«1 января 1919 года коммунисты создали белорусское государство…». К Дню рождения независимой Беларуси

1762dd2c7eb1Которое десятилетие в Беларуси ведётся дискуссия, что считать началом подлинной независимости страны, с какой именно даты начинать отсчёт национального суверенитета.

Национал-демократы, давно и прочно приватизировавшие празднуемый 25 марта День воли, посвящённый принятию 3-й уставной грамоты Рады БНР, объявлявшей её независимой, считают именно его таким днём. С нашей же точки зрения всё представляется иначе. И в качестве Дня независимости мы вполне обоснованно рассматриваем 1 января. Почему? Об этом статья историка Алексея ЕЛИСЕЕВА.

****

Первый, кто заслуживает быть упомянутым в связи с обретением белорусским народом национальной государственности – это Ленин. Когда действовавшие на территории  Беларуси общероссийские и национальные общественно-политические партии и организации спорили о том, должна ли Беларусь быть отдельной областью или автономией в составе России, Ленин в статье «Удержат ли большевики государственную власть?» первым заявил о необходимости немедленного восстановления полной свободы для Беларуси. Заметитим тут, что в 1917 году самой «продвинутой» в национальном вопросе на территории Беларуси была Белорусская социалистическая громада (БСГ), и она в это время выступала за широчайшую автономию Беларуси со своими органами управления, — но всё же автономию (!) в составе России! А Ленин говорил уже о полной свободе Беларуси. Октябрьская революция создала условия для реализации этой идеи, и в конце января 1918 года Ленин подписал Декрет СНК о создании так называемого Белнацкома – Белорусского национального комиссариата во главе с Александром ЧЕРВЯКОВЫМ.

Однако в своей деятельности Белнацкома столкнулся с сопротивлением Облисполкомзапа — Областного исполнительного комитета Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Западной области и фронта, которому с 26 ноября 1917 года принадлежала власть на неоккупированной германскими войсками территории Беларуси. Большевики, которые были во главе советской власти в Беларуси – Александр МЯСНИКОВ, Карл ЛАНДЕР, Вильгельм КНОРИН, Иван АЛИБЕГОВ – отрицали существование белорусской нации, и стояли на позициях так называемого «областничества», полагая, что белорусам достаточно того, что у них уже есть – отдельной Западной области в составе РСФСР.

Один из руководителей Облискомзапа Вильгельм КНОРИН недоумевал:

«Я спрашиваю, что такое белорус-коммунист? До последнего времени мы особых “белорусских коммунистов” не знали. Мы считали, что белорусы не являются нацией и что те этнографические особенности, которые их отделяют от остальных русских, должны быть изжиты. Нашею задачей является не создание новых наций, а уничтожение старых националистических рогаток. Белорусское же движение является таким воздвижением новых националистических рогаток, не существовавших до сих пор, а потому коммунисты не могут в каком бы то ни было виде принимать участие в этом движении».

Борьбе с «национализмом» они отдавали много сил и времени, основным объектом своих нападок сделав Белнацком. Деятелей Белнацкома они называли не иначе, как «“советскими” социал-шовинистами», обвиняли их в предательстве классовых интересов трудящихся, измене интернациональному долгу.

Со своей стороны работники Белнацкома доказывали, что классовые и национальные интересы вполне совместимы, что национальное самоопределение может осуществляться через рабочих и крестьян, и выступали за такое самоопределение на советской основе. В качестве первого шага они предложили переименовать Западную коммуну (так к сентябрю 1918 года называлась бывшая Западная область) в Белорусско-Литовскую. Но кроме очередной порции обвинений со стороны Облискомзапа ничего не получили. И тогда Дмитрий ЖИЛУНОВИЧ, один из самых активных сотрудников Белнацкома, публично заявил, что поведение деятелей Облискомзапа не достойно коммунистов, что все вокруг как будто нарочно отворачиваются от белорусского вопроса, и что попытки обратить на него внимание разбиваются, как стекло о камень. И чтобы ещё более усилить эффект, он заявил, что действия Облискомзапа на руку врагам революции и Советской России и на руку деятелям БНР, которые говорят приблизительно так: «Посмотрите, братья-белорусы, даже край ваш большевики боятся назвать его настоящим именем – Беларусь! А называют его по-царски – Западный край. Где же их искренность?».

21-23 декабря 1918 года по инициативе Белнацкома в Москве состоялась конференция Белорусских секций РКП(б) (большевистских организаций белорусов-беженцев, возникших в различных городах России и входивших в состав местных партийных организаций), избравшая Центральное Бюро во главе с Жилуновичем. Конференция высказалась за создание Белорусской Советской Республики и образование рабоче-крестьянского правительства Беларуси.

В обращении конференции «К белорусскому трудовому народу» говорилось:

«Одна рабоче-крестьянская Советская Россия протягивает нам руку для совместной братской жизни, признает наше право быть свободным народом и как равному с равным идти по великому пути социализма. Скорей же в путь, браты-белорусы!».

Ранее идею свободной рабоче-крестьянской Беларуси в тесной связи с РСФСР поддержали Всероссийский съезд беженцев из Беларуси и первая конференция советских белорусских партий и организаций.

Пик конфликта между Облискомзапом и Белнацкомом пришелся на декабрь 1918 года – время окончания немецкой оккупации, открывавшее возможность решить вопрос об образовании самостоятельной белорусской республики. Для Облискомзапа парадокс ситуации заключался в том, что подпольной и партизанской борьбой на территории, которая была занята немцами после подписания Брестского мира, он содействовал консолидации белорусского населения, тем самым приближая решение вопроса о его национальном самоопределении. Развёртывание в феврале-ноябре 1918 года революционно-освободительной борьбы против немецких оккупантов – заслуга большевиков Западной области.

Со стороны советского правительства практическими вопросами образования БССР занимался Иосиф СТАЛИН как Народный комиссар по делам национальностей. Сталин встречался и с Жилуновичем, и с Мясниковым. 30-31 декабря 1918 года прошла VI Северо-Западная конференция РКП(б), которая объявила себя 1-м Съездом Коммунистической партии (большевиков) Белоруссии и приняла решение о провозглашении Западной коммуны Белорусской Советской Республикой. Однако, делая доклад по текущему моменту, Мясников обосновал необходимость провозглашения республики исключительно международными мотивами. Западная область представляет собой путь, говорил он, через который устремляются на Советскую Россию «силы Чёрного Интернационала» и создание белорусской республики должно «замкнуть цепь всех советских самоопределившихся республик». О стремлении белорусского народа к самоопределению здесь не было сказано ни слова.

Газета "Вести" с манифестом о создании ССРБ

Газета «Вести» с манифестом о создании ССРБ

В ночь с 1 на 2 января 1919 года написанный Жилуновичем Манифест Временного рабоче-крестьянского советского правительства Беларуси был обнародован. В нём Беларусь провозглашалась независимой советской республикой с передачей всей власти Советам рабочих, крестьянских, батрацких и красноармейских депутатов.

Оценивая историческое значение этого события, Дмитрий ЖИЛУНОВИЧ писал впоследствии:

«І Беларусь упершыню на працягу доўгавяковае гісторыі стала дзяржаўнаю адзінкаю, роўнай з усімі сацыялістычнымі краінамі дзяржаваю. Беларускія-ж рабочыя і сяляне з неаформленага, з нявыясненага блудзячага парабка сталі гаспадарамі свае краіны… Тым жа, хто бачыў у беларускіх працоўных грамадах сродак для нажывы, сілу для эксплуатацыі, было дадзена знаць, што гэткім ён быў да 1 студзеня 1919 году, а з першага – ўжо стаў поўнапраўным вольным гаспадаром у адваёванай у ворагу сваёй краіне».

В низовой советской и партийной среде провозглашение БССР было воспринято неоднозначно. В Витебске, например, губернский съезд Советов обратился в ЦК РКП(б) с требованием немедленно ликвидировать Белорусскую советскую республику и распустить КП(б)Б. Один из ораторов на Витебской городской партконференции заявил, что

«ни один рабочий и крестьянин так называемой Белоруссии белорусом себя не считает, а искони знает в себе русского. На белорусском языке никто не говорит, и это не язык, а жаргон, а поэтому и речи не может быть «о самоопределении Белоруссии».

Развеять этот предрассудок оказалось непросто. Спустя три года, уже в 1921 году, выступая на X съезде РКП(б) Сталину пришлось отвечать на записку, будто коммунисты искусственно насаждают белорусскую национальность:

«Это неверно, потому что существует белорусская нация, у которой имеется свой язык, отличный от русского, ввиду чего поднять культуру белорусского народа можно лишь на родном его языке».

Сталин заявил, что господствовавшее положение великорусской нации оставило следы своего влияния среди некоторых русских коммунистов, которые не умеют или не желают подойти ближе к трудовым массам местного населения, понять их нужды, игнорируют особенности их быта и культуры, уклоняются в сторону русского великодержавного шовинизма.

Любопытно, что годом позднее, при подготовке к образованию СССР, во время дискуссии о моделях его образования, Ленин отмечает уже «роковую роль» торопливости и администраторского увлечения Сталина, «а также его озлобление против пресловутого «социал-национализма».»

«Тот грузин, — пишет Ленин (не имея в виду, скорее всего, конкретно Сталина, скорее — Григория ОРДЖОНИКИДЗЕ в связи с его ролью в т.н. «грузинском деле«, когда в октябре 1922-го ЦК Компартии Грузии в полном составе подал в отставку, обвинив Орджоникидзе в создании «держимордовского режима»; однако в свете самой дискуссии собственное отношение Ленина к Сталину как генсеку ЦК ВКП(б) вполне могло отразиться на тоне и содержании Ленинской записки), — который… пренебрежительно швыряется обвинением в «социал-национализме» (тогда как он сам является настоящим и истинным не только «социал-националом», но и грубым великорусским держимордой), тот грузин, в сущности, нарушает интересы пролетарской классовой солидарности, потому что ничто так не задерживает развития и упроченности пролетарской классовой солидарности, как национальная несправедливость, и ни к чему так не чутки «обиженные» националы, как к чувству равенства и к нарушению этого равенства, хотя бы даже по небрежности…». — Left.BY.

Сегодня нередко можно услышать, что БССР не было бы, если бы ранее не была провозглашена БНР. Вероятно, так можно думать, если не верить или не знать, что белорусский народ, как и многие другие народы бывшей Российской империи, стремился к свободе и самоопределению. Предложенный частью белорусских национальных деятелей вариант в виде Белорусской Народной Республики не вёл ни к свободе, ни к самоопределению, потому что не может быть свободы и самоопределения на территории, где войсками иностранного государства установлен оккупационный режим. Но на этой территории может быть партизанская и подпольная борьба против оккупантов, организацией этой борьбы и были всё время заняты поставленные здесь вне закона большевики. Создание белорусского государства стало возможным только после ликвидации оккупационного режима, и в данном случае совершенно не имеет значения, что во время оккупации на этой территории была БНР, поскольку её могло и не быть. Таким образом, образование БССР – это последовательный шаг самоопределения белорусского народа, избавившегося от немецкой оккупации.

Однако большевиков обвиняют в том, что они сами ввергли почти всю территорию Беларуси в оккупацию, подписав Брестский мир с Германией. Ещё в 1918 году такие обвинения звучали из уст тех, кто вполне устроился под крылом этой оккупации, ища защиты и признания БНР у германского кайзера. Однако слышал ли кто-либо более хлёсткие, более жёсткие, более исчерпывающие характеристики Брестского мира, чем те, что им дал Ленин в том же 1918-м? «Мир с империализмом», «Тильзитский», «тягчайший», «унизительнейший», «гнусный», «хищнический», «похабный», «насильнический», «безмерно тяжёлый, бесконечно унизительный мир, когда сильный становиться на грудь слабому»; при этом Ленин признаёт, что они были «принуждены были подписать» этот мир, который «представляет из себя тягчайшее поражение и унижает Советскую власть», и что теперь должны «измерить целиком, до дна, всю ту пропасть поражения, расчленения, порабощения, унижения, в которую нас толкнули», в которую «нас осадил, нас придавил и унизил хищник»!

«Чем яснее мы поймём это, тем более твёрдой, закалённой, стальной сделается наша воля к освобождению, наше стремление подняться снова от порабощения к самостоятельности…», — завершает Ильич.

Важна реакция деятелей БНР на провозглашение Белорусской Советской Республики. 13 января член правительства БНР Аркадий СМОЛИЧ писал из Киева премьеру БНР  Антону ЛУЦКЕВИЧУ, что в связи с провозглашением БССР «мы маем магчымасць “зачыніць краму”, перахоўваючы ўрачысты задаволены від».

«Наша пазіцыя – дрэнь, – писал Смолич. – Грошай няма. Ніхто нам не спачувае, нават свае. Я проста баюся, што далейшае наша становішча ў ролі ўраду будзе ўсё больш і больш пахнуць авантураю і містыфікацыяй».

Пройдет ещё шесть лет, пока 2-я Белорусская национально-политическая конференция, состоявшаяся в октябре 1925 года в Берлине, примет решение о том, что поскольку советская власть

«запраўдна імкнецца адрадзіць беларускі народ культурна, эканамічна і дзяржаўна, што радавая Беларусь ёсць адзіная рэальная сіла, якая можа вызваліць Заходнюю Беларусь ад польскага іга, у поўным паразуменні з краявымі арганізацыямі пастанавілі: спыніць існаванне Ўраду Беларускай Народнай Рэспублікі і прызнаць Мінск адзіным цэнтрам нацыянальна-дзяржаўнага адраджэння Беларусі».

Некоторые и сегодня не могут простить этого решения его инициатору, одному из создателей и активных деятелей БНР, к тому времени председателю Рады народных министров БНР Александру ЦВИКЕВИЧУ. Объясняя этот шаг Цвикевич писал в том же 1925 году:

«Уся мінуўшчына Беларусі не давала ніводнаму свядомаму чалавеку веры ў тое, каб сувязь Беларусі з цэнтрам расійскага вялікадзяржаўя – Масквой, давала ці магла даць на будучыню якое-небудзь карысці беларускму народу. І толькі пасля таго, як эмігранцкая думка ўбачыла і зразумела, што гэта ёсць савецкая і камуністычная Масква, – толькі тады яна магла пазбавіцца гэтага гістарычнага недавер’я і вызнаць ня толькі магчымым, але патрэбным і абавязковым сучасную сувязь Менску з Масквой».

Несмотря на все сложности и противоречия, сопутствовавшие созданию БССР, Белорусская Советская Социалистическая Республика стала первым реальным национальным государством белорусов. В том, что оно было создано, большую роль сыграли Белорусский национальный комиссариат и Белорусские секции РКП(б). Вильгельм КНОРИН впоследствии откровенно признавался, что борьба против Белнацкома была серьёзной ошибкой Облискомзапа. Но была и у него несомненная заслуга. Она заключалась в том, что уже к лету 1918 года Беларусь покрылась широкой сетью антиоккупационных подпольных организаций. Как только национальная задача освобождения от оккупации была решена, она мгновенно поставила в повестку дня как вопрос непосредственной практической реализации создание белорусского государства.

1 января 1919 года коммунисты создали его…

Алексей ЕЛИСЕЕВ, специально для Left.BY

________

От редакции

Ровно 98 лет назад, 1 января 1919 года, в Смоленске была провозглашена Советская Социалистическая Республика Белоруссия (провозглашена созданным там же 30-31 декабря 1918 года белорусским Временным революционным рабоче-крестьянским правительством во главе с Дмитрием ЖИЛУНОВИЧЕМ). И уже 8 января правительство ССРБ переехало из Смоленска в Минск, а 31 января 1919 года ССРБ вышла из состава Российской СФСР, которая, ясно, территориально наследовала канувшей в революционных событиях 1917-го Российской империи.  Примечательно, что этот «выход» был совершенно официально признан коммунистическим правительством в Москве.

132 февраля 1919 года в Минске собрался 1-й Всебелорусский съезд Советов рабочих, солдатских и красноармейских депутатов, принявший 3 февраля Конституцию ССРБ.

Из Конституции Советской Социалистической Республики Беларуси 1919 года

«1. Беларусь объявляется Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам.

2. Съезд Советов постановляет:

а) частная собственность на землю отменяется, и весь земельный фонд объявляется общегосударственной собственностью;

б) все леса, недра и воды, а также и весь живой и мертвый инвентарь, показательные хозяйства и сельскохозяйственные предприятия объявляются национальной собственностью;

в) в целях уничтожения паразитических слоев общества и организации хозяйства вводится всеобщая трудовая обязанность.

<…>

7. В целях обеспечения за трудящимися настоящей свободы совести церковь отделяется от государства и школа от церкви, а свобода религий и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

<…>

11. В целях обеспечения за трудящимися настоящего доступа к знаниям ССРБ ставит своей задачей предоставить рабочим и беднейшим крестьянам полное и всестороннее бесплатное образование.

<…>

13. В целях защиты завоеваний великой рабоче-крестьянской революции ССРБ признает обязанностью всех граждан республики защиту социалистического отечества и устанавливает всеобщую воинскую обязанность. Почетное право защищать революцию с оружием в руках предоставляется только трудящимся, на нетрудящиеся же элементы возлагаются иные воинские обязанности.

<…>

15. ССРБ признает равные права за гражданами, независимо от их расовой и национальной принадлежности. »

Спустя всего полтора года, 31 июля 1920 года в газете «Советская Белорусь» была опубликована «Декларация о провозглашении независимости Советской Социалистической Республики Беларуси». Это фактически стало вторым «рождением» республики, которая до того, 27 февраля 1919 года, объединилась — перед лицом польской агрессии — с Литовской Советской Республикой в Социалистическую Советскую Республику Литвы и Белоруссии (ССР ЛитБел). С момента опубликования декларации ССР ЛитБел официально прекращала своё существование (фактически не существуя уже с 19 июля 1920-го), а БССР — напротив — снова обретала суверенитет.

Впоследствии суверенный статус БССР позволил ей в числе четырёх других советских республик 30 декабря 1922 года подписать Договор об образовании СССР. Но это уже другая история…

 

 

 


  1. Pingback: Белорусские левые готовятся отметить 100-летие Октябрьской революции — БЕЛОРУССКАЯ ПАРТИЯ ЛЕВЫХ «СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР»

Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


один + = 9

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

«1 января 1919 года коммунисты создали белорусское государство…». К Дню рождения независимой Беларуси

1762dd2c7eb1 01/01/2017

1762dd2c7eb1Которое десятилетие в Беларуси ведётся дискуссия, что считать началом подлинной независимости страны, с какой именно даты начинать отсчёт национального суверенитета.

Национал-демократы, давно и прочно приватизировавшие празднуемый 25 марта День воли, посвящённый принятию 3-й уставной грамоты Рады БНР, объявлявшей её независимой, считают именно его таким днём. С нашей же точки зрения всё представляется иначе. И в качестве Дня независимости мы вполне обоснованно рассматриваем 1 января. Почему? Об этом статья историка Алексея ЕЛИСЕЕВА.

****

Первый, кто заслуживает быть упомянутым в связи с обретением белорусским народом национальной государственности – это Ленин. Когда действовавшие на территории  Беларуси общероссийские и национальные общественно-политические партии и организации спорили о том, должна ли Беларусь быть отдельной областью или автономией в составе России, Ленин в статье «Удержат ли большевики государственную власть?» первым заявил о необходимости немедленного восстановления полной свободы для Беларуси. Заметитим тут, что в 1917 году самой «продвинутой» в национальном вопросе на территории Беларуси была Белорусская социалистическая громада (БСГ), и она в это время выступала за широчайшую автономию Беларуси со своими органами управления, — но всё же автономию (!) в составе России! А Ленин говорил уже о полной свободе Беларуси. Октябрьская революция создала условия для реализации этой идеи, и в конце января 1918 года Ленин подписал Декрет СНК о создании так называемого Белнацкома – Белорусского национального комиссариата во главе с Александром ЧЕРВЯКОВЫМ.

Однако в своей деятельности Белнацкома столкнулся с сопротивлением Облисполкомзапа — Областного исполнительного комитета Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Западной области и фронта, которому с 26 ноября 1917 года принадлежала власть на неоккупированной германскими войсками территории Беларуси. Большевики, которые были во главе советской власти в Беларуси – Александр МЯСНИКОВ, Карл ЛАНДЕР, Вильгельм КНОРИН, Иван АЛИБЕГОВ – отрицали существование белорусской нации, и стояли на позициях так называемого «областничества», полагая, что белорусам достаточно того, что у них уже есть – отдельной Западной области в составе РСФСР.

Один из руководителей Облискомзапа Вильгельм КНОРИН недоумевал:

«Я спрашиваю, что такое белорус-коммунист? До последнего времени мы особых “белорусских коммунистов” не знали. Мы считали, что белорусы не являются нацией и что те этнографические особенности, которые их отделяют от остальных русских, должны быть изжиты. Нашею задачей является не создание новых наций, а уничтожение старых националистических рогаток. Белорусское же движение является таким воздвижением новых националистических рогаток, не существовавших до сих пор, а потому коммунисты не могут в каком бы то ни было виде принимать участие в этом движении».

Борьбе с «национализмом» они отдавали много сил и времени, основным объектом своих нападок сделав Белнацком. Деятелей Белнацкома они называли не иначе, как «“советскими” социал-шовинистами», обвиняли их в предательстве классовых интересов трудящихся, измене интернациональному долгу.

Со своей стороны работники Белнацкома доказывали, что классовые и национальные интересы вполне совместимы, что национальное самоопределение может осуществляться через рабочих и крестьян, и выступали за такое самоопределение на советской основе. В качестве первого шага они предложили переименовать Западную коммуну (так к сентябрю 1918 года называлась бывшая Западная область) в Белорусско-Литовскую. Но кроме очередной порции обвинений со стороны Облискомзапа ничего не получили. И тогда Дмитрий ЖИЛУНОВИЧ, один из самых активных сотрудников Белнацкома, публично заявил, что поведение деятелей Облискомзапа не достойно коммунистов, что все вокруг как будто нарочно отворачиваются от белорусского вопроса, и что попытки обратить на него внимание разбиваются, как стекло о камень. И чтобы ещё более усилить эффект, он заявил, что действия Облискомзапа на руку врагам революции и Советской России и на руку деятелям БНР, которые говорят приблизительно так: «Посмотрите, братья-белорусы, даже край ваш большевики боятся назвать его настоящим именем – Беларусь! А называют его по-царски – Западный край. Где же их искренность?».

21-23 декабря 1918 года по инициативе Белнацкома в Москве состоялась конференция Белорусских секций РКП(б) (большевистских организаций белорусов-беженцев, возникших в различных городах России и входивших в состав местных партийных организаций), избравшая Центральное Бюро во главе с Жилуновичем. Конференция высказалась за создание Белорусской Советской Республики и образование рабоче-крестьянского правительства Беларуси.

В обращении конференции «К белорусскому трудовому народу» говорилось:

«Одна рабоче-крестьянская Советская Россия протягивает нам руку для совместной братской жизни, признает наше право быть свободным народом и как равному с равным идти по великому пути социализма. Скорей же в путь, браты-белорусы!».

Ранее идею свободной рабоче-крестьянской Беларуси в тесной связи с РСФСР поддержали Всероссийский съезд беженцев из Беларуси и первая конференция советских белорусских партий и организаций.

Пик конфликта между Облискомзапом и Белнацкомом пришелся на декабрь 1918 года – время окончания немецкой оккупации, открывавшее возможность решить вопрос об образовании самостоятельной белорусской республики. Для Облискомзапа парадокс ситуации заключался в том, что подпольной и партизанской борьбой на территории, которая была занята немцами после подписания Брестского мира, он содействовал консолидации белорусского населения, тем самым приближая решение вопроса о его национальном самоопределении. Развёртывание в феврале-ноябре 1918 года революционно-освободительной борьбы против немецких оккупантов – заслуга большевиков Западной области.

Со стороны советского правительства практическими вопросами образования БССР занимался Иосиф СТАЛИН как Народный комиссар по делам национальностей. Сталин встречался и с Жилуновичем, и с Мясниковым. 30-31 декабря 1918 года прошла VI Северо-Западная конференция РКП(б), которая объявила себя 1-м Съездом Коммунистической партии (большевиков) Белоруссии и приняла решение о провозглашении Западной коммуны Белорусской Советской Республикой. Однако, делая доклад по текущему моменту, Мясников обосновал необходимость провозглашения республики исключительно международными мотивами. Западная область представляет собой путь, говорил он, через который устремляются на Советскую Россию «силы Чёрного Интернационала» и создание белорусской республики должно «замкнуть цепь всех советских самоопределившихся республик». О стремлении белорусского народа к самоопределению здесь не было сказано ни слова.

Газета "Вести" с манифестом о создании ССРБ

Газета «Вести» с манифестом о создании ССРБ

В ночь с 1 на 2 января 1919 года написанный Жилуновичем Манифест Временного рабоче-крестьянского советского правительства Беларуси был обнародован. В нём Беларусь провозглашалась независимой советской республикой с передачей всей власти Советам рабочих, крестьянских, батрацких и красноармейских депутатов.

Оценивая историческое значение этого события, Дмитрий ЖИЛУНОВИЧ писал впоследствии:

«І Беларусь упершыню на працягу доўгавяковае гісторыі стала дзяржаўнаю адзінкаю, роўнай з усімі сацыялістычнымі краінамі дзяржаваю. Беларускія-ж рабочыя і сяляне з неаформленага, з нявыясненага блудзячага парабка сталі гаспадарамі свае краіны… Тым жа, хто бачыў у беларускіх працоўных грамадах сродак для нажывы, сілу для эксплуатацыі, было дадзена знаць, што гэткім ён быў да 1 студзеня 1919 году, а з першага – ўжо стаў поўнапраўным вольным гаспадаром у адваёванай у ворагу сваёй краіне».

В низовой советской и партийной среде провозглашение БССР было воспринято неоднозначно. В Витебске, например, губернский съезд Советов обратился в ЦК РКП(б) с требованием немедленно ликвидировать Белорусскую советскую республику и распустить КП(б)Б. Один из ораторов на Витебской городской партконференции заявил, что

«ни один рабочий и крестьянин так называемой Белоруссии белорусом себя не считает, а искони знает в себе русского. На белорусском языке никто не говорит, и это не язык, а жаргон, а поэтому и речи не может быть «о самоопределении Белоруссии».

Развеять этот предрассудок оказалось непросто. Спустя три года, уже в 1921 году, выступая на X съезде РКП(б) Сталину пришлось отвечать на записку, будто коммунисты искусственно насаждают белорусскую национальность:

«Это неверно, потому что существует белорусская нация, у которой имеется свой язык, отличный от русского, ввиду чего поднять культуру белорусского народа можно лишь на родном его языке».

Сталин заявил, что господствовавшее положение великорусской нации оставило следы своего влияния среди некоторых русских коммунистов, которые не умеют или не желают подойти ближе к трудовым массам местного населения, понять их нужды, игнорируют особенности их быта и культуры, уклоняются в сторону русского великодержавного шовинизма.

Любопытно, что годом позднее, при подготовке к образованию СССР, во время дискуссии о моделях его образования, Ленин отмечает уже «роковую роль» торопливости и администраторского увлечения Сталина, «а также его озлобление против пресловутого «социал-национализма».»

«Тот грузин, — пишет Ленин (не имея в виду, скорее всего, конкретно Сталина, скорее — Григория ОРДЖОНИКИДЗЕ в связи с его ролью в т.н. «грузинском деле«, когда в октябре 1922-го ЦК Компартии Грузии в полном составе подал в отставку, обвинив Орджоникидзе в создании «держимордовского режима»; однако в свете самой дискуссии собственное отношение Ленина к Сталину как генсеку ЦК ВКП(б) вполне могло отразиться на тоне и содержании Ленинской записки), — который… пренебрежительно швыряется обвинением в «социал-национализме» (тогда как он сам является настоящим и истинным не только «социал-националом», но и грубым великорусским держимордой), тот грузин, в сущности, нарушает интересы пролетарской классовой солидарности, потому что ничто так не задерживает развития и упроченности пролетарской классовой солидарности, как национальная несправедливость, и ни к чему так не чутки «обиженные» националы, как к чувству равенства и к нарушению этого равенства, хотя бы даже по небрежности…». — Left.BY.

Сегодня нередко можно услышать, что БССР не было бы, если бы ранее не была провозглашена БНР. Вероятно, так можно думать, если не верить или не знать, что белорусский народ, как и многие другие народы бывшей Российской империи, стремился к свободе и самоопределению. Предложенный частью белорусских национальных деятелей вариант в виде Белорусской Народной Республики не вёл ни к свободе, ни к самоопределению, потому что не может быть свободы и самоопределения на территории, где войсками иностранного государства установлен оккупационный режим. Но на этой территории может быть партизанская и подпольная борьба против оккупантов, организацией этой борьбы и были всё время заняты поставленные здесь вне закона большевики. Создание белорусского государства стало возможным только после ликвидации оккупационного режима, и в данном случае совершенно не имеет значения, что во время оккупации на этой территории была БНР, поскольку её могло и не быть. Таким образом, образование БССР – это последовательный шаг самоопределения белорусского народа, избавившегося от немецкой оккупации.

Однако большевиков обвиняют в том, что они сами ввергли почти всю территорию Беларуси в оккупацию, подписав Брестский мир с Германией. Ещё в 1918 году такие обвинения звучали из уст тех, кто вполне устроился под крылом этой оккупации, ища защиты и признания БНР у германского кайзера. Однако слышал ли кто-либо более хлёсткие, более жёсткие, более исчерпывающие характеристики Брестского мира, чем те, что им дал Ленин в том же 1918-м? «Мир с империализмом», «Тильзитский», «тягчайший», «унизительнейший», «гнусный», «хищнический», «похабный», «насильнический», «безмерно тяжёлый, бесконечно унизительный мир, когда сильный становиться на грудь слабому»; при этом Ленин признаёт, что они были «принуждены были подписать» этот мир, который «представляет из себя тягчайшее поражение и унижает Советскую власть», и что теперь должны «измерить целиком, до дна, всю ту пропасть поражения, расчленения, порабощения, унижения, в которую нас толкнули», в которую «нас осадил, нас придавил и унизил хищник»!

«Чем яснее мы поймём это, тем более твёрдой, закалённой, стальной сделается наша воля к освобождению, наше стремление подняться снова от порабощения к самостоятельности…», — завершает Ильич.

Важна реакция деятелей БНР на провозглашение Белорусской Советской Республики. 13 января член правительства БНР Аркадий СМОЛИЧ писал из Киева премьеру БНР  Антону ЛУЦКЕВИЧУ, что в связи с провозглашением БССР «мы маем магчымасць “зачыніць краму”, перахоўваючы ўрачысты задаволены від».

«Наша пазіцыя – дрэнь, – писал Смолич. – Грошай няма. Ніхто нам не спачувае, нават свае. Я проста баюся, што далейшае наша становішча ў ролі ўраду будзе ўсё больш і больш пахнуць авантураю і містыфікацыяй».

Пройдет ещё шесть лет, пока 2-я Белорусская национально-политическая конференция, состоявшаяся в октябре 1925 года в Берлине, примет решение о том, что поскольку советская власть

«запраўдна імкнецца адрадзіць беларускі народ культурна, эканамічна і дзяржаўна, што радавая Беларусь ёсць адзіная рэальная сіла, якая можа вызваліць Заходнюю Беларусь ад польскага іга, у поўным паразуменні з краявымі арганізацыямі пастанавілі: спыніць існаванне Ўраду Беларускай Народнай Рэспублікі і прызнаць Мінск адзіным цэнтрам нацыянальна-дзяржаўнага адраджэння Беларусі».

Некоторые и сегодня не могут простить этого решения его инициатору, одному из создателей и активных деятелей БНР, к тому времени председателю Рады народных министров БНР Александру ЦВИКЕВИЧУ. Объясняя этот шаг Цвикевич писал в том же 1925 году:

«Уся мінуўшчына Беларусі не давала ніводнаму свядомаму чалавеку веры ў тое, каб сувязь Беларусі з цэнтрам расійскага вялікадзяржаўя – Масквой, давала ці магла даць на будучыню якое-небудзь карысці беларускму народу. І толькі пасля таго, як эмігранцкая думка ўбачыла і зразумела, што гэта ёсць савецкая і камуністычная Масква, – толькі тады яна магла пазбавіцца гэтага гістарычнага недавер’я і вызнаць ня толькі магчымым, але патрэбным і абавязковым сучасную сувязь Менску з Масквой».

Несмотря на все сложности и противоречия, сопутствовавшие созданию БССР, Белорусская Советская Социалистическая Республика стала первым реальным национальным государством белорусов. В том, что оно было создано, большую роль сыграли Белорусский национальный комиссариат и Белорусские секции РКП(б). Вильгельм КНОРИН впоследствии откровенно признавался, что борьба против Белнацкома была серьёзной ошибкой Облискомзапа. Но была и у него несомненная заслуга. Она заключалась в том, что уже к лету 1918 года Беларусь покрылась широкой сетью антиоккупационных подпольных организаций. Как только национальная задача освобождения от оккупации была решена, она мгновенно поставила в повестку дня как вопрос непосредственной практической реализации создание белорусского государства.

1 января 1919 года коммунисты создали его…

Алексей ЕЛИСЕЕВ, специально для Left.BY

________

От редакции

Ровно 98 лет назад, 1 января 1919 года, в Смоленске была провозглашена Советская Социалистическая Республика Белоруссия (провозглашена созданным там же 30-31 декабря 1918 года белорусским Временным революционным рабоче-крестьянским правительством во главе с Дмитрием ЖИЛУНОВИЧЕМ). И уже 8 января правительство ССРБ переехало из Смоленска в Минск, а 31 января 1919 года ССРБ вышла из состава Российской СФСР, которая, ясно, территориально наследовала канувшей в революционных событиях 1917-го Российской империи.  Примечательно, что этот «выход» был совершенно официально признан коммунистическим правительством в Москве.

132 февраля 1919 года в Минске собрался 1-й Всебелорусский съезд Советов рабочих, солдатских и красноармейских депутатов, принявший 3 февраля Конституцию ССРБ.

Из Конституции Советской Социалистической Республики Беларуси 1919 года

«1. Беларусь объявляется Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам.

2. Съезд Советов постановляет:

а) частная собственность на землю отменяется, и весь земельный фонд объявляется общегосударственной собственностью;

б) все леса, недра и воды, а также и весь живой и мертвый инвентарь, показательные хозяйства и сельскохозяйственные предприятия объявляются национальной собственностью;

в) в целях уничтожения паразитических слоев общества и организации хозяйства вводится всеобщая трудовая обязанность.

<…>

7. В целях обеспечения за трудящимися настоящей свободы совести церковь отделяется от государства и школа от церкви, а свобода религий и антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

<…>

11. В целях обеспечения за трудящимися настоящего доступа к знаниям ССРБ ставит своей задачей предоставить рабочим и беднейшим крестьянам полное и всестороннее бесплатное образование.

<…>

13. В целях защиты завоеваний великой рабоче-крестьянской революции ССРБ признает обязанностью всех граждан республики защиту социалистического отечества и устанавливает всеобщую воинскую обязанность. Почетное право защищать революцию с оружием в руках предоставляется только трудящимся, на нетрудящиеся же элементы возлагаются иные воинские обязанности.

<…>

15. ССРБ признает равные права за гражданами, независимо от их расовой и национальной принадлежности. »

Спустя всего полтора года, 31 июля 1920 года в газете «Советская Белорусь» была опубликована «Декларация о провозглашении независимости Советской Социалистической Республики Беларуси». Это фактически стало вторым «рождением» республики, которая до того, 27 февраля 1919 года, объединилась — перед лицом польской агрессии — с Литовской Советской Республикой в Социалистическую Советскую Республику Литвы и Белоруссии (ССР ЛитБел). С момента опубликования декларации ССР ЛитБел официально прекращала своё существование (фактически не существуя уже с 19 июля 1920-го), а БССР — напротив — снова обретала суверенитет.

Впоследствии суверенный статус БССР позволил ей в числе четырёх других советских республик 30 декабря 1922 года подписать Договор об образовании СССР. Но это уже другая история…

 

 

 

By
@
backtotop