«Мы не должны позволить устроить новый 1914-й год!»

http://www.sovr.krivbassinfo.com/pict/2006_11/foto_06110036.jpgВедущая немецкая либертарная (анархо-пацифистская) газета «Грасвурцельреволюцион» («Graswurzelrevolution«, GWR) взяла интервью у интернационального секретаря российской секции Международной ассоциации трудящихся (М.А.Т.) в связи с нынешней ситуацией в России и Украине и угрозой нового военного конфликта. Интервью дано на немецком языке и переведено К.Р.А.С-М.А.Т.

LEFT.BY публикует это развёрнутое интервью в рамках развернувшейся дискуссии об истинной природе украинского «Евромайдана», его реальном социальном составе, причинах и роли капиталистического интернационала в его рождении и функционировании.

Вопрос: Ведущие немецкие СМИ сообщают о происходящем в Украине односторонне. Еженедельник «Фрайтаг» в номере от 26 февраля поместил исследование этого освещения за 5 дней. В нем, среди прочего, говорится: «С самого начала были очевидны, как минимум, две четкие стороны. С одной стороны, оппозиция, которая желала свергнуть президента – и при этом пользовалась неприкрытой поддержкой со стороны ЕС и США. С другой – избранный президент, его правительство и Россия. Любому интересующемуся политикой зрителю должна была броситься в глаза односторонние симпатии немецких СМИ. С пропагандистской точки зрения, особенно следует отметить замалчивание, принятие или даже оправдание насилия со стороны оппозиции и сознательно искаженное представление политических действующих лиц. Эта целенаправленная манипуляции достигла апогея в призыве близкого к «Зеленым» фонта Бёлля, который… призвал к тому, чтобы приуменьшать либо вообще замалчивать значительное участие правоэкстремистских и открыто нацистских сил. Репортажи ARD и ZDF отличались полным набором пропаганды: односторонние симпатии, двойные стандарты, искажения, преуменьшение, замалчивание, подтасовка, предположения». А как сообщают российские СМИ о происходящем в Украине?

Ответ: Медиа-ландшафт в России находится под сильным контролем правительства. Тем самым позиция СМИ, так сказать, предрешена. Большинство газет, журналов и телеканалов с самого начала были против протестов Майдана в Киеве. Естественно, они писали и о роли правых радикалов, но главные причины их озабоченности были явно иного рода. Российские правительственные круги воспринимали эти протесты как открыто антироссийские. Как движение, которое было направлено против властно-политических интересов российского государства и, тем самым, в пользу внешнеполитических, империалистических противников России. Правда, позднее стали активнее подчеркивать «антифашистские» аргументы, широко сообщая о роли ультраправых на Майдане и подчеркивая, что Степан Бандера (вождь украинских националистов во время Второй мировой войны и нынешний герой многих приверженцев Майдана) тесно сотрудничал с германскими нацистами. Пусть все это так, но в устах российских правителей и СМИ подобные аргументы выглядят, как чистой воды лицемерие. Достаточно вспомнить о неприкрытой кампании травли летом и осенью прошлого года в отношении рабочих-мигрантов в России, которая сопровождалась облавами, арестами, депортациями мигрантов, антимигрантскими репортажами в СМИ и погромом в московском районе Бирюлёво. Власти использовали травлю для того, чтобы ужесточить законы против мигрантов, а некоторые высокопоставленные представители выражали даже «понимание» в отношении антимигрантских настроений. Российская политическая и медийная элита в качестве борцов с фашизмом – это звучит поистине смешно!

Постепенно тон СМИ становится все резче. Некоторые материалы носят совершенно истерический характер и уже почти напоминают нагнетание военной ненависти. Но с украинской стороны происходит то же самое.

А как ты оцениваешь происходящее в Украине?

Для нас это, в первую очередь, – борьба за власть между капиталистическими олигархическими кликами, которым, к несчастью, удалось мобилизовать в свою поддержку массы. Ясно, конечно, что простые люди были недовольны тяжелым социально-экономическим положением, растущей коррупцией и другими проблемами, иначе их вряд ли бы удалось поднять. Правительство Януковича проводило «нормальную» неолиберальную экономическую политику с социальным демонтажем, хотя и не столь быстрыми темпами, чем, скажем, в России. Так, антисоциальные реформы трудового законодательства, системы здравоохранения и образования еще не были доведены до своего логического «конца». Тем не менее, было и остается достаточно поводов для недовольства. Но настоящих социальных протестов так и не произошло. Вместо этого возник «Евро-Майдан» как некий вид «межклассового» движения, в котором хотя и принимали участие также бедняки (как, например, безработные из Западной Украины, где промышленность уже разрушена), но большинство составляли так называемые «средние слои»: мелкие предприниматели и торговцы, молодежь, хотевшая «в Европу», и т.д. К тому же, следует добавить, что надежды на ЕС на Западе Украины сильны, поскольку многие люди из этого региона уже работают в странах ЕС.

Так Майдан и начался как скорее чисто политическое движение в пользу ЕС, находящееся под контролем оппозиционных буржуазных партий. Без каких бы то ни было социальных или экономических требований – только за скорейшую ассоциацию с ЕС и за отстранение правительства, которое якобы «саботировало» такую интеграцию. Дальше однако начался ряд процессов, которые сильно изменили общую ситуацию и привели к известному финалу.

Протесты получили широкую помощь со стороны некоторой части олигархических кланов, которые уже до этого начали поддерживать оппозицию. Некоторые из них уже раньше были в оппозиции, как группа вокруг бывшего премьера Юлии Тимошенко. Однако за годы своего правления Янукович умудрился поссориться с большинством богатейших людей и групп Украины. Такие «старые олигархи», как Виктор Пинчук, Игорь Коломойский, Пётр Порошенко, Дмитрий Фирташ и, в конце концов, также Ринат Ахметов из Донбасса один за другим переходили в оппозицию. Всего несколько лет назад они еще ожесточенно боролись друг с другом, и их междоусобицы за зоны и сферы контроля продолжаются и сейчас. Но теперь они обнаружили перед собой общую угрозу: группу «новой олигархии» вокруг Януковича, которая пыталась навязать передел собственности и сфер контроля. То же самое сделала в России группа Путина, и эти «дети» в Украине хотели каким-то образом копировать эту операцию. Но «отцы» не могли больше этого стерпеть. Они стали спонсорами Майдана, и утверждают, что судьба Януковича была окончательно решена в конце января, на встрече четырех ведущих «олигархов» страны. После государственного переворота 22 февраля эти люди или их «доверенные» получили руководящие посты в новой государственной администрации: Коломойский стал губернатором Днепропетровска, Сергей Тарута (олигарх и союзник Юлии Тимошенко) – губернатором Донецка, Анатолий Олейник (доверенное лицо Порошенко) – губернатором Винницы и т.д.

Вторым процессом стало уже упоминавшееся выше вовлечение «масс». Многие люди вышли на улицы в знак протеста против жестоких действий специальных частей («Беркута») или против новых репрессивных законов, с помощью которых правительство намеревалось подавить протесты. Однако эта большая масса людей находилась на Майдане не постоянно, она приходила туда время от времени на крупные митинги. При этом они по-прежнему не выражали никаких социальных или экономических требований и добивались лишь отставки президента и правительства как виновных. Таким образом, такое увеличившееся число участников движения протеста отнюдь не сделало его более прогрессивным в социально-политическом отношении. Тем не менее, некоторые левые из профсоюзных кругов попытались организовать на Майдане агитацию за социальные требования. Они были удалены оттуда силой. Социальные лозунги попросту не укладывались в дискурс Майдана.

И этот подводит нас к третьему процессу: непрерывному усилению националистически-профашистских сил на Майдане и вокруг него. Вообще-то, они были представлены с самого начала. Одной из трех партий, которые начали движение протеста в ноябре 2013 года, была праворадикальная «Свобода», сравнимая с французским Национальным фронтом или венгерским «Йоббиком». Ее вождь Тягнибок известен своими антисемитскими высказываниями. В своей программе партия требует «социальной и национальной справедливости», а именно: обязательной записи в паспорте этнической принадлежности, уголовного наказания за «украинофобию», пропорционального представительства этнических групп во всех государственных институтах (то есть, там не должно быть большего числа представителей меньшинств, чем составляет их доля в населении), ужесточения законов против мигрантов, депортации «нелегалов», ограничения языков и культур меньшинств, признания деятельности украинских националистов, сотрудничавших с нацистами, и т. д. Партия «Свобода» пользуется широкой поддержкой особенно в западных областях страны, где она в 2012 г. набрала от 31% до 38% голосов. В городе Киеве она получила 17%.

По мере того, как протесты Майдана приобретали все более радикальный характер и перерастали в столкновения с силами «порядка», роль и влияние ультраправых все больше возрастали. Помимо ударных групп партии «Свобода», появились и еще более крайние силы – уже открыто неонацистские, из т.н. «Правого сектора». Это были хорошо тренированные боевики. К ним частично примкнули и футбольные фанаты.

На Майдане была организована так называемая «самооборона», которая захватывала административные здания, вступала в сражения с «Беркутом» и превратилась затем в настоящие полувоенные формирования. Там были, разумеется, отнюдь не только неонацисты, но те оставались наиболее опытными и хорошо тренированными. Ветераны советской войны в Афганистане организовали военное обучение. Полувоенная «самооборона» служила не только «силой поддержания порядка» (вышвыривая любых оппонентов как «провокаторов» – «титушек»), но и сыграла решающую роль в государственном перевороте в конце февраля 2014 г. Существует противоречивая информация относительно той роли, которую сыграли ультраправые из «Правого сектора» в последнем штурме, поскольку они сохраняли автономную роль по отношению к «самообороне».

Верно, что ультраправые на Майдане в численном отношении были в меньшинстве. Но в качественном отношении их присутствие было гораздо значительнее, а иногда им принадлежала гегемония. Они не только определяли общий националистический климат своими лозунгами за «национальную революцию», но и выполняли важные функции. Представитель «Свободы» был одним из комендантов Майдана. А после свержения Януковича правые радикалы заняли важные посты в новой государственной администрации: представители «Свободы» получили должности вице-премьера, министров сельского хозяйства, окружающей среды, генерального прокурора и председателя Совета безопасности. Вождь «Правого сектора» стал заместителем председателя Совета безопасности, а его боевики были включены в структуры МВД.

Характерно, что никто на Майдане не протестовал всерьез против националистического дискурса или присутствия ультраправых. Не было никаких попыток удалить «Свободу» с площади. Тем самым движение Майдана приняло свою неофашистскую часть терпимо или с одобрением.

Все эти моменты могут служить объяснением нашей позиции в отношении Майдана. Мы имеем дело с массовым реакционным движением против реакционного режима. Так что это не наша борьба.

В немецких СМИ создается впечатление, будто в случае с протестами Майдана в Киеве речь идет о весьма демократическом и заслуживающим поддержки движении. То, что там в «в первых рядах» находятся также националисты и фашисты, остается в тени. А какую роль играют в Украине анархистские и другие освободительные группы?

Анархисты в Украине глубоко расколоты событиями Майдана. Вообще-то там (как и, к примеру, в России) не было и нет единого анархистского или либертарного движения – скорее есть группы и отдельные люди, которые зачастую борются друг с другом и подчас имеют довольно различные (иногда очень странные!) представления об анархизме.

На сей раз ситуация в среде выглядит еще хуже и запутанней. Некоторые либертарные активисты в Украине подписали интернационалистскую декларацию против войны, вместе с нами. Эти товарищи были и остаются против всех конфликтующих сторон: как против Януковича, так и против Майдана; как против российского, так и против украинского государства. Такова же и наша позиция, соответствующая анти-националистической идее анархизма: Никакой войны, но классовое сопротивление – против всех правителей, государств и буржуазий!

Многие группы в Украине охвачены смятением и сами не едины. Так, например, большинство т.н. «РКАС имени Махно» в Восточной Украине критически настроена по отношению к Майдану, но некоторые ее члены, похоже, принимали участие в событиях Майдана в Киеве. Еще более причудлива ситуация с «Автономным союзом трудящихся» (АСТ). Вначале он был «против обеих сторон» – как против правительства Януковича, так и против оппозиции и Евро-Майдана. Затем позиция претерпела заметные изменения. Официальные заявления на странице группы в Интернете оставались формально взвешенными, но в реальности тексты были стилистически сформулированы таким образом, что бОльшая вина все же возлагалась на правительство. Предпринимались и продолжают предприниматься попытки отделить в своих оценках «народное движение» на Майдане от политической оппозиции: вторая по-прежнему оценивается негативно, а первое – скорее позитивно как некая стихийная самоорганизация. Такая «неразделенная любовь к отсутствующим у них массам», как известно, обычна для многих леваков!

После принятия репрессивных законов в январе 2014 г. АСТ объявил о своей поддержке протестов. Затем законы были отменены, и дальнейшая позиция АСТ не отличалась ясностью. В одном из своих последних заявлений в феврале 2014 г. Группа подвергла критике за провокации, в первую очередь, сторону Януковича, и этот текст явно недостаточно равноудаленный. С одной стороны, активисты АСТ в частном порядке (например, в Facebook) выражали озабоченность в связи с ролью ультраправых на Майдане, с другой же чем дальше тем больше как-то преуменьшить эту роль… Во время самых событий люди из киевской группы занимались весьма разными вещами: одни писали на стенах антинационалистические лозунги, другие участвовали в различных инициативах вокруг Майдана, третьи вообще ничего не делали. В Харькове члены группы АСТ принимали участие в местном «Евро-Майдане». А после начала конфликта с Россией некоторые члены АСТ заняли позицию скорее в пользу «обороны от российской агрессии». Они отказались подписать интернационалистскую декларацию против войны, поскольку та характеризует Майдан как борьбу за власть между олигархическими кликами и осуждает оба государства, а не только российскую агрессию.

Третья часть среды встала однозначно и четко на сторону Майдана. Так, например, активисты студенческого профсоюза «Пряма дия» вместе с одной из троцкистских тенденций («Левой оппозицией»), людьми из киевской РКАС и «новыми правыми» (т.н. национал-«анархистами» из «Автономного опира») пытались создать организованную группу на киевском Майдане, при этом не протестуя против нацистов и не пропагандируя социальные лозунги. Их попытка сформировать особое полувоенное соединение в составе «самообороны» провалилась из-за противодействия ультраправых и руководства Майдана. «Левые» помощники реакции были вытеснены и отныне могли продолжать действовать индивидуально.

Под впечатлением путча против правительства Януковича в Киеве пророссийские военные совершили 27 февраля 2014 г. военный путч в Крыму. В ближайшие дни принадлежавший прежде Украине Крым, вероятно, официально станет членом Российской Федерации. Что ты можешь сказать о крымском правительстве «Русского единства» во главе с Аксеновым?

Вся эта история имеет несколько этапов, причем в настоящее время не все ее детали известны. Первоначально противники новых властителей в Киеве явно планировали организовать сопротивление на Востоке Украины. 23 февраля в Харькове собрался съезд депутатов всех уровней из Юго-Востока страны и из Крыма. Очевидно, хотели создать украинскую контр-власть на основе федерализации Украины. Но что-то не получилось, и такое контр-правительство создано не было. Бежавший из Киева Янукович также не пришел на этот съезд. Некоторые из региональных боссов Востока посетили Россию, вероятно, получили иные инструкции и с тех пор объявили, что они не «сепаратисты» и признают власть Киева. Очевидно, в Москве избрали иную стратегию, сделав ставку на русский национализм. Стимул этой линии придало и решение новых киевских властей об отмене всех прав для языков национальных меньшинств: большинство населения на Востоке и в Крыму говорит по-русски. Создание нового городского правительства в Севастополе и переворот в Крыму происходили уже под русско-националистическими лозунгами. Повсюду российские флаги, и местная пропаганда назойливо, до тошноты повторяет: «Севастополь – русский город»; «Крым – русская земля». При этом характерным образом используется слово «русский», именно в «этническом» смысле, а не «российский». Выдвигается аргумент о «возвращении» русских в Россию.

Характерно и участие русских (русскоязычных) ультраправых в нынешних антикиевских протестах на Востоке, Юге Украины и в Крыму. Это, прежде всего, казаки, являющиеся сегодня чем-то вроде ККК в США, и члены различных профашистских групп. Так, один из вождей нынешних пророссийских протестов в Донецке Павел Губарев был прежде членом нацистской партии «Русское национальное единство» (РНЕ).

Впрочем, пророссийское движение на Востоке и в Крыму столь же разнородно, как и Майдан. И столь же националистическое и реакционное по своей преобладающей ориентации. Лидеры пророссийских сил в Крыму – это видные представители местной русскоязычной буржуазии. Так, премьер-министр Крыма Сергей Аксенов и мэр Севастополя Алексей Чалый были преуспевающими бизнесменами (причем, как утверждают некоторые, у первого было криминальное прошлое). Многие трудящиеся, к сожалению, оказались втянуты в эту волну под националистически-буржуазным руководством, вместо того, чтобы бороться за свои собственные классовые интересы. Подобное смятение было усилено неосталинстской «Коммунистической партией». Так, недавно в Мариуполе можно было наблюдать многотысячный митинг, в котором приняли участие многие трудящиеся. Там была мешанина российских и красных знамен, угрозы всеобщей забастовки на всех предприятиях города и странное смешение русско-националистических и социальных требований (вплоть до отмены приватизации и введения рабочего контроля). Однако подобная «более социальная» ориентация совсем не типична для самозваной «русской весны» в Украине.

Тем самым, нынешние антикиевские протесты на Востоке и в Крыму – не некое «антифашистское сопротивление», как, скажем, полагает украинская ленинистская группа «Боротьба». Это скорее борьба между двумя различными национализмами – украинским и русским, причем второй (по крайней мере, в Крыму) получает прямую помощь от российского государства.

Как ты расцениваешь политику Путина? В чем ты видишь мотив для аннексии Крыма? Видишь ли ты какие-то геополитические связи?

Очевидно, что путинский режим воспользовался хаотической ситуацией в Украине для того, чтобы осуществить собственные гегемонистские планы. Интересы российского государства и капитала в Крыму многообразны. В геополитическом отношении, Россия считает себя региональной сверхдержавой, которая претендует, как минимум, на гегемонию в бывшем пространстве «Советского Союза». Украина превратилась в зону конфликта империалистических противоречий между Россией и ЕС. В противовес проектам ассоциации Украины с ЕС, Москва выдвинула членство южного соседа в блоке под своим господством – Таможенном союзе. Логическим образом, Россия не хотела бы терпеть антироссийское правительство в Киеве.

Интересно, что в Москве выбрали не, к примеру, вариант с поддержкой внутриукраинского сопротивления (например, с созданием контр-правительства), а аннексию Крыма. Это имеет свои причины. Режим Путина предпочитает даже пойти на риск обрести прочного и длительного врага с будущими реваншистскими устремлениями в Киеве, только бы захватить область Крыма. Крым имеет для российского государства большое военное значение. Там расположены главные базы российского Черноморского флота, причем срок его размещения истекает в 2017 году. Со стратегической точки зрения, глубоко вдающийся в море полуостров является ключом к Черному морю. И возможная перспектива членства Украины в НАТО пугает российское правительство.

Имеют свое значение и экономические интересы. Капиталисты России проворачивают свои дела в Крыму и имеют там недвижимость. Планируются новые прибыльные проекты. Так, министерство экономического развития России призвало в конце февраля российских бизнесменов вложить 5 млрд. долларов в проекты в Крыму. Речь идет, прежде всего, о развитии инфраструктуры портов и реконструкции важной автодороги.

Дополнительный ажиотаж придает информация о наличии богатых нефтегазовых ресурсах в море в окрестностях Крыма. Свой интерес к ним уже высказали как «Газпром», так и западные фирмы, такие как «Эксон», «Шелл» и ЭНИ.

Для подобного вмешательства имеются и явные внутриполитические мотивы. Российское правительство все более активизирует свою неолиберальную политику экономии, причем на фоне уже весьма низких зарплат. Многие аналитики исходят из того, что экономический кризис в стране в этом году обострится. Так что разжигание националистической и военной истерии – подходящее средство для отвлечения недовольства населения, которое подталкивается к тому, чтобы патриотически сплотить ряды вокруг правительства.

Какова ситуация анархистских и антимилитаристских групп в России? В Москве прошли протесты против аннексии Крыма Россией. Что ты можешь сказать об этом?

Ситуация войны всегда была и остается решающим испытанием для сил, которые ведут речь о социальном освобождении. Одни мнимые антикапиталисты моментально превращаются в самых энергичных патриотических защитников отечества; другие впадают в истерический «антиимпериализм» и выражают солидарность с «вражеским государством», лишь бы только насолить «собственному» правительству. К сожалению, лишь немногие остаются верны освободительным принципам и занимают интернационалистскую, антинационалистическую позицию против всех воюющих сторон. Такой же раскол происходит сейчас в России.

Да, протесты против угрозы войны происходят, и не только в Москве, но и в Петербурге, и (более мелкие) в других городах. В них принимают участие тысячи людей. Я думаю, что подавляющее большинство населения не хочет войны с Украиной и уж тем более – более крупной международной военной конфронтации. Однако с учетом сильной атомизации и общей пассивности российского общества, активное антимилитаристское сопротивление в настоящий момент, к сожалению, мало вероятно.

Наша оценка протестов против политики российского правительства в Украине неоднозначна. С одной стороны, хорошо, что многие люди протестуют против разжигания войны и разоблачают стоящие за этим имперские мотивы. С другой стороны, это движение находится под почти неколебимой гегемонией буржуазно-либерального и «антиимпериалистического» дискурса. Так, например, в Москве во время пикета против войны 7 марта можно было наблюдать обилие украинской национальной символики (вплоть до изображения флага украинских ультраправых), а также плакаты в поддержку украинской стороны конфликта и майдановского переворота. Некоторые организаторы протестов кокетничают украинскими государственными флагами и желают поддержать мнимую «украинскую демократическую революцию». «Марш мира» в Москве 15 марта 2014 года был организован буржуазными оппозиционными партиями с тем, чтобы «выразить протест против военного вмешательства в дела суверенного государства Украины». В реальности это была скорее политическая антипутинская и проукраинская, нежели антивоенная акция. Было море украинских государственных флагов, и многие скандировали «Слава Украине – Героям слава!», лозунг украинских ультранационалистов и ультраправых. Российские буржуазные оппозиционеры готовы в борьбе со своим «любимым врагом» солидаризироваться даже с ультраправыми, что, собственно говоря, вовсе не ново: во время протестов против Путина в 2011 – 2012 гг. они шли вместе с частью русских неонацистов. И на сей раз враг их врага стал их другом.

Либертарные группы Москвы (обычно сильно враждующие друг с другом) выпустили призыв, в котором они, правда, подвергли критике не только режим Путина, но также российских, украинских, европейских и американских империалистов и фашистов, власти и олигархов. Но одновременно они написали, что в Украине происходят «революционные события» – как будто бы украинские ультраправые не были активной составной частью этих самых событий. Для этих «либертариев», украинский «народ» (еще одно замечательное любимое словечко в терминологии многих «анархистов» в России!) как раз сейчас определяет свою судьбу!

Можешь ли ты что-то сказать о ваших контактах с освободительными группами в Украине?

К сожалению, в настоящее время мы развиваем контакты не с группами, а с отдельными людьми. В ходе всего кризиса с Майданом эти люди агитировали в своем окружении, в Интернете, а иногда и на улицах против обеих сторон, против национализма и за классовое сопротивление. Эти интернационалистские круги очень невелики в Украине (как, собственно говоря, и в России), и не их вина в том, что их мало слышат. Наша интернационалистская декларация против угрозы войны обсуждалась с этими украинскими товарищами и соответственно редактировалась. Мы надеемся, что эти контакты и это взаимопонимание не будут потеряны.

Немецкие политики и СМИ говорят о «новой холодной войне». Газета TAZ 4 марта 2014 г. привела такую цитату «зеленого» политика Мари Луизы Бек: «Путин стремится к Евразийскому союзу с бывшими советскими республиками. «Это имперская политика», говорит Бек». В дискусионном документе, опубликованном на Интернет-странице Немецкого общества мира – Объединенных противников военной службы Вильгельм Ахельпёлер и Ули Кремер задают справедливый ответный вопрос: «А когда ЕС хочет распространить сферу своего влияния на бывшие советские республики, это не имперская политика? Антиимпериализм у «Зеленых», очевидно, все еще жив, хотя всего лишь в виде критики конкурирующего империализма». На самом деле, мы имеем дело с конкурирующими империями – с одной стороны, Россией, с другой, – государствами НАТО и ЕС. Как могли бы внепарламентские и антинационалистические люди действовать против империалистической политики?

Разумеется, мы имеем дело с конкурирующими империализмами, с очередным раундом борьбы за передел мира. При этом в мире действуют многие игроки – имперские устремления США, Китая и т.д. Каждое государство хотело бы расширить сферу своего влияния и вести имперскую политику. Не каждое может это, но каждое желает. Отсюда вытекает лицемерие со всех сторон. Каждое государство позволяет такую политику себе, но отказывает в ней всем остальным. Я думаю, что первая и самая насущная задача антинационалистов – разоблачать такое положение, такую ситуацию и разъяснять это как можно боле широким слоям населения. Мы должны всегда – и так систематически, как только можем – объяснять, что имперская политика и милитаризм – неотрывные части системы. Если мы не сможем способствовать изменению сознания, нам никогда не удастся прорвать дискурсивное господство капиталистически-этатистской системы.

Ну и, конечно же, остаются опробованные методы антимилитаристиского сопротивления: бойкот военной службы и армии, дезертирство, саботаж военной деятельности и т.д. Необходимо шире вносить антинационалистические и антимилитаристские темы в деятельность различных социальных организаций и инициатив, с тем, чтобы люди поняли взаимосвязь между этими и другими социальными проблемами. А что касается конкретно нынешней ситуации, то имело бы смысл провести антинационалистические акции протеста перед российскими и украинскими представительствами. А если дело дойдет до дальнейшей интернационализации конфликта – мы должны будем оказать социальный нажим и на правительства других государств. Мы не должны позволить правителям устроить новый 1914 год!

В 1999 году НАТО подвергло бомбардировкам тогдашнюю Союзную Республику Югославия и положило начало отделению Косово. GWR тогда выпускала и распространяла массовым тиражом газеты против этой агрессивной войны, попиравшей международное права. За наши призывы к блокадам перед военными базами и призыв ко всем солдатам к дезертирству против нас было начато следствие по обвинению к «публичному подстрекательству к уголовным деяниям» (параграф 111 УК). Некоторые противники войны были тогда приговорены к денежным штрафам. Теперь же один из тогдашних НАТОвских вояк сравнил действия Путина в Крыму с «косовской войной». Бывший канцлер Герхард Шрёдер сегодня работает на «Газпром» и дружит с Путиным. 8 марта они выступил с критикой роли ЕС в нынешнем конфликте. Еврокомиссия, заявил он, пребывает в убогом состоянии и «даже отдаленно не понимает (…), что эта страна расколота в культурном отношении, и что с такой страной так обходиться нельзя». Шрёдер не хочет осуждать Путина. Однако сам он, будучи канцлером, попирал международное право в югославском конфликте. «Мы тогда направили свои самолеты (…) в Сербию, и вместе с НАТО бомбили суверенное государство – не имея на то решения Совета безопасности». Так что теперь он осторожнее с обвинениями. Что ты скажешь об этом?

Это как раз прекрасный и четкий пример того, о чем я уже говорил. Все государства и политики движимы одной и той же жаждой власти. Но «что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку». Двойные стандарты и двойная мораль высоко котируются. «Мне» и «нам» дозволено все, но другим – нет. Иногда это называют «патриотизмом», иногда – «реализмом».

(…) Как ты оцениваешь рост неофашистских групп в России и Украине?

К сожалению, рост ультранационалистических и профашистских настроений не является спецификой России или Украины, но скорее типичен для всей Восточной Европы. Прежде всего, это было и остается реакцией на социальную катастрофу «перехода к рыночной экономике» и на углубление капиталистического кризиса. Мелкая буржуазия всегда реагирует на подобные явления националистически, нам это хорошо знакомо из истории. Но и для простых людей в сильно атомизированном обществе, лишенных освободительного или просто классового сознания, националистические объяснения кажутся наиболее простыми. Не говоря уже о том, что на фоне низкого уровня массовой культуры социальный стресс усиливает ксенофобию как стремление стравить свое недовольство на «другого» (а не на правителей).

Но в государствах бывшего «Советского Союза» есть и дополнительные моменты и стимулы для национализма. Мы знаем, что это не нации создают государства, а наоборот, государства формируют нации. Новые государства, в короткий срок возникшие на развалинах «Советского Союза», форсировали процессы формирования наций. А такие процессы неминуемо протекают вместе с отграничением от «чужого», с усилением ксенофобии и подавлением меньшинств.

Что же касается в особенности России, то здесь ситуация усугубляется своего рода «Веймарским синдромом» – широким распространением представлений о том, что «Советский Союз» на самом деле не был побежден в «холодной войне», но был предан внутренними врагами и разрушен мнимым «международным заговором». По меньшей мере, с конца 1990-х годов подобные настроения (вместе с русским национализмом) разжигались также правителями, путем пропаганды в СМИ и в школе, используясь для придания легитимности власти этих правителей.

Наконец, имеется информация о том, что правящие силы время от времени используют неофашистов для ослабления других политических противников. О подобных вещах сообщалось в связи с режимами как Путина, так и Януковича.

Учитывая все эти факторы, к сожалению, существует вероятность того, что влияние неофашистов в наших странах в ближайшее время будет скорее нарастать.

Режим Путина перед Сочинской Олимпиадой драконовски ужесточил законы против гомосексуалов. Что ты можешь сказать об этом?

Ну, как раз с Олимпиадой это мало связано. Речь идет скорее о части стратегии легитимации режима. После некоторых колебаний, он, наконец, нашел свою официальную идеологию, которая опирается на знаменитую идеологическую триаду царизма: «самодержавие, православие, народность». Сюда относится не только русский национализм или рост влияния и роли церкви, но и подчеркивание традиционно-консервативных ценностей и принудительная «морализация» общества. Гомосексуалы становятся логическими жертвами этой политики. Но не только они одни. В политических и церковных кругах уже все громче поговаривают, например, об ограничении абортов и т.д. Идет наступление реакции по всем фронтам.

Какие перспективы ты видишь для антимилитаристских, антифашистских и других освободительных движений?

Я надеюсь, что освободительные инициативы и идеи сумеют выжить – несмотря на это наступление со стороны реакции. К сожалению, я не надеюсь на их триумф в ближайшей перспективе – в столь атомизированном и разрушенном обществе. Но из истории мы знаем еще кое-что: идея свободы вечна. Она никогда не умирает и может вырваться наружу совершенно неожиданно и внезапно. Но над этим нам еще придется как следует поработать!

 Интервью взял Бернд ДРЮККЕ

Опубликовано — Graswurzelrevolution. Nr. 388, April 2014, 43. Jahrgang.

Источник — К.Р.А.С-М.А.Т

Другие материалы по теме:

УКРАИНА. Они украли Европу!

Смена власти в Украине: левый взгляд.

Как повлияет Майдан на ситуацию в Беларуси?

Валлерстайн И. Геополитика раскола Украины.

Новиков О. На Украине — антисоциальный олигархический капитализм.

Матвеенко А. Рождение новой Украины.


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


1 + = шесть

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

«Мы не должны позволить устроить новый 1914-й год!»

Украинцев_и_русских_клич_один_cr1 02/04/2014

http://www.sovr.krivbassinfo.com/pict/2006_11/foto_06110036.jpgВедущая немецкая либертарная (анархо-пацифистская) газета «Грасвурцельреволюцион» («Graswurzelrevolution«, GWR) взяла интервью у интернационального секретаря российской секции Международной ассоциации трудящихся (М.А.Т.) в связи с нынешней ситуацией в России и Украине и угрозой нового военного конфликта. Интервью дано на немецком языке и переведено К.Р.А.С-М.А.Т.

LEFT.BY публикует это развёрнутое интервью в рамках развернувшейся дискуссии об истинной природе украинского «Евромайдана», его реальном социальном составе, причинах и роли капиталистического интернационала в его рождении и функционировании.

Вопрос: Ведущие немецкие СМИ сообщают о происходящем в Украине односторонне. Еженедельник «Фрайтаг» в номере от 26 февраля поместил исследование этого освещения за 5 дней. В нем, среди прочего, говорится: «С самого начала были очевидны, как минимум, две четкие стороны. С одной стороны, оппозиция, которая желала свергнуть президента – и при этом пользовалась неприкрытой поддержкой со стороны ЕС и США. С другой – избранный президент, его правительство и Россия. Любому интересующемуся политикой зрителю должна была броситься в глаза односторонние симпатии немецких СМИ. С пропагандистской точки зрения, особенно следует отметить замалчивание, принятие или даже оправдание насилия со стороны оппозиции и сознательно искаженное представление политических действующих лиц. Эта целенаправленная манипуляции достигла апогея в призыве близкого к «Зеленым» фонта Бёлля, который… призвал к тому, чтобы приуменьшать либо вообще замалчивать значительное участие правоэкстремистских и открыто нацистских сил. Репортажи ARD и ZDF отличались полным набором пропаганды: односторонние симпатии, двойные стандарты, искажения, преуменьшение, замалчивание, подтасовка, предположения». А как сообщают российские СМИ о происходящем в Украине?

Ответ: Медиа-ландшафт в России находится под сильным контролем правительства. Тем самым позиция СМИ, так сказать, предрешена. Большинство газет, журналов и телеканалов с самого начала были против протестов Майдана в Киеве. Естественно, они писали и о роли правых радикалов, но главные причины их озабоченности были явно иного рода. Российские правительственные круги воспринимали эти протесты как открыто антироссийские. Как движение, которое было направлено против властно-политических интересов российского государства и, тем самым, в пользу внешнеполитических, империалистических противников России. Правда, позднее стали активнее подчеркивать «антифашистские» аргументы, широко сообщая о роли ультраправых на Майдане и подчеркивая, что Степан Бандера (вождь украинских националистов во время Второй мировой войны и нынешний герой многих приверженцев Майдана) тесно сотрудничал с германскими нацистами. Пусть все это так, но в устах российских правителей и СМИ подобные аргументы выглядят, как чистой воды лицемерие. Достаточно вспомнить о неприкрытой кампании травли летом и осенью прошлого года в отношении рабочих-мигрантов в России, которая сопровождалась облавами, арестами, депортациями мигрантов, антимигрантскими репортажами в СМИ и погромом в московском районе Бирюлёво. Власти использовали травлю для того, чтобы ужесточить законы против мигрантов, а некоторые высокопоставленные представители выражали даже «понимание» в отношении антимигрантских настроений. Российская политическая и медийная элита в качестве борцов с фашизмом – это звучит поистине смешно!

Постепенно тон СМИ становится все резче. Некоторые материалы носят совершенно истерический характер и уже почти напоминают нагнетание военной ненависти. Но с украинской стороны происходит то же самое.

А как ты оцениваешь происходящее в Украине?

Для нас это, в первую очередь, – борьба за власть между капиталистическими олигархическими кликами, которым, к несчастью, удалось мобилизовать в свою поддержку массы. Ясно, конечно, что простые люди были недовольны тяжелым социально-экономическим положением, растущей коррупцией и другими проблемами, иначе их вряд ли бы удалось поднять. Правительство Януковича проводило «нормальную» неолиберальную экономическую политику с социальным демонтажем, хотя и не столь быстрыми темпами, чем, скажем, в России. Так, антисоциальные реформы трудового законодательства, системы здравоохранения и образования еще не были доведены до своего логического «конца». Тем не менее, было и остается достаточно поводов для недовольства. Но настоящих социальных протестов так и не произошло. Вместо этого возник «Евро-Майдан» как некий вид «межклассового» движения, в котором хотя и принимали участие также бедняки (как, например, безработные из Западной Украины, где промышленность уже разрушена), но большинство составляли так называемые «средние слои»: мелкие предприниматели и торговцы, молодежь, хотевшая «в Европу», и т.д. К тому же, следует добавить, что надежды на ЕС на Западе Украины сильны, поскольку многие люди из этого региона уже работают в странах ЕС.

Так Майдан и начался как скорее чисто политическое движение в пользу ЕС, находящееся под контролем оппозиционных буржуазных партий. Без каких бы то ни было социальных или экономических требований – только за скорейшую ассоциацию с ЕС и за отстранение правительства, которое якобы «саботировало» такую интеграцию. Дальше однако начался ряд процессов, которые сильно изменили общую ситуацию и привели к известному финалу.

Протесты получили широкую помощь со стороны некоторой части олигархических кланов, которые уже до этого начали поддерживать оппозицию. Некоторые из них уже раньше были в оппозиции, как группа вокруг бывшего премьера Юлии Тимошенко. Однако за годы своего правления Янукович умудрился поссориться с большинством богатейших людей и групп Украины. Такие «старые олигархи», как Виктор Пинчук, Игорь Коломойский, Пётр Порошенко, Дмитрий Фирташ и, в конце концов, также Ринат Ахметов из Донбасса один за другим переходили в оппозицию. Всего несколько лет назад они еще ожесточенно боролись друг с другом, и их междоусобицы за зоны и сферы контроля продолжаются и сейчас. Но теперь они обнаружили перед собой общую угрозу: группу «новой олигархии» вокруг Януковича, которая пыталась навязать передел собственности и сфер контроля. То же самое сделала в России группа Путина, и эти «дети» в Украине хотели каким-то образом копировать эту операцию. Но «отцы» не могли больше этого стерпеть. Они стали спонсорами Майдана, и утверждают, что судьба Януковича была окончательно решена в конце января, на встрече четырех ведущих «олигархов» страны. После государственного переворота 22 февраля эти люди или их «доверенные» получили руководящие посты в новой государственной администрации: Коломойский стал губернатором Днепропетровска, Сергей Тарута (олигарх и союзник Юлии Тимошенко) – губернатором Донецка, Анатолий Олейник (доверенное лицо Порошенко) – губернатором Винницы и т.д.

Вторым процессом стало уже упоминавшееся выше вовлечение «масс». Многие люди вышли на улицы в знак протеста против жестоких действий специальных частей («Беркута») или против новых репрессивных законов, с помощью которых правительство намеревалось подавить протесты. Однако эта большая масса людей находилась на Майдане не постоянно, она приходила туда время от времени на крупные митинги. При этом они по-прежнему не выражали никаких социальных или экономических требований и добивались лишь отставки президента и правительства как виновных. Таким образом, такое увеличившееся число участников движения протеста отнюдь не сделало его более прогрессивным в социально-политическом отношении. Тем не менее, некоторые левые из профсоюзных кругов попытались организовать на Майдане агитацию за социальные требования. Они были удалены оттуда силой. Социальные лозунги попросту не укладывались в дискурс Майдана.

И этот подводит нас к третьему процессу: непрерывному усилению националистически-профашистских сил на Майдане и вокруг него. Вообще-то, они были представлены с самого начала. Одной из трех партий, которые начали движение протеста в ноябре 2013 года, была праворадикальная «Свобода», сравнимая с французским Национальным фронтом или венгерским «Йоббиком». Ее вождь Тягнибок известен своими антисемитскими высказываниями. В своей программе партия требует «социальной и национальной справедливости», а именно: обязательной записи в паспорте этнической принадлежности, уголовного наказания за «украинофобию», пропорционального представительства этнических групп во всех государственных институтах (то есть, там не должно быть большего числа представителей меньшинств, чем составляет их доля в населении), ужесточения законов против мигрантов, депортации «нелегалов», ограничения языков и культур меньшинств, признания деятельности украинских националистов, сотрудничавших с нацистами, и т. д. Партия «Свобода» пользуется широкой поддержкой особенно в западных областях страны, где она в 2012 г. набрала от 31% до 38% голосов. В городе Киеве она получила 17%.

По мере того, как протесты Майдана приобретали все более радикальный характер и перерастали в столкновения с силами «порядка», роль и влияние ультраправых все больше возрастали. Помимо ударных групп партии «Свобода», появились и еще более крайние силы – уже открыто неонацистские, из т.н. «Правого сектора». Это были хорошо тренированные боевики. К ним частично примкнули и футбольные фанаты.

На Майдане была организована так называемая «самооборона», которая захватывала административные здания, вступала в сражения с «Беркутом» и превратилась затем в настоящие полувоенные формирования. Там были, разумеется, отнюдь не только неонацисты, но те оставались наиболее опытными и хорошо тренированными. Ветераны советской войны в Афганистане организовали военное обучение. Полувоенная «самооборона» служила не только «силой поддержания порядка» (вышвыривая любых оппонентов как «провокаторов» – «титушек»), но и сыграла решающую роль в государственном перевороте в конце февраля 2014 г. Существует противоречивая информация относительно той роли, которую сыграли ультраправые из «Правого сектора» в последнем штурме, поскольку они сохраняли автономную роль по отношению к «самообороне».

Верно, что ультраправые на Майдане в численном отношении были в меньшинстве. Но в качественном отношении их присутствие было гораздо значительнее, а иногда им принадлежала гегемония. Они не только определяли общий националистический климат своими лозунгами за «национальную революцию», но и выполняли важные функции. Представитель «Свободы» был одним из комендантов Майдана. А после свержения Януковича правые радикалы заняли важные посты в новой государственной администрации: представители «Свободы» получили должности вице-премьера, министров сельского хозяйства, окружающей среды, генерального прокурора и председателя Совета безопасности. Вождь «Правого сектора» стал заместителем председателя Совета безопасности, а его боевики были включены в структуры МВД.

Характерно, что никто на Майдане не протестовал всерьез против националистического дискурса или присутствия ультраправых. Не было никаких попыток удалить «Свободу» с площади. Тем самым движение Майдана приняло свою неофашистскую часть терпимо или с одобрением.

Все эти моменты могут служить объяснением нашей позиции в отношении Майдана. Мы имеем дело с массовым реакционным движением против реакционного режима. Так что это не наша борьба.

В немецких СМИ создается впечатление, будто в случае с протестами Майдана в Киеве речь идет о весьма демократическом и заслуживающим поддержки движении. То, что там в «в первых рядах» находятся также националисты и фашисты, остается в тени. А какую роль играют в Украине анархистские и другие освободительные группы?

Анархисты в Украине глубоко расколоты событиями Майдана. Вообще-то там (как и, к примеру, в России) не было и нет единого анархистского или либертарного движения – скорее есть группы и отдельные люди, которые зачастую борются друг с другом и подчас имеют довольно различные (иногда очень странные!) представления об анархизме.

На сей раз ситуация в среде выглядит еще хуже и запутанней. Некоторые либертарные активисты в Украине подписали интернационалистскую декларацию против войны, вместе с нами. Эти товарищи были и остаются против всех конфликтующих сторон: как против Януковича, так и против Майдана; как против российского, так и против украинского государства. Такова же и наша позиция, соответствующая анти-националистической идее анархизма: Никакой войны, но классовое сопротивление – против всех правителей, государств и буржуазий!

Многие группы в Украине охвачены смятением и сами не едины. Так, например, большинство т.н. «РКАС имени Махно» в Восточной Украине критически настроена по отношению к Майдану, но некоторые ее члены, похоже, принимали участие в событиях Майдана в Киеве. Еще более причудлива ситуация с «Автономным союзом трудящихся» (АСТ). Вначале он был «против обеих сторон» – как против правительства Януковича, так и против оппозиции и Евро-Майдана. Затем позиция претерпела заметные изменения. Официальные заявления на странице группы в Интернете оставались формально взвешенными, но в реальности тексты были стилистически сформулированы таким образом, что бОльшая вина все же возлагалась на правительство. Предпринимались и продолжают предприниматься попытки отделить в своих оценках «народное движение» на Майдане от политической оппозиции: вторая по-прежнему оценивается негативно, а первое – скорее позитивно как некая стихийная самоорганизация. Такая «неразделенная любовь к отсутствующим у них массам», как известно, обычна для многих леваков!

После принятия репрессивных законов в январе 2014 г. АСТ объявил о своей поддержке протестов. Затем законы были отменены, и дальнейшая позиция АСТ не отличалась ясностью. В одном из своих последних заявлений в феврале 2014 г. Группа подвергла критике за провокации, в первую очередь, сторону Януковича, и этот текст явно недостаточно равноудаленный. С одной стороны, активисты АСТ в частном порядке (например, в Facebook) выражали озабоченность в связи с ролью ультраправых на Майдане, с другой же чем дальше тем больше как-то преуменьшить эту роль… Во время самых событий люди из киевской группы занимались весьма разными вещами: одни писали на стенах антинационалистические лозунги, другие участвовали в различных инициативах вокруг Майдана, третьи вообще ничего не делали. В Харькове члены группы АСТ принимали участие в местном «Евро-Майдане». А после начала конфликта с Россией некоторые члены АСТ заняли позицию скорее в пользу «обороны от российской агрессии». Они отказались подписать интернационалистскую декларацию против войны, поскольку та характеризует Майдан как борьбу за власть между олигархическими кликами и осуждает оба государства, а не только российскую агрессию.

Третья часть среды встала однозначно и четко на сторону Майдана. Так, например, активисты студенческого профсоюза «Пряма дия» вместе с одной из троцкистских тенденций («Левой оппозицией»), людьми из киевской РКАС и «новыми правыми» (т.н. национал-«анархистами» из «Автономного опира») пытались создать организованную группу на киевском Майдане, при этом не протестуя против нацистов и не пропагандируя социальные лозунги. Их попытка сформировать особое полувоенное соединение в составе «самообороны» провалилась из-за противодействия ультраправых и руководства Майдана. «Левые» помощники реакции были вытеснены и отныне могли продолжать действовать индивидуально.

Под впечатлением путча против правительства Януковича в Киеве пророссийские военные совершили 27 февраля 2014 г. военный путч в Крыму. В ближайшие дни принадлежавший прежде Украине Крым, вероятно, официально станет членом Российской Федерации. Что ты можешь сказать о крымском правительстве «Русского единства» во главе с Аксеновым?

Вся эта история имеет несколько этапов, причем в настоящее время не все ее детали известны. Первоначально противники новых властителей в Киеве явно планировали организовать сопротивление на Востоке Украины. 23 февраля в Харькове собрался съезд депутатов всех уровней из Юго-Востока страны и из Крыма. Очевидно, хотели создать украинскую контр-власть на основе федерализации Украины. Но что-то не получилось, и такое контр-правительство создано не было. Бежавший из Киева Янукович также не пришел на этот съезд. Некоторые из региональных боссов Востока посетили Россию, вероятно, получили иные инструкции и с тех пор объявили, что они не «сепаратисты» и признают власть Киева. Очевидно, в Москве избрали иную стратегию, сделав ставку на русский национализм. Стимул этой линии придало и решение новых киевских властей об отмене всех прав для языков национальных меньшинств: большинство населения на Востоке и в Крыму говорит по-русски. Создание нового городского правительства в Севастополе и переворот в Крыму происходили уже под русско-националистическими лозунгами. Повсюду российские флаги, и местная пропаганда назойливо, до тошноты повторяет: «Севастополь – русский город»; «Крым – русская земля». При этом характерным образом используется слово «русский», именно в «этническом» смысле, а не «российский». Выдвигается аргумент о «возвращении» русских в Россию.

Характерно и участие русских (русскоязычных) ультраправых в нынешних антикиевских протестах на Востоке, Юге Украины и в Крыму. Это, прежде всего, казаки, являющиеся сегодня чем-то вроде ККК в США, и члены различных профашистских групп. Так, один из вождей нынешних пророссийских протестов в Донецке Павел Губарев был прежде членом нацистской партии «Русское национальное единство» (РНЕ).

Впрочем, пророссийское движение на Востоке и в Крыму столь же разнородно, как и Майдан. И столь же националистическое и реакционное по своей преобладающей ориентации. Лидеры пророссийских сил в Крыму – это видные представители местной русскоязычной буржуазии. Так, премьер-министр Крыма Сергей Аксенов и мэр Севастополя Алексей Чалый были преуспевающими бизнесменами (причем, как утверждают некоторые, у первого было криминальное прошлое). Многие трудящиеся, к сожалению, оказались втянуты в эту волну под националистически-буржуазным руководством, вместо того, чтобы бороться за свои собственные классовые интересы. Подобное смятение было усилено неосталинстской «Коммунистической партией». Так, недавно в Мариуполе можно было наблюдать многотысячный митинг, в котором приняли участие многие трудящиеся. Там была мешанина российских и красных знамен, угрозы всеобщей забастовки на всех предприятиях города и странное смешение русско-националистических и социальных требований (вплоть до отмены приватизации и введения рабочего контроля). Однако подобная «более социальная» ориентация совсем не типична для самозваной «русской весны» в Украине.

Тем самым, нынешние антикиевские протесты на Востоке и в Крыму – не некое «антифашистское сопротивление», как, скажем, полагает украинская ленинистская группа «Боротьба». Это скорее борьба между двумя различными национализмами – украинским и русским, причем второй (по крайней мере, в Крыму) получает прямую помощь от российского государства.

Как ты расцениваешь политику Путина? В чем ты видишь мотив для аннексии Крыма? Видишь ли ты какие-то геополитические связи?

Очевидно, что путинский режим воспользовался хаотической ситуацией в Украине для того, чтобы осуществить собственные гегемонистские планы. Интересы российского государства и капитала в Крыму многообразны. В геополитическом отношении, Россия считает себя региональной сверхдержавой, которая претендует, как минимум, на гегемонию в бывшем пространстве «Советского Союза». Украина превратилась в зону конфликта империалистических противоречий между Россией и ЕС. В противовес проектам ассоциации Украины с ЕС, Москва выдвинула членство южного соседа в блоке под своим господством – Таможенном союзе. Логическим образом, Россия не хотела бы терпеть антироссийское правительство в Киеве.

Интересно, что в Москве выбрали не, к примеру, вариант с поддержкой внутриукраинского сопротивления (например, с созданием контр-правительства), а аннексию Крыма. Это имеет свои причины. Режим Путина предпочитает даже пойти на риск обрести прочного и длительного врага с будущими реваншистскими устремлениями в Киеве, только бы захватить область Крыма. Крым имеет для российского государства большое военное значение. Там расположены главные базы российского Черноморского флота, причем срок его размещения истекает в 2017 году. Со стратегической точки зрения, глубоко вдающийся в море полуостров является ключом к Черному морю. И возможная перспектива членства Украины в НАТО пугает российское правительство.

Имеют свое значение и экономические интересы. Капиталисты России проворачивают свои дела в Крыму и имеют там недвижимость. Планируются новые прибыльные проекты. Так, министерство экономического развития России призвало в конце февраля российских бизнесменов вложить 5 млрд. долларов в проекты в Крыму. Речь идет, прежде всего, о развитии инфраструктуры портов и реконструкции важной автодороги.

Дополнительный ажиотаж придает информация о наличии богатых нефтегазовых ресурсах в море в окрестностях Крыма. Свой интерес к ним уже высказали как «Газпром», так и западные фирмы, такие как «Эксон», «Шелл» и ЭНИ.

Для подобного вмешательства имеются и явные внутриполитические мотивы. Российское правительство все более активизирует свою неолиберальную политику экономии, причем на фоне уже весьма низких зарплат. Многие аналитики исходят из того, что экономический кризис в стране в этом году обострится. Так что разжигание националистической и военной истерии – подходящее средство для отвлечения недовольства населения, которое подталкивается к тому, чтобы патриотически сплотить ряды вокруг правительства.

Какова ситуация анархистских и антимилитаристских групп в России? В Москве прошли протесты против аннексии Крыма Россией. Что ты можешь сказать об этом?

Ситуация войны всегда была и остается решающим испытанием для сил, которые ведут речь о социальном освобождении. Одни мнимые антикапиталисты моментально превращаются в самых энергичных патриотических защитников отечества; другие впадают в истерический «антиимпериализм» и выражают солидарность с «вражеским государством», лишь бы только насолить «собственному» правительству. К сожалению, лишь немногие остаются верны освободительным принципам и занимают интернационалистскую, антинационалистическую позицию против всех воюющих сторон. Такой же раскол происходит сейчас в России.

Да, протесты против угрозы войны происходят, и не только в Москве, но и в Петербурге, и (более мелкие) в других городах. В них принимают участие тысячи людей. Я думаю, что подавляющее большинство населения не хочет войны с Украиной и уж тем более – более крупной международной военной конфронтации. Однако с учетом сильной атомизации и общей пассивности российского общества, активное антимилитаристское сопротивление в настоящий момент, к сожалению, мало вероятно.

Наша оценка протестов против политики российского правительства в Украине неоднозначна. С одной стороны, хорошо, что многие люди протестуют против разжигания войны и разоблачают стоящие за этим имперские мотивы. С другой стороны, это движение находится под почти неколебимой гегемонией буржуазно-либерального и «антиимпериалистического» дискурса. Так, например, в Москве во время пикета против войны 7 марта можно было наблюдать обилие украинской национальной символики (вплоть до изображения флага украинских ультраправых), а также плакаты в поддержку украинской стороны конфликта и майдановского переворота. Некоторые организаторы протестов кокетничают украинскими государственными флагами и желают поддержать мнимую «украинскую демократическую революцию». «Марш мира» в Москве 15 марта 2014 года был организован буржуазными оппозиционными партиями с тем, чтобы «выразить протест против военного вмешательства в дела суверенного государства Украины». В реальности это была скорее политическая антипутинская и проукраинская, нежели антивоенная акция. Было море украинских государственных флагов, и многие скандировали «Слава Украине – Героям слава!», лозунг украинских ультранационалистов и ультраправых. Российские буржуазные оппозиционеры готовы в борьбе со своим «любимым врагом» солидаризироваться даже с ультраправыми, что, собственно говоря, вовсе не ново: во время протестов против Путина в 2011 – 2012 гг. они шли вместе с частью русских неонацистов. И на сей раз враг их врага стал их другом.

Либертарные группы Москвы (обычно сильно враждующие друг с другом) выпустили призыв, в котором они, правда, подвергли критике не только режим Путина, но также российских, украинских, европейских и американских империалистов и фашистов, власти и олигархов. Но одновременно они написали, что в Украине происходят «революционные события» – как будто бы украинские ультраправые не были активной составной частью этих самых событий. Для этих «либертариев», украинский «народ» (еще одно замечательное любимое словечко в терминологии многих «анархистов» в России!) как раз сейчас определяет свою судьбу!

Можешь ли ты что-то сказать о ваших контактах с освободительными группами в Украине?

К сожалению, в настоящее время мы развиваем контакты не с группами, а с отдельными людьми. В ходе всего кризиса с Майданом эти люди агитировали в своем окружении, в Интернете, а иногда и на улицах против обеих сторон, против национализма и за классовое сопротивление. Эти интернационалистские круги очень невелики в Украине (как, собственно говоря, и в России), и не их вина в том, что их мало слышат. Наша интернационалистская декларация против угрозы войны обсуждалась с этими украинскими товарищами и соответственно редактировалась. Мы надеемся, что эти контакты и это взаимопонимание не будут потеряны.

Немецкие политики и СМИ говорят о «новой холодной войне». Газета TAZ 4 марта 2014 г. привела такую цитату «зеленого» политика Мари Луизы Бек: «Путин стремится к Евразийскому союзу с бывшими советскими республиками. «Это имперская политика», говорит Бек». В дискусионном документе, опубликованном на Интернет-странице Немецкого общества мира – Объединенных противников военной службы Вильгельм Ахельпёлер и Ули Кремер задают справедливый ответный вопрос: «А когда ЕС хочет распространить сферу своего влияния на бывшие советские республики, это не имперская политика? Антиимпериализм у «Зеленых», очевидно, все еще жив, хотя всего лишь в виде критики конкурирующего империализма». На самом деле, мы имеем дело с конкурирующими империями – с одной стороны, Россией, с другой, – государствами НАТО и ЕС. Как могли бы внепарламентские и антинационалистические люди действовать против империалистической политики?

Разумеется, мы имеем дело с конкурирующими империализмами, с очередным раундом борьбы за передел мира. При этом в мире действуют многие игроки – имперские устремления США, Китая и т.д. Каждое государство хотело бы расширить сферу своего влияния и вести имперскую политику. Не каждое может это, но каждое желает. Отсюда вытекает лицемерие со всех сторон. Каждое государство позволяет такую политику себе, но отказывает в ней всем остальным. Я думаю, что первая и самая насущная задача антинационалистов – разоблачать такое положение, такую ситуацию и разъяснять это как можно боле широким слоям населения. Мы должны всегда – и так систематически, как только можем – объяснять, что имперская политика и милитаризм – неотрывные части системы. Если мы не сможем способствовать изменению сознания, нам никогда не удастся прорвать дискурсивное господство капиталистически-этатистской системы.

Ну и, конечно же, остаются опробованные методы антимилитаристиского сопротивления: бойкот военной службы и армии, дезертирство, саботаж военной деятельности и т.д. Необходимо шире вносить антинационалистические и антимилитаристские темы в деятельность различных социальных организаций и инициатив, с тем, чтобы люди поняли взаимосвязь между этими и другими социальными проблемами. А что касается конкретно нынешней ситуации, то имело бы смысл провести антинационалистические акции протеста перед российскими и украинскими представительствами. А если дело дойдет до дальнейшей интернационализации конфликта – мы должны будем оказать социальный нажим и на правительства других государств. Мы не должны позволить правителям устроить новый 1914 год!

В 1999 году НАТО подвергло бомбардировкам тогдашнюю Союзную Республику Югославия и положило начало отделению Косово. GWR тогда выпускала и распространяла массовым тиражом газеты против этой агрессивной войны, попиравшей международное права. За наши призывы к блокадам перед военными базами и призыв ко всем солдатам к дезертирству против нас было начато следствие по обвинению к «публичному подстрекательству к уголовным деяниям» (параграф 111 УК). Некоторые противники войны были тогда приговорены к денежным штрафам. Теперь же один из тогдашних НАТОвских вояк сравнил действия Путина в Крыму с «косовской войной». Бывший канцлер Герхард Шрёдер сегодня работает на «Газпром» и дружит с Путиным. 8 марта они выступил с критикой роли ЕС в нынешнем конфликте. Еврокомиссия, заявил он, пребывает в убогом состоянии и «даже отдаленно не понимает (…), что эта страна расколота в культурном отношении, и что с такой страной так обходиться нельзя». Шрёдер не хочет осуждать Путина. Однако сам он, будучи канцлером, попирал международное право в югославском конфликте. «Мы тогда направили свои самолеты (…) в Сербию, и вместе с НАТО бомбили суверенное государство – не имея на то решения Совета безопасности». Так что теперь он осторожнее с обвинениями. Что ты скажешь об этом?

Это как раз прекрасный и четкий пример того, о чем я уже говорил. Все государства и политики движимы одной и той же жаждой власти. Но «что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку». Двойные стандарты и двойная мораль высоко котируются. «Мне» и «нам» дозволено все, но другим – нет. Иногда это называют «патриотизмом», иногда – «реализмом».

(…) Как ты оцениваешь рост неофашистских групп в России и Украине?

К сожалению, рост ультранационалистических и профашистских настроений не является спецификой России или Украины, но скорее типичен для всей Восточной Европы. Прежде всего, это было и остается реакцией на социальную катастрофу «перехода к рыночной экономике» и на углубление капиталистического кризиса. Мелкая буржуазия всегда реагирует на подобные явления националистически, нам это хорошо знакомо из истории. Но и для простых людей в сильно атомизированном обществе, лишенных освободительного или просто классового сознания, националистические объяснения кажутся наиболее простыми. Не говоря уже о том, что на фоне низкого уровня массовой культуры социальный стресс усиливает ксенофобию как стремление стравить свое недовольство на «другого» (а не на правителей).

Но в государствах бывшего «Советского Союза» есть и дополнительные моменты и стимулы для национализма. Мы знаем, что это не нации создают государства, а наоборот, государства формируют нации. Новые государства, в короткий срок возникшие на развалинах «Советского Союза», форсировали процессы формирования наций. А такие процессы неминуемо протекают вместе с отграничением от «чужого», с усилением ксенофобии и подавлением меньшинств.

Что же касается в особенности России, то здесь ситуация усугубляется своего рода «Веймарским синдромом» – широким распространением представлений о том, что «Советский Союз» на самом деле не был побежден в «холодной войне», но был предан внутренними врагами и разрушен мнимым «международным заговором». По меньшей мере, с конца 1990-х годов подобные настроения (вместе с русским национализмом) разжигались также правителями, путем пропаганды в СМИ и в школе, используясь для придания легитимности власти этих правителей.

Наконец, имеется информация о том, что правящие силы время от времени используют неофашистов для ослабления других политических противников. О подобных вещах сообщалось в связи с режимами как Путина, так и Януковича.

Учитывая все эти факторы, к сожалению, существует вероятность того, что влияние неофашистов в наших странах в ближайшее время будет скорее нарастать.

Режим Путина перед Сочинской Олимпиадой драконовски ужесточил законы против гомосексуалов. Что ты можешь сказать об этом?

Ну, как раз с Олимпиадой это мало связано. Речь идет скорее о части стратегии легитимации режима. После некоторых колебаний, он, наконец, нашел свою официальную идеологию, которая опирается на знаменитую идеологическую триаду царизма: «самодержавие, православие, народность». Сюда относится не только русский национализм или рост влияния и роли церкви, но и подчеркивание традиционно-консервативных ценностей и принудительная «морализация» общества. Гомосексуалы становятся логическими жертвами этой политики. Но не только они одни. В политических и церковных кругах уже все громче поговаривают, например, об ограничении абортов и т.д. Идет наступление реакции по всем фронтам.

Какие перспективы ты видишь для антимилитаристских, антифашистских и других освободительных движений?

Я надеюсь, что освободительные инициативы и идеи сумеют выжить – несмотря на это наступление со стороны реакции. К сожалению, я не надеюсь на их триумф в ближайшей перспективе – в столь атомизированном и разрушенном обществе. Но из истории мы знаем еще кое-что: идея свободы вечна. Она никогда не умирает и может вырваться наружу совершенно неожиданно и внезапно. Но над этим нам еще придется как следует поработать!

 Интервью взял Бернд ДРЮККЕ

Опубликовано — Graswurzelrevolution. Nr. 388, April 2014, 43. Jahrgang.

Источник — К.Р.А.С-М.А.Т

Другие материалы по теме:

УКРАИНА. Они украли Европу!

Смена власти в Украине: левый взгляд.

Как повлияет Майдан на ситуацию в Беларуси?

Валлерстайн И. Геополитика раскола Украины.

Новиков О. На Украине — антисоциальный олигархический капитализм.

Матвеенко А. Рождение новой Украины.

By
@
backtotop