Венгрия: три этапа наступления ультраправых

Минск на прошлых выходных принимал достаточно представительный научно-практический  форум, организованный российским фондом «За демократию и права человека» — «Интеграция и/или противостояние: человеческое измерение политических и социальных процессов в ХХ – ХХI вв.» На форуме, в основном, были представлены левые или лево-ориентированные европейские партии и движения. Например, самую значительную делегацию прислал Социалистический народный фронт Литвы во главе со своим лидером Альгирдасом ПАЛЕЦКИСОМ, были замечены также представители ПЕЛ и СДПГ.

Белорусскую сторону, к удивлению, представляли пропрезидентская КПБ, всегда и безусловно поддерживающая все инициативы белорусских властей, и группа экспертов и политологов, группирующихся вокруг неоконсервативного центра «Номос», проектов «Цитадель» и «ИМХОклуб», которых стоило скорее отнести к правому политическому сектору (что делает ещё более примечательным тот факт, что некоторые статьи, опубликованные на сайте белорусских «официозных» коммунистов, очень быстро оказываются на том же «ИМХОклубе», — такое вот странное сотрудничество). В своё время они прославились тем, что привозили в Минск лидера неофашистской итальянской партии Forza Nuova Роберто ФИОРЕ и председателя праворадикальной Британской национальной партии Ника ГРИФФИНА, а до того любили выступать ещё и как пропагандисты «лево-правого» идеологического синтеза (предлагая иногда и вариант дрейфа между — и мимо — этих общепринятых политических полюсов).

Ну что ж, и европейские правые тоже всё чаще используют левую риторику для обоснования своей политики, в том числе, вводя в заблуждение электорат, некоторые — слишком часто, так часто, что скоро мы начнём всё это называть, скажем — «лепенизм». В конце концов, как убеждена, например, сама Ле Пен, эпоха противостояния между левыми и правыми «реально» подходит к своему логическому завершению, и теперь в схватку вступают сторонники глобализации и националисты. При этом она любит представлять себя в качестве защитника рабочих и крестьян — перед лицом этой самой «дикой и неуправляемой глобализации» и истеблишментом, — переходя на поле левых, так переманивая их к себе.

7b87e91b01c7ec234ea2471a20ef527328a358cd

Сторонник венгерской радикальной правой партии «Йоббик», которая представлена даже в Европейском парламенте. Фото: «Region Plus»

В этом смысле показательным является выступление на форуме нашего давнего товарища, лидера «еврокоммунистической» Венгерской рабочей партии ‘2006 Аттилы ВАЙНАИ, где он на примере своей страны показывает, как может целое общество постепенно склониться вправо, особенно когда сами левые начинают заигрывать с правыми, когда они, желая дистанцироваться от «проклятого» прошлого, следом за Бжезинским и Арендт начинают отождествлять «реальное зло» нацизма с коммунистической «великой мечтой» и так теряют лицо.

________

IMG_20170303_174624

Аттила Вайнаи в Минске

Сегодня для нас крайне важно осмыслить процессы, которые привели к усилению ультраправых сил в странах Центральной и Восточной Европы. Новейшая история Венгрии является в этом смысле эталонным примером для этого региона.

Первая стадия роста ультраправого влияния началась здесь непосредственно после изменения системы и развала так называемого социалистического блока. Практически все партии, которые появились после капиталистического переворота, формировали свою политику на базе антикоммунизма. Они утверждали, что представляют демократическую альтернативу диктатуре коммунизма, защищая против неё интересы народа, священное право собственности и свободной торговли. «Коммунизм» стал для них главным врагом – даже те партии, которые позиционировали себя в качестве организаций социал-демократическим или левой ориентации, рассматривали его как нечто неприемлемое и зловещее.

Практически сразу после переворота правящие партии начали процесс переименования улиц, и приняли законы, которые осудили коммунистических деятелей. Начался процесс криминализации коммунистической идеологии и всех организаций, которые были с ней связаны. Либеральные партии, которые управляли муниципальной властью Будапешта, уже в 1992 году демонтировали установленный в центре города памятник Марксу и Энгельсу – как символ антидемократической идеологии (сегодня венгерские нацисты продолжили эту эстафету, уничтожая памятник философу Дьёрдю ЛУКАЧУ и ликвидируя его научный архив*).

*Это вызвало особый восторг среди украинских ультраправых, немедленно и позитивно отреагировавших на это статьёй одного из своих главных идеологов, где, в частности, было сказано: «Венгрия сегодня стоит в авангарде борьбы с лево-либеральными стратегиями (достаточно вспомнить о принципиальности венгерского правительства в деле мигрантов). На этом фоне снос памятника Лукач говорит, что венгры готовы противостоять левачеству в любой его форме». — Left.BY.

Изменились акценты в изучении венгерской истории. Так, в частности освобождение Венгрии от фашистской оккупации стали называть оккупацией Красной Армии, а сам праздник освобождения был отменен. Одновременно были запрещены символы международного движения – красной звезды, серпа и молота, которые запретили вместе с нацистскими символами. Мы, венгерские левые, в течение десяти лет боролись за реабилитацию наших символов, и, в итоге, выиграли дело в Страсбургском суде по правам человека.

Важно отметить, что все эти антикоммунистические акции были осуществлены во время правления либералов и социалистов. Конечно, сразу после переворота в начале девяностых годов появились организации фашистского толка – причём многие бывшие члены таких организаций вернулись в страну и тут же включились в создание новых ультраправых структур. Однако, эти организации и сама ультраправая идеология поначалу не имели широкой базы. Она была сформирована именно в течение 1990-х годов, в результате массового воспитания нового поколения, которое растили в антикоммунистическом духе.

Левые партии Венгрии пользуются поддержкой возрастных категорий населения, а молодые венгры получили образование на основании иного мировоззрения, враждебного всему левому. Богатство, стремление разбогатеть любыми возможными способами стало их главным жизненным принципом – вместо идеи братства и солидарности. Именно это новое поколение стало кадровой и электоральной базой новых фашистских партий. А процесс, который привёл к этому результату, активно продолжается до сих пор. Государство передаёт всё большее количество школ в руки церкви, где молодёжь получает политически ангажированное образование, которое основывается на антикоммунизме и безусловном подчинении власти.

Вторым этапом стало укрепление и развитие движений неофашистского толка. Поначалу эти группы играли в обществе незначительную роль, но они вплотную приблизились к власти и начали налаживать связи с лидерами традиционных правых партий. На собраниях ультраправых общественных организаций появлялось всё больше молодых людей, которые озвучивали националистические лозунги, жёстко критикуя левые и либеральные партии. Затем они получили средства для организации различных акций. Поначалу традиционные правые партии не признали связь с этими экстремистами, но постепенно это сотрудничество стало приемлемым и привычным.

Этому способствовало банкротство политики традиционных политических сил, которые много лет обещали Венгрии улучшение уровня жизни при капитализме. Между тем, все данные статистики говорили о том, что жизнь венгров ухудшилась после капиталистической реставрации буквально по всем показателям. И чем больше становился разрыв между обещанным улучшением жизни и реальным положением дел, тем больше в этом старались обвинить так называемую коммунистическую диктатуру, которая якобы несёт ответственность за трагическую бедность нашего народа. Несмотря на то, что 90% национального долга Венгрии образовалось после 90-х годов, в этом долге винили прежнюю коммунистическую власть, которая якобы могла развивать экономику только за счёт внешних займов. Однако, власть винила в кризисном состоянии экономики именно коммунистов, а также других левых. И радикально правые политические группы были необходимы буржуазии для идеологического промывания мозгов обществу, которому приготовили удобный образ врага.

Третий этап наступления ультраправых сил начался после кризиса глобальной капиталистической системы, последовавшего после 2008 года. Суть этого процесса состояла в том, что радикально правые партии получили массовую поддержку представителей разорённого среднего класса, и, прежде всего, рабочих, которые стали жертвой безработицы и серьёзно пострадали в результате экономического кризиса. В этой ситуации крупный капитал перешёл к открытой поддержке правых экстремистов, видя в этом возможность стабилизировать и расширить свою власть, ослабив влияние профсоюзов и левых партий. При этом, буржуазия активно использовала ультраправых для распространения ксенофобских настроений, которые были направлены против цыган, беженцев и иностранных мигрантов – например, в ходе референдума о приеме беженцев правительство открыто использовало для пропаганды неофашистские группы.

В итоге, 7 марта венгерский парламент одобрил закон, разрешающий задержание и выдворение из страны мигрантов. Согласно новым правилам, просители убежища будут содержаться в специальных лагерях, ожидая решения властей и самостоятельно оплачивая своё содержание.

Аналогичные процессы проходят сегодня во всей Центральной и Восточной Европе, – и это крайне опасный процесс, потому что нашим странам грозит не только дальнейшее укрепление ультраправых сил, которые на некоторое время могут прийти к власти – на повестке дня стоит угроза установления фашисткой диктатуры, свергнуть которую будем потом крайне сложно. Тем, кто всё ещё недооценивает эту опасность, стоит изучить политическую ситуацию в Украине и Венгрии. Этот опыт показывает, что, попадая во власть, неофашистские силы становятся частью политической игры сверхдержав и могут опираться на их легитимацию и поддержку. В Украине экстремистов поддерживают Европа и США, а в Венгрии и Франции они получают содействие из России. Но мы видим, что всё это ведёт к одинаковым результатам.

Источник — ЛІВА інтернет-журнал

_______

Читать по теме:

Аттила ВАЙНАИ: «Запрет коммунистической символики нарушает права человека»

Фашистская партия Йоббик. Ничего смешного, кроме названия

Венгрия: кризис и «реформы»

Второе издание режима Хорти для мобильников и Интернета

Контрреволюция 1956 года в Венгрии и антикоммунистическая пропаганда в наши дни


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


один + 5 =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Венгрия: три этапа наступления ультраправых

1445706656-497139-151 12/03/2017

Минск на прошлых выходных принимал достаточно представительный научно-практический  форум, организованный российским фондом «За демократию и права человека» — «Интеграция и/или противостояние: человеческое измерение политических и социальных процессов в ХХ – ХХI вв.» На форуме, в основном, были представлены левые или лево-ориентированные европейские партии и движения. Например, самую значительную делегацию прислал Социалистический народный фронт Литвы во главе со своим лидером Альгирдасом ПАЛЕЦКИСОМ, были замечены также представители ПЕЛ и СДПГ.

Белорусскую сторону, к удивлению, представляли пропрезидентская КПБ, всегда и безусловно поддерживающая все инициативы белорусских властей, и группа экспертов и политологов, группирующихся вокруг неоконсервативного центра «Номос», проектов «Цитадель» и «ИМХОклуб», которых стоило скорее отнести к правому политическому сектору (что делает ещё более примечательным тот факт, что некоторые статьи, опубликованные на сайте белорусских «официозных» коммунистов, очень быстро оказываются на том же «ИМХОклубе», — такое вот странное сотрудничество). В своё время они прославились тем, что привозили в Минск лидера неофашистской итальянской партии Forza Nuova Роберто ФИОРЕ и председателя праворадикальной Британской национальной партии Ника ГРИФФИНА, а до того любили выступать ещё и как пропагандисты «лево-правого» идеологического синтеза (предлагая иногда и вариант дрейфа между — и мимо — этих общепринятых политических полюсов).

Ну что ж, и европейские правые тоже всё чаще используют левую риторику для обоснования своей политики, в том числе, вводя в заблуждение электорат, некоторые — слишком часто, так часто, что скоро мы начнём всё это называть, скажем — «лепенизм». В конце концов, как убеждена, например, сама Ле Пен, эпоха противостояния между левыми и правыми «реально» подходит к своему логическому завершению, и теперь в схватку вступают сторонники глобализации и националисты. При этом она любит представлять себя в качестве защитника рабочих и крестьян — перед лицом этой самой «дикой и неуправляемой глобализации» и истеблишментом, — переходя на поле левых, так переманивая их к себе.

7b87e91b01c7ec234ea2471a20ef527328a358cd

Сторонник венгерской радикальной правой партии «Йоббик», которая представлена даже в Европейском парламенте. Фото: «Region Plus»

В этом смысле показательным является выступление на форуме нашего давнего товарища, лидера «еврокоммунистической» Венгерской рабочей партии ‘2006 Аттилы ВАЙНАИ, где он на примере своей страны показывает, как может целое общество постепенно склониться вправо, особенно когда сами левые начинают заигрывать с правыми, когда они, желая дистанцироваться от «проклятого» прошлого, следом за Бжезинским и Арендт начинают отождествлять «реальное зло» нацизма с коммунистической «великой мечтой» и так теряют лицо.

________

IMG_20170303_174624

Аттила Вайнаи в Минске

Сегодня для нас крайне важно осмыслить процессы, которые привели к усилению ультраправых сил в странах Центральной и Восточной Европы. Новейшая история Венгрии является в этом смысле эталонным примером для этого региона.

Первая стадия роста ультраправого влияния началась здесь непосредственно после изменения системы и развала так называемого социалистического блока. Практически все партии, которые появились после капиталистического переворота, формировали свою политику на базе антикоммунизма. Они утверждали, что представляют демократическую альтернативу диктатуре коммунизма, защищая против неё интересы народа, священное право собственности и свободной торговли. «Коммунизм» стал для них главным врагом – даже те партии, которые позиционировали себя в качестве организаций социал-демократическим или левой ориентации, рассматривали его как нечто неприемлемое и зловещее.

Практически сразу после переворота правящие партии начали процесс переименования улиц, и приняли законы, которые осудили коммунистических деятелей. Начался процесс криминализации коммунистической идеологии и всех организаций, которые были с ней связаны. Либеральные партии, которые управляли муниципальной властью Будапешта, уже в 1992 году демонтировали установленный в центре города памятник Марксу и Энгельсу – как символ антидемократической идеологии (сегодня венгерские нацисты продолжили эту эстафету, уничтожая памятник философу Дьёрдю ЛУКАЧУ и ликвидируя его научный архив*).

*Это вызвало особый восторг среди украинских ультраправых, немедленно и позитивно отреагировавших на это статьёй одного из своих главных идеологов, где, в частности, было сказано: «Венгрия сегодня стоит в авангарде борьбы с лево-либеральными стратегиями (достаточно вспомнить о принципиальности венгерского правительства в деле мигрантов). На этом фоне снос памятника Лукач говорит, что венгры готовы противостоять левачеству в любой его форме». — Left.BY.

Изменились акценты в изучении венгерской истории. Так, в частности освобождение Венгрии от фашистской оккупации стали называть оккупацией Красной Армии, а сам праздник освобождения был отменен. Одновременно были запрещены символы международного движения – красной звезды, серпа и молота, которые запретили вместе с нацистскими символами. Мы, венгерские левые, в течение десяти лет боролись за реабилитацию наших символов, и, в итоге, выиграли дело в Страсбургском суде по правам человека.

Важно отметить, что все эти антикоммунистические акции были осуществлены во время правления либералов и социалистов. Конечно, сразу после переворота в начале девяностых годов появились организации фашистского толка – причём многие бывшие члены таких организаций вернулись в страну и тут же включились в создание новых ультраправых структур. Однако, эти организации и сама ультраправая идеология поначалу не имели широкой базы. Она была сформирована именно в течение 1990-х годов, в результате массового воспитания нового поколения, которое растили в антикоммунистическом духе.

Левые партии Венгрии пользуются поддержкой возрастных категорий населения, а молодые венгры получили образование на основании иного мировоззрения, враждебного всему левому. Богатство, стремление разбогатеть любыми возможными способами стало их главным жизненным принципом – вместо идеи братства и солидарности. Именно это новое поколение стало кадровой и электоральной базой новых фашистских партий. А процесс, который привёл к этому результату, активно продолжается до сих пор. Государство передаёт всё большее количество школ в руки церкви, где молодёжь получает политически ангажированное образование, которое основывается на антикоммунизме и безусловном подчинении власти.

Вторым этапом стало укрепление и развитие движений неофашистского толка. Поначалу эти группы играли в обществе незначительную роль, но они вплотную приблизились к власти и начали налаживать связи с лидерами традиционных правых партий. На собраниях ультраправых общественных организаций появлялось всё больше молодых людей, которые озвучивали националистические лозунги, жёстко критикуя левые и либеральные партии. Затем они получили средства для организации различных акций. Поначалу традиционные правые партии не признали связь с этими экстремистами, но постепенно это сотрудничество стало приемлемым и привычным.

Этому способствовало банкротство политики традиционных политических сил, которые много лет обещали Венгрии улучшение уровня жизни при капитализме. Между тем, все данные статистики говорили о том, что жизнь венгров ухудшилась после капиталистической реставрации буквально по всем показателям. И чем больше становился разрыв между обещанным улучшением жизни и реальным положением дел, тем больше в этом старались обвинить так называемую коммунистическую диктатуру, которая якобы несёт ответственность за трагическую бедность нашего народа. Несмотря на то, что 90% национального долга Венгрии образовалось после 90-х годов, в этом долге винили прежнюю коммунистическую власть, которая якобы могла развивать экономику только за счёт внешних займов. Однако, власть винила в кризисном состоянии экономики именно коммунистов, а также других левых. И радикально правые политические группы были необходимы буржуазии для идеологического промывания мозгов обществу, которому приготовили удобный образ врага.

Третий этап наступления ультраправых сил начался после кризиса глобальной капиталистической системы, последовавшего после 2008 года. Суть этого процесса состояла в том, что радикально правые партии получили массовую поддержку представителей разорённого среднего класса, и, прежде всего, рабочих, которые стали жертвой безработицы и серьёзно пострадали в результате экономического кризиса. В этой ситуации крупный капитал перешёл к открытой поддержке правых экстремистов, видя в этом возможность стабилизировать и расширить свою власть, ослабив влияние профсоюзов и левых партий. При этом, буржуазия активно использовала ультраправых для распространения ксенофобских настроений, которые были направлены против цыган, беженцев и иностранных мигрантов – например, в ходе референдума о приеме беженцев правительство открыто использовало для пропаганды неофашистские группы.

В итоге, 7 марта венгерский парламент одобрил закон, разрешающий задержание и выдворение из страны мигрантов. Согласно новым правилам, просители убежища будут содержаться в специальных лагерях, ожидая решения властей и самостоятельно оплачивая своё содержание.

Аналогичные процессы проходят сегодня во всей Центральной и Восточной Европе, – и это крайне опасный процесс, потому что нашим странам грозит не только дальнейшее укрепление ультраправых сил, которые на некоторое время могут прийти к власти – на повестке дня стоит угроза установления фашисткой диктатуры, свергнуть которую будем потом крайне сложно. Тем, кто всё ещё недооценивает эту опасность, стоит изучить политическую ситуацию в Украине и Венгрии. Этот опыт показывает, что, попадая во власть, неофашистские силы становятся частью политической игры сверхдержав и могут опираться на их легитимацию и поддержку. В Украине экстремистов поддерживают Европа и США, а в Венгрии и Франции они получают содействие из России. Но мы видим, что всё это ведёт к одинаковым результатам.

Источник — ЛІВА інтернет-журнал

_______

Читать по теме:

Аттила ВАЙНАИ: «Запрет коммунистической символики нарушает права человека»

Фашистская партия Йоббик. Ничего смешного, кроме названия

Венгрия: кризис и «реформы»

Второе издание режима Хорти для мобильников и Интернета

Контрреволюция 1956 года в Венгрии и антикоммунистическая пропаганда в наши дни

By
@
backtotop