. В общем, мое «экспертное заключение», вероятно, разочаровало её «заказчиков». Но хотя доказать что-то иное не удалось, в их  фильме «Лес смерти» эти самые  немецкие пуговицы и австрийские гильзы фигурируют как доказательства «советских репрессий 37-го».

Что же на самом деле там произошло?

Может быть, это всё же работа «энкэвэдэшников» — только на этот раз их «жертвами» стали пленные немцы? Это – вряд ли.

Во-первых, при них были материальные ценности – в советском плену их бы, скорее всего, изъяли.

Во-вторых —  револьверы Раст-Гассера никогда в СССР на вооружении не состояли.

Использование чужого оружия и боеприпасов при приведении приговоров в исполнение – затея малопонятная. А вот в нацистской Германии трофейные австрийские револьверы  применялись широко. В частности, они состояли на вооружении в «Альгемайне-СС», охранявших концентрационные лагеря. Более того – в гомельский музей приносили такой ржавый «раст-гассер», найденный в районе площади Восстания, где в годы войны был немецкий концлагерь «Дулаг-121». Очевидно, это оружие использовалось лагерной охраной, в том числе – и для казней военнопленных. По заключению государственной комиссии о расследовании злодеяний немецких оккупантов, в «Дулаге-121» было уничтожено около 100 тысяч советских военнопленных и мирных гомельчан. Недавно возле села Красное под Гомелем был обнаружен бывший противотанковый ров, заполненным телами казненных нацистами людей. Правда, ангажированные определённым образом  деятели в своих публикациях умудрились представить дело так, что и в этих жертвах виноваты «Советы».

Но вернемся к расстрелянным немцам. Что же здесь могло произойти? Возможно, на лесном стрельбище за Белицей были казнены военнослужащие вермахта с антифашистскими или пацифистскими убеждениями? Или солдаты немецких штрафных батальонов? Для того, что бы выяснить это, необходимы данные из архивов – в том числе и немецких.

Насколько известно, эксперты 52-го батальона дали достаточно абстрактное заключение – «массовые захоронения 30-40-х годов».

Но ясно одно – по правую сторону от Черниговского шоссе лежат расстрелянные в 1937-м году. По левую – ещё и жертвы нацистского террора. Но вот благодаря  идеологически однобокому  взгляду «борцов с совком» всё, случившееся здесь с немецкими солдатами, до сих пор замалчивается.

Крест, звезда и полумесяц

Немецкие оккупанты часто хоронили своих жертв на месте расстрелов 1937-го года – это хорошо известно. Есть версия, что то же самое происходило и под Минском. В видео-репортаже с места последних раскопок в Куропатах можно рассмотреть, что гильзы, которые демонстрируют археологи – от немецкой винтовки «Маузер-98» (которая ни в Российскую империю, ни в СССР не поставлялась, но во время 1-й Мировой войны как трофейная широко использовалась в русской армии в связи с нехваткой отечественных винтовок и патронов к ним. — Left.BY).

Поэтому при проектировании мемориала надо прежде точно установить – кто здесь лежит? Если тут покоятся и жертвы 37-го года, и оккупантов, то это должно быть чётко отображено и в названии, и в форме памятника.

При этом уже заранее можно представить, что в том случае, если такой факт будет установлен, у некоторых возникнет искушение говорить о «преступлениях нацизма и коммунизма». И ставить между ними знак равенства. Однако на самом деле, большинство  покоящихся в Куропатах являются коммунистами, социалистами, — либо «сочувствующими Советской власти», как писали в то время. Единомышленников националистов и либералов, которые ныне проводят здесь свои политизированные акции, тут почти нет.

Судебный_процесс_над_членами_Созного_бюро_ЦК_РСДРП_(меньшевиков)_в_колонном_зале_Дома_Союзов

Судебный процесс над членами Союзного бюро ЦК РСДРП (меньшевиков) в Колонном зале Дома Союзов. Москва, 1931 г. Фото: George Shuklin / Wikipedia

Даже если  говорить о репрессиях 1937 года, то кто был их главными жертвами? Чтобы не быть голословным, стоит вспомнить названия массовых операций, в ходе которых и было арестовано большинство жертв. Они проводились прежде всего против членов партии большевиков, обвиненных в «троцкизме», «национал-коммунизме» и в других уклонах, эсеров, анархистов, меньшевиков  и так далее. До 80% членов коммунистической партии было уничтожено в 1937-1938 году (из числа «старых партийцев», надо полагать. — Left.BY). В расстрельных ямах оказался почти весь высший командный состав Красной Армии, в том числе – и Западного (Белорусского) военного округа.

Да, среди жертв репрессий было немало и беспартийных  крестьян, проходивших по делам так называемых «контрреволюционных повстанческих организаций». Но если в прошлом из них кто и действительно выступал против большевиков с оружием в руках, то чаще всего – под флагом крестьянского, народнического социализма. Большинство арестованных по «шпионским» и прочим статьям также были невиновными и вполне лояльными Советской власти гражданами.

Поэтому с идеологической точки зрения (а акции в Куропатах – предельно политизированы, что бы ни говорили их организаторы), над могилами жертв 30-х годов должны присутствовать не только кресты и «бел-червоно-белые» флаги от «Молодого фронта», БНФ или Оргкомитета «Белорусской христианской демократии» (см. фото ниже. — Left.BY). Но и «звёзды» и «серпы и молоты» – от Белорусской партии левых «Справедливый мир» и Оргкомитета Белорусского социального движения «Вместе» («Разам»). Или даже – от КПБ? Чёрные знамена и иные символы анархистов будут там тоже весьма уместны.

Kurapaty_-_Minsk_raion_-_2014_-_10m

Белорусская национальная символика на куропатских крестах. Фото: Paju / Wikipedia

Заранее предвижу, что и власти, и консервативная оппозиция скажет – «нет-нет, тут не должно быть никакой политики». Ну, во-первых – она уже есть. И будет в любом случае.  Во-вторых – нагнетание  религиозных страстей вокруг покоящихся в Куропатах, с моей точки зрения, ещё более не корректно. Как и соединение политики с религией, что даёт «гремучую смесь». В мировой практике это называется клерикализмом и в принципе не несёт ничего хорошего. Клерикальная диктатура Франко по количеству репрессий обошла многих, но её явные и скрытые сторонники и сегодня не собираются каяться или допускать расследования былых преступлений. Вызовы со стороны современных фундаменталистов также хорошо известны всем.

Надо также учесть, что в Куропатах лежат не только верующие – но и атеисты. И ещё неизвестно – кого больше. А кроме христиан разных конфессий – ещё и большое количество евреев. Наверняка есть и мусульмане, включая белорусских татар. Так что если и подходить к поминовению  с конфессиональной точки зрения, то кроме крестов и других христианских символов, в Куропатах должны быть место и иудейским «менорам», и исламским «звёздам» и «полумесяцам».

Поэтому ещё раз резюмирую.

Первое – необходимо полное и всестороннее расследование происшедшего в Куропатах в 1930-1940-х годах. Проделать эту колоссальную работу может только авторитетная общенациональная комиссия из историков, археологов, криминалистов, с широким участием представителей общественности и независимых экспертов. При необходимости – и международных специалистов. Следует также открыть все архивы. Для исключения любых спекуляций, как преувеличений  масштабов репрессий, так и их замалчивания, необходимо установить  примерное количество жертв. А также масштабы репрессий НКВД и геноцида в годы немецкой оккупации. Деятельность национальной  комиссии должна быть абсолютно прозрачна.

Kurapaty_near_Minsk_is_the_place_where_mass_executions_of_Belarusian_civilians_were_carried_out_during_the_Stalin_regime_(1937_-_1941)_-_panoramio_-_Andrej_Kuźniečyk_(14)

В 1994 году урочище посетил Президент США Билл Клинтон, во время визита был установлен памятный знак — так называемая «скамейка Клинтона». Фото: Andrej Kuźniečyk / Wikipedia

Второе – только после установления объективной истины о трагедии в Куропатах можно приступать к проектированию мемориала. При чём общественное обсуждение должно носить обязательный,  самый широкий и демократический характер.  То же, что предпринималось до сегодняшнего дня и чиновниками, и активистами консервативных фракций,   является больше политической акцией или идеологической конфронтацией. Что может быть новой несправедливостью по отношению к жертвам прошлого  насилия — но никак не упокоением их памяти.

Источник — «Политринг»


  1. Вольф on 05/24/2019 at 18:44 said:

    «Так что если и подходить к поминовению с конфессиональной точки зрения, то кроме крестов и других христианских символов, в Куропатах должны быть место и иудейским минорам…» 1) «менорам»; 2) помнік з зоркай Давіда і стылізаванай менорай у Курапатах ёсць з 2004 г., хоць ён і быў пастаўлены без удзелу ўладаў… Гл.: https://belisrael.info/?p=9919

    • Александр Ульянычев on 05/25/2019 at 13:19 said:

      Менорам… Спасибо, исправлено)

      • Вольф on 05/26/2019 at 09:16 said:

        Калі ласка… Памылак друку, на жаль, тут хапае. Напр., «пфенинги» = пфенниги
        А ў цэлым артыкул даволі карысны, хаця «Следует также открыть все архивы» = утопія.

Добавить комментарий для Александр Ульянычев Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


пять + 8 =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Юрий ГЛУШАКОВ. Какие памятники должны стоять в Куропатах?

Kurapaty_-_10 23/05/2019

Решение о сносе крестов на месте массовых захоронений под Минском вызвало сильный информационный резонанс — вплоть до обвинения белорусских властей в реабилитации сталинских репрессий. А ведь что может быть страшнее с точки зрения белорусской национально-демократической оппозиции, чем отрицание преступлений сталинизма? Ведь те ну совершенно ясно «продемонстрировали» всю «порочность» коммунистического режима и советской власти? Впрочем, кто-то обнаружил и другие смыслы, назвав снос крестов во время Крестопоклонной недели Великого поста — «в Беларуси, христианской стране» — чисто белорусской иллюстрацией «к вечной теме конфликта добра и зла, нечто из мотивов Апокалипсиса, борьбы между Христом и антихристом».

1024px-Kurapaty_-_08

Урочище Куропаты. Фото: Andrej Kuźniečyk / Wikipedia

Впрочем, альтернативных версий белорусские оппозиционные деятели как будто бы не слышат, как и логичных, в общем-то, вопросов и сомнений. И, прежде всего, такого: с какого такого «перепуга» они вдруг решили ставить кресты на местах расстрелов тех, кто, вполне возможно, их на своей могиле видеть вовсе не хотел; или мог увидеть только в самом своём «страшном сне»? Ведь там, понятно, лежат атеисты, лежат коммунисты (как главные, собственно, жертвы сталинских репрессий), там могут вполне лежать, помимо христиан, страшно подумать… мусульмане и иудеи, вообще — буддисты? И их всех скопом облагодетельствовали крестами?

В этой проблеме попытался разобраться гомельский историк и левый активист, член Оргкомитета Белорусского социального движения «Разам» Юрий ГЛУШАКОВ на страницах интернет-издания «Политринг» .

Kurapaty_near_Minsk_is_the_place_where_mass_executions_of_Belarusian_civilians_were_carried_out_during_the_Stalin_regime_(1937_-_1941)_-_panoramio_-_Andrej_Kuźniečyk_(17)

Выстрелы в историческую память

Оговорюсь сразу – тема о жертвах любых казней всегда требует особой деликатности. С одной стороны – это не только память об убитых в далёком прошлом, это ещё и чувства ныне живущих людей. А когда к этому примешиваю современную политику, а то и просто – геополитические игры, то получается гремучая смесь.

Поэтому говорить о таких вещах следует максимально корректно и осторожно. А вот именно этого и не хватает ныне в тех информационных баталиях, которые развернулись над захоронениями в Куропатах.  Поэтому очень важно сегодня – предельно точно  установить, кто же на самом деле захоронен в этих расстрельных ямах.

На сегодня существует две полярные точки зрения.

Первая – в Куропатах лежат «сотни тысяч жертв коммунистического режима». Уничтоженных в рамках «планового геноцида всех белорусов и белорусскоязычных». А нынешние власти творят там «сатанинский бал, разрушая символы христианства».

Противоположных взгляд – никаких репрессированных там нет, все расстрелы в куропатском лесу проводило гестапо и коллаборационисты из числа белорусских националистов.

scale_600

В 1993 году Куропаты стали историко-культурной ценностью “Месца згубы ахвяр палітычных рэпрэсій (1930–1940-я гады) ва ўрочышчы Курапаты (Мінскі раён)”. Фото: БелаПАН

Стоит ли искать истину где-то посередине? Думается, что её следует найти прежде всего в самой куропатской земле. Но заниматься этим должны профессионалы – археологи, криминалисты и историки, под обязательным  контролем общества. О том, что бывает в обратных случаях, свидетельствует такой сюжет.

Гомельские «Куропаты»

Под Гомелем есть свои «Куропаты». Это урочище «Щекотовская дача» — лесной массив, расположенный к югу от города за Новобелицей. Здесь, на 9-м километре по Черниговскому шоссе, в 1937-м году производили расстрелы. С началом «перестройки» об этом стали говорить старожилы, бывшие невольными очевидцами тех событий. Затем в 90-е в Щекотовском лесу были произведены раскопки — с участием криминалистов Гомельского УВД и специалистов отдела археологии тогдашнего Гомельского областного краеведческого музея. Эксперты-криминалисты дали тогда уклончивый ответ. Они признали, что найденные гильзы — от револьвера «наган», но якобы бельгийского производства и поэтому могли использоваться немецкими оккупантами. Зато мне доводилось не раз беседовать с коллегами-археологами, а старший научный сотрудник Александр ШТЕМЕНКО публиковал свой отчёт об этих исследованиях. Не только гильзы от нагана и «кольта», но и нацарапанная на расческе дата и другие артефакты свидетельствуют – расстрелы осужденных здесь проводились в 1937 году. И вполне очевидно – кем…

И вот несколько лет назад ко мне, как бывшему музейному работнику, обратился один гомельский журналист с предложением посмотреть некие «вещдоки». Другой его коллега собрал их в лесу за Белицей, на месте раскопок ещё одних массовых захоронений, который проводил 52-й отдельный поисковый батальон Министерства обороны. «Скажи – у нас могли быть пленные поляки? Похоже, мы нашли гомельскую Катынь!» — сообщили мне. Собранный там комплекс вещей был действительно необычен – пфенинги «третьего рейха» 1938 года, серебряные обручальные кольца, расчёски с иностранными клеймами.  И  револьверные гильзы. С первого взгляда – тоже вроде «нагановские». Но я, как бывший музейный работник, специализировавшийся на военной истории, сразу опроверг эту версию.

Найденные гильзы принадлежали австро-венгерскому револьверу Раст-Гассера. С виду 8-мм патроны «раст-гассера»  действительно похожи на боеприпасы от 7,62 «нагана», но только – при первом взгляде. Я сообщил об этом самодеятельным «поисковикам», но кажется — мне не поверили. Ведь  без нагана  сложно было построить версию о «гомельской Катыни». Тогда я предложил проверить мое заключение по любому каталогу боеприпасов, например, по справочнику Жука.

Впрочем, версия о расстрелянных поляках опровергалась и другими находками. Пуговицы с военного обмундирования были  немецкими, униформу вермахта также трудно спутать. В общем, мое «экспертное заключение», вероятно, разочаровало её «заказчиков». Но хотя доказать что-то иное не удалось, в их  фильме «Лес смерти» эти самые  немецкие пуговицы и австрийские гильзы фигурируют как доказательства «советских репрессий 37-го».

Что же на самом деле там произошло?

Может быть, это всё же работа «энкэвэдэшников» — только на этот раз их «жертвами» стали пленные немцы? Это – вряд ли.

Во-первых, при них были материальные ценности – в советском плену их бы, скорее всего, изъяли.

Во-вторых —  револьверы Раст-Гассера никогда в СССР на вооружении не состояли.

Использование чужого оружия и боеприпасов при приведении приговоров в исполнение – затея малопонятная. А вот в нацистской Германии трофейные австрийские револьверы  применялись широко. В частности, они состояли на вооружении в «Альгемайне-СС», охранявших концентрационные лагеря. Более того – в гомельский музей приносили такой ржавый «раст-гассер», найденный в районе площади Восстания, где в годы войны был немецкий концлагерь «Дулаг-121». Очевидно, это оружие использовалось лагерной охраной, в том числе – и для казней военнопленных. По заключению государственной комиссии о расследовании злодеяний немецких оккупантов, в «Дулаге-121» было уничтожено около 100 тысяч советских военнопленных и мирных гомельчан. Недавно возле села Красное под Гомелем был обнаружен бывший противотанковый ров, заполненным телами казненных нацистами людей. Правда, ангажированные определённым образом  деятели в своих публикациях умудрились представить дело так, что и в этих жертвах виноваты «Советы».

Но вернемся к расстрелянным немцам. Что же здесь могло произойти? Возможно, на лесном стрельбище за Белицей были казнены военнослужащие вермахта с антифашистскими или пацифистскими убеждениями? Или солдаты немецких штрафных батальонов? Для того, что бы выяснить это, необходимы данные из архивов – в том числе и немецких.

Насколько известно, эксперты 52-го батальона дали достаточно абстрактное заключение – «массовые захоронения 30-40-х годов».

Но ясно одно – по правую сторону от Черниговского шоссе лежат расстрелянные в 1937-м году. По левую – ещё и жертвы нацистского террора. Но вот благодаря  идеологически однобокому  взгляду «борцов с совком» всё, случившееся здесь с немецкими солдатами, до сих пор замалчивается.

Крест, звезда и полумесяц

Немецкие оккупанты часто хоронили своих жертв на месте расстрелов 1937-го года – это хорошо известно. Есть версия, что то же самое происходило и под Минском. В видео-репортаже с места последних раскопок в Куропатах можно рассмотреть, что гильзы, которые демонстрируют археологи – от немецкой винтовки «Маузер-98» (которая ни в Российскую империю, ни в СССР не поставлялась, но во время 1-й Мировой войны как трофейная широко использовалась в русской армии в связи с нехваткой отечественных винтовок и патронов к ним. — Left.BY).

Поэтому при проектировании мемориала надо прежде точно установить – кто здесь лежит? Если тут покоятся и жертвы 37-го года, и оккупантов, то это должно быть чётко отображено и в названии, и в форме памятника.

При этом уже заранее можно представить, что в том случае, если такой факт будет установлен, у некоторых возникнет искушение говорить о «преступлениях нацизма и коммунизма». И ставить между ними знак равенства. Однако на самом деле, большинство  покоящихся в Куропатах являются коммунистами, социалистами, — либо «сочувствующими Советской власти», как писали в то время. Единомышленников националистов и либералов, которые ныне проводят здесь свои политизированные акции, тут почти нет.

Судебный_процесс_над_членами_Созного_бюро_ЦК_РСДРП_(меньшевиков)_в_колонном_зале_Дома_Союзов

Судебный процесс над членами Союзного бюро ЦК РСДРП (меньшевиков) в Колонном зале Дома Союзов. Москва, 1931 г. Фото: George Shuklin / Wikipedia

Даже если  говорить о репрессиях 1937 года, то кто был их главными жертвами? Чтобы не быть голословным, стоит вспомнить названия массовых операций, в ходе которых и было арестовано большинство жертв. Они проводились прежде всего против членов партии большевиков, обвиненных в «троцкизме», «национал-коммунизме» и в других уклонах, эсеров, анархистов, меньшевиков  и так далее. До 80% членов коммунистической партии было уничтожено в 1937-1938 году (из числа «старых партийцев», надо полагать. — Left.BY). В расстрельных ямах оказался почти весь высший командный состав Красной Армии, в том числе – и Западного (Белорусского) военного округа.

Да, среди жертв репрессий было немало и беспартийных  крестьян, проходивших по делам так называемых «контрреволюционных повстанческих организаций». Но если в прошлом из них кто и действительно выступал против большевиков с оружием в руках, то чаще всего – под флагом крестьянского, народнического социализма. Большинство арестованных по «шпионским» и прочим статьям также были невиновными и вполне лояльными Советской власти гражданами.

Поэтому с идеологической точки зрения (а акции в Куропатах – предельно политизированы, что бы ни говорили их организаторы), над могилами жертв 30-х годов должны присутствовать не только кресты и «бел-червоно-белые» флаги от «Молодого фронта», БНФ или Оргкомитета «Белорусской христианской демократии» (см. фото ниже. — Left.BY). Но и «звёзды» и «серпы и молоты» – от Белорусской партии левых «Справедливый мир» и Оргкомитета Белорусского социального движения «Вместе» («Разам»). Или даже – от КПБ? Чёрные знамена и иные символы анархистов будут там тоже весьма уместны.

Kurapaty_-_Minsk_raion_-_2014_-_10m

Белорусская национальная символика на куропатских крестах. Фото: Paju / Wikipedia

Заранее предвижу, что и власти, и консервативная оппозиция скажет – «нет-нет, тут не должно быть никакой политики». Ну, во-первых – она уже есть. И будет в любом случае.  Во-вторых – нагнетание  религиозных страстей вокруг покоящихся в Куропатах, с моей точки зрения, ещё более не корректно. Как и соединение политики с религией, что даёт «гремучую смесь». В мировой практике это называется клерикализмом и в принципе не несёт ничего хорошего. Клерикальная диктатура Франко по количеству репрессий обошла многих, но её явные и скрытые сторонники и сегодня не собираются каяться или допускать расследования былых преступлений. Вызовы со стороны современных фундаменталистов также хорошо известны всем.

Надо также учесть, что в Куропатах лежат не только верующие – но и атеисты. И ещё неизвестно – кого больше. А кроме христиан разных конфессий – ещё и большое количество евреев. Наверняка есть и мусульмане, включая белорусских татар. Так что если и подходить к поминовению  с конфессиональной точки зрения, то кроме крестов и других христианских символов, в Куропатах должны быть место и иудейским «менорам», и исламским «звёздам» и «полумесяцам».

Поэтому ещё раз резюмирую.

Первое – необходимо полное и всестороннее расследование происшедшего в Куропатах в 1930-1940-х годах. Проделать эту колоссальную работу может только авторитетная общенациональная комиссия из историков, археологов, криминалистов, с широким участием представителей общественности и независимых экспертов. При необходимости – и международных специалистов. Следует также открыть все архивы. Для исключения любых спекуляций, как преувеличений  масштабов репрессий, так и их замалчивания, необходимо установить  примерное количество жертв. А также масштабы репрессий НКВД и геноцида в годы немецкой оккупации. Деятельность национальной  комиссии должна быть абсолютно прозрачна.

Kurapaty_near_Minsk_is_the_place_where_mass_executions_of_Belarusian_civilians_were_carried_out_during_the_Stalin_regime_(1937_-_1941)_-_panoramio_-_Andrej_Kuźniečyk_(14)

В 1994 году урочище посетил Президент США Билл Клинтон, во время визита был установлен памятный знак — так называемая «скамейка Клинтона». Фото: Andrej Kuźniečyk / Wikipedia

Второе – только после установления объективной истины о трагедии в Куропатах можно приступать к проектированию мемориала. При чём общественное обсуждение должно носить обязательный,  самый широкий и демократический характер.  То же, что предпринималось до сегодняшнего дня и чиновниками, и активистами консервативных фракций,   является больше политической акцией или идеологической конфронтацией. Что может быть новой несправедливостью по отношению к жертвам прошлого  насилия — но никак не упокоением их памяти.

Источник — «Политринг»

By
@
backtotop