Павел КАТОРЖЕВСКИЙ. Светлана Алексиевич и «призрак коммунизма» / Мнения

25 января 2019 британский ежедневник The Guardian опубликовал «открытое письмо 30 интеллектуалов, обеспокоенных общественной ситуацией в Европе». Помимо стенаний по утраченным «величайшим союзникам» в лице США и Великобритании, письмо содержит не лишённые оснований тревожные заявления об опасности роста правых популистских сил, призывающих «вернуть утраченную идентичность» и «воссоединиться с национальной душой».

661

Фото: bit.ua

Среди подписантов хватает персонажей с разной репутацией, один из них — одиозный французский философ Бернар АНРИ-ЛЕВИ, призывавший в своё время к бомбардировкам Югославии и военному вмешательству в Ливию.

Однако, особый интерес вызывает тот факт, что одной из подписавших «письмо тридцати интеллектуалов» является белорусская лауреатка Нобелевской премии по литературе Светлана АЛЕКСИЕВИЧ, которую сегодня на Западе называют «историком красной цивилизации»; в последнее время она много говорит о «красном человеке», живущем, по её мнению, – в большей или меньшей степени – внутри каждого обитателя постсоветского пространства. «Но все-таки «красный человек» уходит, — считает Алексиевич. — Хотя уходит, к несчастью, с большой кровью…»

Ещё больше она говорит о коммунизме, как о чём-то состоявшемся, как о чём-то бывшем в истории человечества…

Обо всём этом пишет, категорически не соглашаясь с Алексиевич, на страницах интернет-издания «Политринг» политолог Павел КАТОРЖЕВСКИЙ.

_______

29 января 2019 года, вскоре после появления вышеупомянутого письма, на сайте русской службы британского информационного агентства BBC появилось любопытного содержания интервью с Алексиевич, вышедшее в ряде белорусских интернет-изданий под заголовком «Коммунизм никуда не отступил. Это более коварная идея, чем мы думали» (именно так Алексиевич ответила на вопрос интервьюера о слабости демократии и потере доверия к либерализму; при этом сама Русская служба BBC ограничилась другой цитатой — «Демократия беззащитна перед «маленьким человеком»). Примерно те же мысли она выскажет 9 февраля на встрече с читателями на международной книжной выставке-ярмарке в Минске: «Коммунизм отступил, но он спрятался в какие-то вещи…».

Тут же возникает закономерный вопрос: если коммунизм отступил, значит он когда-либо уже существовал?

В истории было немало государств, которые многие экономисты, философы и прочие деятели называют сегодня «коммунистическими», как правило, подразумевая под ними государственно-капиталистические монополии, которые можно было бы, в лучшем случае, назвать «социалистическими», — да и то только при условии перехода политической власти в руки рабочего класса.

Так существовало коммунистическое общество где-либо, помимо воображения Светланы Александровны?

Типовой учебник научного коммунизма (П.Н. Федосеев и др. Основы научного коммунизма: 2-е изд. — Политиздат, 1967) даёт на это утверждение более, чем однозначный ответ:

«В условиях коммунизма исчезнут различия между классами и социальными слоями… Если социализм с делением общества на антагонистические классы и достиг социально-политического и идейного единства общества, то коммунизм предполагает переход к полному исчезновению всякого разделения общества на социальные слои».

Если госпожа Алексиевич умудрилась пожить в таком обществе или может хотя бы отыскать тот период в истории, когда оно существовало, то лично я вместе с миллионами людей, состоявших в КПСС за время существования этой партии, могу ей только позавидовать.

Я не люблю слово «совок», не люблю, когда о советской эпохе говорят в пренебрежительном тоне. Чем серьезнее вы работаете, тем более сложной представляется проблема. Для меня уже не Советский союз исчадие ада, а скорее человеческая природа — исчадие ада.

Сегодня коммунизм вовсе не мертв. Во французских университетах со мной часто спорили молодые троцкисты: вы, мол, поняли коммунизм неправильно, а мы сделаем все иначе. Да и в российской глубинке молодые ребята очень много читают, говорят, спорят на эту тему. Поколению шестидесятников часто не понять, как у их детей снова могут стоять на полке Маркс и Энгельс.

избранные цитаты Алексиевич со встречи с киевскими читателями

Впрочем, такая оговорка вполне допустима, но явно не для Светланы АЛЕКСИЕВИЧ, которая, помимо прочего, в 1986-м получила премию Ленинского комсомола (премия вручалась молодым авторам – членам ВЛКСМ), а трудовую деятельность начала в 1972 году в районной газете с говорящим названием «Маяк коммунизма». Конечно, всегда можно сослаться на так называемый «первобытный коммунизм», о котором писал американский этнограф Льюис Генри МОРГАН в своей работе «Древнее общество» (к слову, при жизни Карла МАРКСА, одного из отцов-основателей и главного теоретика коммунистического движения, не было опубликовано ни одной его работы, в которой этот термин использовался бы, и лишь его друг и соратник Фридрих ЭНГЕЛЬС позже употребил его (в 1884 г.) в книге «Происхождение семьи, частной собственности и государства», — ссылаясь на всё того же Моргана).

Но неужели Алексиевич в своём интервью говорит о возвращении «первобытно-общинного строя»?

Думаю, что столь именитая писательница должна знать и то, что ряд марксистских теоретиков, таких как Тони КЛИФФ и Лев ТРОЦКИЙ не считали СССР даже социалистическим государством (не говоря уже о коммунизме) и называли его «государственным капитализмом» и «переродившимся рабочим государством».

Быть может, Светлана Александровна удосужилась ознакомится с работами Александра ЗИНОВЬЕВА, который хоть и считал, что в Советском Союзе было создано некое подобие «коммунизма», тем не менее, вкладывал в это понятие более широкий смысл, отделяя так называемый «реальный» или «советский» коммунизм от марксизма и коммунистической идеологии как таковой:

«Люди, строившие его [«советский» или «реальный» коммунизм – прим.авт], либо вообще не имели никакого понятия о марксизме, либо знали его весьма смутно и интерпретировали его на свой лад. То, что получилось на деле, лишь по некоторым признакам похоже на марксистский проект».

Впрочем, всё тот же Зиновьев, ярый диссидент в прошлом, категорически осудил Перестройку и назвал её «Катастройкой». Михаила ГОРБАЧЁВА и его соратников он характеризовал как демагогов, лицемеров, циничных карьеристов и «ничтожеств».

Возможно, и у госпожи Алексиевич ещё всё впереди и скоро мы услышим от неё апологетику коммунизма и ностальгию по советскому проекту?

Я встречала много искренних хороших людей даже среди секретарей райкомов. Мне кажется, к ним нужно относиться, как к трагическим героям, которых увлекла за собой красивая идея. Даже когда я читала письма Дзержинского или Коллонтай — это были прекрасные письма, пронизанные идеей о рае на земле.

Мой отец умер почти в 90 лет, и до последнего дня был коммунистом. В 19 лет он ушел на фронт с факультета журналистики, в 20 — вступил в коммунистическую партию под Сталинградом, и до конца жизни верил в идеалы коммунизма. Когда я приехала из Афганистана и сказала «папа, мы убийцы» — у него не было аргументов, он просто заплакал…

избранные цитаты Алексиевич со встречи с киевскими читателями

Он не мог расстаться с партбилетом. Это очень просто объяснить. Люди всегда жили в лагере (ведь так и говорили: социалистический лагерь). И нельзя представить, что человека выпустили за лагерные ворота — и он уже свободный. Так не бывает. Каждый находит в инерции жизни какую-то уловку, оправдание, какую-то нишу, возможность сохранить какое-то достоинство…

из интервью Алексиевич Deutsche Welle

Но отставим, на минутку, схоластический остракизм и вернёмся к «письму тридцати интеллектуалов». Предположим, что Алексиевич подразумевала не реально существовавшее общество, а коммунизм как идеологию. Но как это соотносится с содержанием письма, в котором критикуются, в основном, правые и ультраправые популисты с их извечными воплями о «национальной душе» и «утраченной идентичности»? Да, собственно, никак. От слова «совсем». Обвинить коммунистов в таких чувствах как антисемитизми и ксенофобия, которые также обозначены в письме, тоже крайне проблематично, а вернее — невозможно. Надеюсь, не нужно напоминать какими словами заканчивается «Манифест коммунистической партии»?

Отождествление коммунизма с «угрозой вмешательства Кремля» выглядит ещё более нелепо. С 1991 года Россия не является социалистической страной ни фактически, ни номинально. Достаточно посмотреть на программы многочисленных российских партий и движений, считающих себя коммунистическими. Все эти организации находятся в оппозиции к действующей российской власти, хотя степень этой оппозиционности, зачастую, разная. На крайний случай, можно обратить внимание на высказывания действующего президента Российской Федерации о Ленине, который, по его мнению, «мыслями об автономизации заложил под Россию бомбу». Для большей иллюстративности можно обратиться к высказывания предыдущего главы РФ Дмитрия МЕДВЕДЕВА, который и вовсе назвал учение Маркса «экстремистским».

Я из тех людей, которые разочаровались и в баррикадах, и в самом выходе на улицу. Я видела, как это происходило в Париже. Видела поджоги машин, когда утром страшно смотреть на улицу, это путь в никуда.

Больше всего тем для размышлений мне дала Швеция. Поняла, что я социал-демократ: после социализма трудно быть чистым, холодным либералом. Насколько возможен капиталистический эксперимент с человеческой душой, которая изначально, ментально славянская душа, которая привыкла и думает о равенстве, братстве? Если мы не будем искать ответ на это вопрос, мы будем совершенно другие люди, это будет другая страна, другой народ.

из интервью Алексиевич «Российской газете»

На самом деле, очень жаль, что подобные заявления, отдающие откровенным невежеством, делает нобелевская лауреатка и автор таких замечательных книг как «Чернобыльская молитва» и «У войны не женское лицо», которые как нельзя лучше рассказывают о тех трагедиях, которые не должны повториться ни в каком виде.

Поражает и тот цинизм, с которым Алексиевич говорит о том, что демократия беззащитна «перед маленьким человеком». Но разве хоть одна из существующих моделей демократии хоть чего-нибудь стоит, если не ставит во главу угла этих самых «маленьких людей», а не только «лучших людей Запада», упомянутых всё в том же интервью?

Безоговорочно согласиться со Светланой АЛЕКСИЕВИЧ можно только в одном: коммунизм действительно значительно более жизнеспособен, чем многие думали. И рано или поздно он обязательно вернётся в том или ином виде и принесёт всем «маленьким людям» надежду на достойное будущее, где «лучшим» станет каждый человек, а не узкий круг интеллектуалов.

Источник — «Политринг»

_______

Читать по теме:

«Отправить коммунизм в наше настоящее!» Открытое письмо белорусских левых


  1. Вольф on 04/09/2019 at 18:36 said:

    «Трудовую деятельность начала в 1972 году в районной газете с говорящим названием «Маяк коммунизма»» — недакладна; С. А. паспела папрацаваць у 1960-х і выхавальніцай, і настаўніцай, і газетчыцай…
    Ну, а чаго вартыя развагі пра камунізм і «чырвонага чалавека», было паказана яшчэ ў 2015 г. Напрыклад, тут: https://belisrael.info/?p=5626 («Ідэі «дэсаветызацыі» беларусаў, выціскання на задні план «чырвонага чалавека» спазніліся – калі не на 15, то на 10 гадоў дакладна… Змагацца з камуністычным прывідам на прасторах СНД у 2015 г. – усё адно, што лекаваць чалавека, хворага на дыябет, ад воспы, якой ён хварэў у мінулым стагоддзі, даводзячы яму, што ў «цывілізаваным свеце» трэба прыбраць воспіны з твару… Тым часам дыябет будзе прагрэсаваць, ды што паробіш, калі ў заходніх «лекараў» з 1980-х заляжаліся на складзе адпаведныя таблеткі?»)

    • Crux_Gemmata on 04/10/2019 at 15:17 said:

      Говоря строго, этот процесс — десоветизация — уже практически завершен. Говоря о десоветизации, в первую очередь имею ввиду не символику СССР, она еще будет использоваться. Имею ввиду общие идеи построения нового общества, новой экономики, материалистическое мышление. Теперь в почете стремление вернуться на «столбовую дорогу цивилизации», свободный рынок (коего, напомню, уже давно нет), возврат к корням и религиозное мракобесие.
      Если не этому не противостоять, уже скоро мы будем жить при фашизме.

      • Вольф on 04/11/2019 at 09:36 said:

        З тэксту пра Беларусь 2015 г.: «Помнікі, назвы вуліц, убогае «святкаванне» 7 лістапада і нават «Лінія Сталіна» – адно дэкарацыя, або костка, якую ўлады кідаюць кансерватарам старэйшага пакалення». https://belisrael.info/?p=5383

        • Crux_Gemmata on 04/15/2019 at 19:08 said:

          Рэальная канкурэнцыя існуе паміж банкамі, турфірмамі, размаітымі крамамі, а сярэдні беларускі гіпермаркет мала чым адрозніваецца ад ізраільскага. У пэўным сэнсе мы перажываем ранні капіталізм – эпоху «пачатковага назапашвання капіталу», з усімі яе плюсамі і мінусамі, вялізнымі кантрастамі ў даходах і выдатках.
          ………….
          Тут я не соглашусь, если такой период и был, то весьма короткий. С теми же магазинами, по моему уже давно наступила олигополия(если не монополия). Поделены зоны влияния, цены установлены на почти одинаковом уровне.
          …………..
          Показное использование советской символики, возможно и имело изначально смысл понравиться «старшему поколению» и пнуть фашизоидов от БНФ. Сейчас это служит иной цели, отождествить курс правительства и курс СССР. Создать иллюзию преемственности между СССР и существующим режимом.

Добавить комментарий для Crux_Gemmata Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


три + 1 =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Павел КАТОРЖЕВСКИЙ. Светлана Алексиевич и «призрак коммунизма» / Мнения

661 08/04/2019

25 января 2019 британский ежедневник The Guardian опубликовал «открытое письмо 30 интеллектуалов, обеспокоенных общественной ситуацией в Европе». Помимо стенаний по утраченным «величайшим союзникам» в лице США и Великобритании, письмо содержит не лишённые оснований тревожные заявления об опасности роста правых популистских сил, призывающих «вернуть утраченную идентичность» и «воссоединиться с национальной душой».

661

Фото: bit.ua

Среди подписантов хватает персонажей с разной репутацией, один из них — одиозный французский философ Бернар АНРИ-ЛЕВИ, призывавший в своё время к бомбардировкам Югославии и военному вмешательству в Ливию.

Однако, особый интерес вызывает тот факт, что одной из подписавших «письмо тридцати интеллектуалов» является белорусская лауреатка Нобелевской премии по литературе Светлана АЛЕКСИЕВИЧ, которую сегодня на Западе называют «историком красной цивилизации»; в последнее время она много говорит о «красном человеке», живущем, по её мнению, – в большей или меньшей степени – внутри каждого обитателя постсоветского пространства. «Но все-таки «красный человек» уходит, — считает Алексиевич. — Хотя уходит, к несчастью, с большой кровью…»

Ещё больше она говорит о коммунизме, как о чём-то состоявшемся, как о чём-то бывшем в истории человечества…

Обо всём этом пишет, категорически не соглашаясь с Алексиевич, на страницах интернет-издания «Политринг» политолог Павел КАТОРЖЕВСКИЙ.

_______

29 января 2019 года, вскоре после появления вышеупомянутого письма, на сайте русской службы британского информационного агентства BBC появилось любопытного содержания интервью с Алексиевич, вышедшее в ряде белорусских интернет-изданий под заголовком «Коммунизм никуда не отступил. Это более коварная идея, чем мы думали» (именно так Алексиевич ответила на вопрос интервьюера о слабости демократии и потере доверия к либерализму; при этом сама Русская служба BBC ограничилась другой цитатой — «Демократия беззащитна перед «маленьким человеком»). Примерно те же мысли она выскажет 9 февраля на встрече с читателями на международной книжной выставке-ярмарке в Минске: «Коммунизм отступил, но он спрятался в какие-то вещи…».

Тут же возникает закономерный вопрос: если коммунизм отступил, значит он когда-либо уже существовал?

В истории было немало государств, которые многие экономисты, философы и прочие деятели называют сегодня «коммунистическими», как правило, подразумевая под ними государственно-капиталистические монополии, которые можно было бы, в лучшем случае, назвать «социалистическими», — да и то только при условии перехода политической власти в руки рабочего класса.

Так существовало коммунистическое общество где-либо, помимо воображения Светланы Александровны?

Типовой учебник научного коммунизма (П.Н. Федосеев и др. Основы научного коммунизма: 2-е изд. — Политиздат, 1967) даёт на это утверждение более, чем однозначный ответ:

«В условиях коммунизма исчезнут различия между классами и социальными слоями… Если социализм с делением общества на антагонистические классы и достиг социально-политического и идейного единства общества, то коммунизм предполагает переход к полному исчезновению всякого разделения общества на социальные слои».

Если госпожа Алексиевич умудрилась пожить в таком обществе или может хотя бы отыскать тот период в истории, когда оно существовало, то лично я вместе с миллионами людей, состоявших в КПСС за время существования этой партии, могу ей только позавидовать.

Я не люблю слово «совок», не люблю, когда о советской эпохе говорят в пренебрежительном тоне. Чем серьезнее вы работаете, тем более сложной представляется проблема. Для меня уже не Советский союз исчадие ада, а скорее человеческая природа — исчадие ада.

Сегодня коммунизм вовсе не мертв. Во французских университетах со мной часто спорили молодые троцкисты: вы, мол, поняли коммунизм неправильно, а мы сделаем все иначе. Да и в российской глубинке молодые ребята очень много читают, говорят, спорят на эту тему. Поколению шестидесятников часто не понять, как у их детей снова могут стоять на полке Маркс и Энгельс.

избранные цитаты Алексиевич со встречи с киевскими читателями

Впрочем, такая оговорка вполне допустима, но явно не для Светланы АЛЕКСИЕВИЧ, которая, помимо прочего, в 1986-м получила премию Ленинского комсомола (премия вручалась молодым авторам – членам ВЛКСМ), а трудовую деятельность начала в 1972 году в районной газете с говорящим названием «Маяк коммунизма». Конечно, всегда можно сослаться на так называемый «первобытный коммунизм», о котором писал американский этнограф Льюис Генри МОРГАН в своей работе «Древнее общество» (к слову, при жизни Карла МАРКСА, одного из отцов-основателей и главного теоретика коммунистического движения, не было опубликовано ни одной его работы, в которой этот термин использовался бы, и лишь его друг и соратник Фридрих ЭНГЕЛЬС позже употребил его (в 1884 г.) в книге «Происхождение семьи, частной собственности и государства», — ссылаясь на всё того же Моргана).

Но неужели Алексиевич в своём интервью говорит о возвращении «первобытно-общинного строя»?

Думаю, что столь именитая писательница должна знать и то, что ряд марксистских теоретиков, таких как Тони КЛИФФ и Лев ТРОЦКИЙ не считали СССР даже социалистическим государством (не говоря уже о коммунизме) и называли его «государственным капитализмом» и «переродившимся рабочим государством».

Быть может, Светлана Александровна удосужилась ознакомится с работами Александра ЗИНОВЬЕВА, который хоть и считал, что в Советском Союзе было создано некое подобие «коммунизма», тем не менее, вкладывал в это понятие более широкий смысл, отделяя так называемый «реальный» или «советский» коммунизм от марксизма и коммунистической идеологии как таковой:

«Люди, строившие его [«советский» или «реальный» коммунизм – прим.авт], либо вообще не имели никакого понятия о марксизме, либо знали его весьма смутно и интерпретировали его на свой лад. То, что получилось на деле, лишь по некоторым признакам похоже на марксистский проект».

Впрочем, всё тот же Зиновьев, ярый диссидент в прошлом, категорически осудил Перестройку и назвал её «Катастройкой». Михаила ГОРБАЧЁВА и его соратников он характеризовал как демагогов, лицемеров, циничных карьеристов и «ничтожеств».

Возможно, и у госпожи Алексиевич ещё всё впереди и скоро мы услышим от неё апологетику коммунизма и ностальгию по советскому проекту?

Я встречала много искренних хороших людей даже среди секретарей райкомов. Мне кажется, к ним нужно относиться, как к трагическим героям, которых увлекла за собой красивая идея. Даже когда я читала письма Дзержинского или Коллонтай — это были прекрасные письма, пронизанные идеей о рае на земле.

Мой отец умер почти в 90 лет, и до последнего дня был коммунистом. В 19 лет он ушел на фронт с факультета журналистики, в 20 — вступил в коммунистическую партию под Сталинградом, и до конца жизни верил в идеалы коммунизма. Когда я приехала из Афганистана и сказала «папа, мы убийцы» — у него не было аргументов, он просто заплакал…

избранные цитаты Алексиевич со встречи с киевскими читателями

Он не мог расстаться с партбилетом. Это очень просто объяснить. Люди всегда жили в лагере (ведь так и говорили: социалистический лагерь). И нельзя представить, что человека выпустили за лагерные ворота — и он уже свободный. Так не бывает. Каждый находит в инерции жизни какую-то уловку, оправдание, какую-то нишу, возможность сохранить какое-то достоинство…

из интервью Алексиевич Deutsche Welle

Но отставим, на минутку, схоластический остракизм и вернёмся к «письму тридцати интеллектуалов». Предположим, что Алексиевич подразумевала не реально существовавшее общество, а коммунизм как идеологию. Но как это соотносится с содержанием письма, в котором критикуются, в основном, правые и ультраправые популисты с их извечными воплями о «национальной душе» и «утраченной идентичности»? Да, собственно, никак. От слова «совсем». Обвинить коммунистов в таких чувствах как антисемитизми и ксенофобия, которые также обозначены в письме, тоже крайне проблематично, а вернее — невозможно. Надеюсь, не нужно напоминать какими словами заканчивается «Манифест коммунистической партии»?

Отождествление коммунизма с «угрозой вмешательства Кремля» выглядит ещё более нелепо. С 1991 года Россия не является социалистической страной ни фактически, ни номинально. Достаточно посмотреть на программы многочисленных российских партий и движений, считающих себя коммунистическими. Все эти организации находятся в оппозиции к действующей российской власти, хотя степень этой оппозиционности, зачастую, разная. На крайний случай, можно обратить внимание на высказывания действующего президента Российской Федерации о Ленине, который, по его мнению, «мыслями об автономизации заложил под Россию бомбу». Для большей иллюстративности можно обратиться к высказывания предыдущего главы РФ Дмитрия МЕДВЕДЕВА, который и вовсе назвал учение Маркса «экстремистским».

Я из тех людей, которые разочаровались и в баррикадах, и в самом выходе на улицу. Я видела, как это происходило в Париже. Видела поджоги машин, когда утром страшно смотреть на улицу, это путь в никуда.

Больше всего тем для размышлений мне дала Швеция. Поняла, что я социал-демократ: после социализма трудно быть чистым, холодным либералом. Насколько возможен капиталистический эксперимент с человеческой душой, которая изначально, ментально славянская душа, которая привыкла и думает о равенстве, братстве? Если мы не будем искать ответ на это вопрос, мы будем совершенно другие люди, это будет другая страна, другой народ.

из интервью Алексиевич «Российской газете»

На самом деле, очень жаль, что подобные заявления, отдающие откровенным невежеством, делает нобелевская лауреатка и автор таких замечательных книг как «Чернобыльская молитва» и «У войны не женское лицо», которые как нельзя лучше рассказывают о тех трагедиях, которые не должны повториться ни в каком виде.

Поражает и тот цинизм, с которым Алексиевич говорит о том, что демократия беззащитна «перед маленьким человеком». Но разве хоть одна из существующих моделей демократии хоть чего-нибудь стоит, если не ставит во главу угла этих самых «маленьких людей», а не только «лучших людей Запада», упомянутых всё в том же интервью?

Безоговорочно согласиться со Светланой АЛЕКСИЕВИЧ можно только в одном: коммунизм действительно значительно более жизнеспособен, чем многие думали. И рано или поздно он обязательно вернётся в том или ином виде и принесёт всем «маленьким людям» надежду на достойное будущее, где «лучшим» станет каждый человек, а не узкий круг интеллектуалов.

Источник — «Политринг»

_______

Читать по теме:

«Отправить коммунизм в наше настоящее!» Открытое письмо белорусских левых

By
@
backtotop