Оуэн ДЖОНС: Какой должна быть новая левая партия? Широкой, сетевой, объединяющей

Великобритания крайне необходимо социальное движение, объединяющее всех тех, кто нуждается в чёткой альтернативе политике жёсткой экономии, ставшей настоящей трагедией для страны, — пишет Оуэн ДЖОНС, блоггер и автор The Independent, в статье British politics urgently needs a new force — a movement on the Left to counter capitalism’s crisis. Но это не значит, — продолжает он, — что нужно создать ещё одну коммунистическую секту, не имеющую внутренней демократии и одержимую повторением революции, которая произошла в полуфеодальной стране почти столетие назад. Если новые, сетевые движение левых смогут договориться о ключевых принципах и избежать скатывания в ультралевое сектантство, то это поможет заявить о себе миллионам избирателей, — считает британский журналист и активист. 

owenjones

Автор статьи во время одного из митингов протеста.

В итоге многие выводы нашего британского товарища представляются небезынтересными для нашей политической ситуации, с искусственной монополией на левую сцену некоторых политических партий, появления новых квазиполитических организаций, претендующих на это, но всё так же не отличающихся внутренним демократизмом и готовых идти на уступки правым. Пусть даже и с целью достижения демократического единства в оппозиции к «страшному» авторитарному режиму, который, окончательно свернув в 1996 году с демократического пути развития, тем не менее, до последнего придерживался ориентации на «социальное государство». В то время, как наши правые давно призывали к его фактической деструкции.

Интерес также представляет финальная часть материала, посвящённая программным предложениям новых «новых» английских левых, — как они видятся самому Джонсу, — более подробно изложенных британским активистом в другой статье — Owen Jones’s ‘Agenda for Hope’: We want a fairer society – and here’s how we can achieve it.

Русский перевод статьи (дополненной фрагментами других материалов Оуэна ДЖОНСА) первоначально вышел в рамках дискуссии о будущем левого движения, начатого несколько лет назад интернет-проектом «ДиалогUA«. Нами материал публикуется с некоторыми уточнениями и с незначительными сокращениями.

_________

История, — и неудачи, — радикальных левых отразились и на моей собственной семье, причём на четырёх поколениях: мои прадеды участвовали во всеобщей забастовке 1926 года и были участниками различных, но не слишком удачных, движений прошлого, начиная с Независимой рабочей партии до партии коммунистов. Мои родители познакомились в группе воинствующих троцкистов в конце 1960-х годов; мой отец стал их лидером в Южном Йоркшире, и бастующие шахтеры присматривали за моими, ещё маленькими, братьями в то время, как он безуспешно боролся за революцию. Эпоха ленинского партийного строительства, безусловно, к тому времени уже давно закончилась…

Однако какой бы ни стала новая левая партия, ленинистской или нет — это не важно. Британцы становятся беднее с каждым годом; богатая элита продолжает своё сказочное обогащение — увеличение доходов первой тысячи богачей страны, начиная с 2008 года, превосходит наш дефицит бюджета, в то время как лидеры Лейбористской партии до сих пор не могут предложить подлинную альтернативу жёсткой экономии.

При этом партии, бросающие вызов лейбористам, как правило, проигрывают. На довыборах в Манчестере в ноябре (2012 г. — Left.BY), например, электоральный альянс Trade Unionist and Socialist Coalition (TUSC) набрал всего 220 голосов (1,3%) и проиграл даже Пиратской партии (1,9%). Но если не сейчас создавать новую левую партию, товарищи, то когда?

Моё личное мнение таково, что до тех пор, пока профсоюзы будут убеждать миллионы работников супермаркетов, неквалифицированных рабочих и мелких клерков, что их единственный выбор – это партия лейбористов, то успеха не достичь. Нужно убедить людей, что только новая партия реально сможет бороться за права трудящихся.

Такую стратегию борьбы против политики жёсткой экономии многие страстно отвергают. Но это абсурд, что, когда мы живём в период «Великого затягивания поясов», когда и уровень жизни, и все с таким трудом обретённые права, рушатся, противники жёсткой экономии разделены и фрагментированы. Даже сейчас, когда вредоносная политика лишь увеличивает государственный долг, углубляет бедность и увеличивает безработицу, первосвященники Жёсткой экономии упорно остаются едины.

Эти уродливые силы ухитряются извлечь выгоду даже от отвращения людей к политическому истеблишменту. Найджел ФАРАДЖ немало выиграл от постоянного присутствия на наших телеэкранах, потому и [возглавляемая в 2006-2016 гг. Фараджем. — Left.BY] Партия независимости Соединённого Королевства (англ. United Kingdom Independence Party UKIP) также процветает, как некий коллективный перст, указующий на наших правителей. Если ни одна левая партия не может подняться после половины десятилетия кризиса глобального капитализма, то этот вакуум заполняют правые популисты.

Чего в британской политике нет, так это широкой сети, которая объединила бы прогрессивных противников правящей коалиции. Она могла бы охватить противников политики лейбористов, политики жёсткой экономии, «Зелёных», независимых левых, а также тех, кто не верит уже никаким политическим партиям, и кем овладели ярость и разочарование. В течение последних двух лет, путешествуя по всей стране, выступая перед студентами, рабочими, безработными и инвалидами, я встретил тысячи людей, которые хотят делать, хотят куда-то направить свой гнев. Но до сих пор я так и не нашел ответа на их вопросы.

Если бы мы могли договориться о некоторых ключевых принципах нового левого движения, и избежать конфликта с ультралевыми, мы могли бы объединить силы всех, кто недоволен нынешней ситуацией, дать политический дом всем разгневанным и разочарованным.

Мы могли бы объединить людей труда, пострадавших из-за снижения заработной платы и отмены налоговых льгот; безработных, которые «демонизированы» циничными СМИ и политическим истеблишментом; борцов против уклонения богачами от уплаты налогов и болезненного сокращения социальной сферы; инвалидов, которых лишили даже самой скромной социальной помощи; молодёжь, увязшую в долгах, столкнувшуюся с безработицей и падением уровня жизни; профсоюзы, отстаивающие права трудящихся.

Такая сеть предложила бы реальные альтернативы политике жёсткой экономии, которые должны быть услышаны; она создала бы новое политическое пространство для политики. Под её давлением руководство Лейбористской партии перестанет постоянно уступать требованиям консерваторов и правых партий.

Конечно, такую идею проще обсуждать в газете, чем реализовать на практике, но для меня остается загадкой, почему такая «сеть» всё ещё не создана. Хотя это и сопряжено с трудностями — никогда не стоит недооценивать способность левых упустить даже самые хорошие возможности – интерес к такому проекту, безусловно, есть.

Потенциально крупнейшее социальное движение нашей страны состоит из тех людей, которые, сидя дома на диване перед телевизором, с раздражением бурчат при появлении политиков. Пришло время разрушить изоляцию тех, кто хочет увидеть альтернативу своему безрадостному существованию. Эпоха старых левых партий закончена, пришло время родиться новому, «сетевому» левому движению.

Только новая волна социализма может покончить с «великим затягиванием поясов» нас всех.

Мы должны порвать с идеологией свободного рынка, созданной Тэтчер. Сегодня Великобритания переживает самый длинный период падения жизненного уровня с тех пор, как на трон села королева Виктория.

11172

В 2014 г. в Великобритании прошли массовые манифестации против нового налога, названного «налогом на спальни». Из-за «лишних» спальных комнат в социальном жилье семьи теряли до 25% жилищных субсидий. Однако для тех, у кого жилье превышало размеры положенного, альтернативы не было — число квартир с одной спальней было явно недостаточным.

Если это «Великое затягивание поясов» не станет ключевым вопросом политической повестки дня, вся политическая система может развалиться из-за своей бесполезности и морального банкротства. Было бы легко — но неправильно — возложить всю вину на «злых тори», однако они действительно отнюдь не добрые. Правда в том, что всё это началось ещё за шесть лет до того, как Дэвид КЭМЕРОН и Ник КЛЕГГ встретились в Розовом саду, и за четыре года до краха Lehman Brothers. С 2004 года доходы более обеспеченной половины населения расти перестали; доходы более бедной половины населения начали падать.

Однако именно тори придали великому кризису новую силу и затяжной характер. Как выяснил The Resolution Foundation (организация, изучающая уровень жизни британского населения и работающая над повышение его для низших и средних слоёв. — Left.BY), каждый пятый работник в настоящее время имеет доход ниже прожиточного минимума: с 2009 года, число таких людей взлетело с 3,4 миллиона до 4,8 млн. Перед приходом Кэмерона к власти, 18% работающих женщин получали зарплату ниже прожиточного минимума; сейчас их уже 25%. Почти четыре из пяти рабочих мест, созданных при нынешней власти, оплачиваются меньше, чем за 8 фунтов в час.

Эти рабочие места часто нестабильны. Миллионная армия контрактных работников, которым платят копейки, напоминает нам о днях давно ушедшей эпохи, когда докеры толпились во дворе, махая руками в надежде получить хоть какую-то работу, — хотя бы на один день.

Реальная заработная плата, в среднем, сейчас составляет 1500 фунтов стерлингов, что ещё меньше, чем год назад, когда к власти пришла клика тори и либерал-демократов, а цены на предметы первой необходимости стали ещё выше, ударяя, в первую очередь, по и без того бедным людям. Государственная политика погрузила в нищету более миллиона детей – по данным Инициативной группы в защиту детей от бедности (англ. Child Poverty Action Group  — CPAG). И впервые после войны, молодое поколение живёт хуже, чем его родители.

Симптомы «Великого затягивания поясов» — повсюду. Мы можем только догадываться о том, как руководители корпорации Wonga (специализирующейся на микрозаймах под очень высокий процент — почти 1500% в годовом измерении; по состоянию на апрель 2016 года, кредит в размере £100 на срок семнадцать дней (средний срок кредита Wonga) предполагает погашение на общую сумму в £113,60. — Left.BY) решили отпраздновать свой 36% всплеск прибыли. Финансовые стервятники сегодня имеют богатую поживу: миллион семей ежемесячно не могут свести концы с концами, беря в долг у ростовщиков – тем разрешено взимать грабительские проценты, и люди вынуждены обращаться к ним, чтобы купить еду, заплатить за отопление, по ипотечным кредитам и арендную плату.

Полмиллиона человек зависят от продовольственной помощи, поскольку, как выяснила организация Energy Bill Revolution (инициатор гражданской кампании за «тёплые дома и более низкие счета» для населения. — Left.BY) в начале 2013 года, почти четверть семей сегодня вынуждены выбирать между покупкой еды и отоплением своих домов.

Поразительно, но в седьмой по богатству стране мира, Британии, бедные люди сегодня борются за то, чтобы прокормиться. Политики всех мастей постоянно проповедуют, что надо работать, но большинству бедных из Британии приходится работать не за хорошую жизнь, а за свою бедность. И хотя Великий кризис в первую очередь бьёт по тем, кто внизу, пандемия бессонных ночей из-за долгов, арендной платы и ипотеки отнимает нормальную жизнь у миллионов британцев.

Что могли бы предложить левые уже сейчас?

Если бы лейбористы имели множество смелых политических решений этого кризиса, то у нас не возник бы колоссальный вакуум, заполненный сплетнями и пересудами. Действительно, отсутствие ответов приносит еще худшие катастрофические последствия: гнев людей перенаправляется на иммигрантов, работников государственного сектора, безработных – на всех, кто не может постоять за себя. Однако масштабы кризиса таковы, что нужны радикальные решения, нужен решительный разрыв с рыночным консенсусом, установленным Маргарет ТЭТЧЕР: нужна новая благотворная волна социализма, которая даст и хлеб, и масло.

Начнем с того, что должны быть изменены законы, которые автоматически работают против профсоюзов. Профсоюзы могут стать крупнейшим демократическим движением в Великобритании – поскольку они представляют интересы более шести миллионов работников, но при этом СМИ обычно демонизируют их, изображая некими незаконными организациями. В последние несколько месяцев наблюдается ещё одна попытка изгнать их из политической жизни, — по явно надуманным предлогам. Но профсоюзы являются наиболее эффективным средством коллективной борьбы за повышение заработной платы и улучшение условий: их слабость и позволила заработной плате снижаться даже во время бума.

В период экономического кризиса 1930-х президент Франклин РУЗВЕЛЬТ – хотя он не был социалистом, прославлял профсоюзы именно по этой причине.

Если партия, созданная рабочим движением, этого не сделает, ей не место в политической жизни.

Необходимость повышения прожиточного минимума болезненно очевидна. Совершенно недопустимо, когда работающий человек не может вести образ жизни, достойный человека, а не животного.

Повышение прожиточного минимума приведёт к необходимости сокращения налоговых субсидий и поблажек для бизнеса. Это ещё и экономический стимул: после этого богатые не будут праздновать снижение налогов, отправляя деньги в оффшоры на Каймановых островах; бедные ведь не копят, а просто тратят все дополнительные деньги, что оживляет экономику, — из-за роста спроса.

Затем, у нас есть и жилищный кризис. Пять миллионов человек оказались в ловушке, застряв в списке очередников на получение социального жилья; миллионы зависят от произвола никем не регулируемых частных домовладельцев, многие из которых получают доходы от туристов, и им плевать на падение заработной платы. Согласно информации, полученной организацией Yes to Homes, если так пойдет и дальше, то арендная плата скоро будет пожирать до половины зарплаты.

Если местным властям позволят заниматься социальным строительством, то благодаря созданию рабочих мест и сокращению пособий на жилье это позволит реализовать мечту о собственном доме миллионам семей.

Британские родители тратят треть своих доходов на уход за детьми: ничего удивительного в том, что на то, чтобы вырастить ребенка в среднем нужно не менее 148 тысяч фунтов. Сравните это со Швецией, где расходы устанавливаются на уровне 3% дохода семьи, и все они могут наслаждаться прекрасным уровнем ухода за детьми, обеспеченным государством. Подобная система окупается за счёт повышения числа работающих женщин и повышения налоговых поступлений, пополняющих бюджет.

Бездумно приватизированные железные дороги стали непозволительной роскошью для массы людей, поскольку железнодорожные тарифы взлетели до небес. Вот почему лейбористская партия должна прислушаться к распространенному мнению и пересмотреть вопросы собственности, вернув государству активы, чтобы доходы работали на снижение цен на билеты, а не на пополнение банковских счетов руководителей.

Кроме того, с 2010 года счета за электроэнергию росли на 100 фунтов стерлингов в год, и четверть населения мирится с холодом в квартирах из-за финансовых проблем. Неудивительно, что 69% хотят энергию от ре-национализации энергосетей. Для лейбористов пришло время найти новую, демократическую форму общественной собственности, с участием конечных потребителей.

Конечно, нужно и больше радикализма. Почему бы не поучиться у Германии с её интервенционистской промышленной политикой, создавшей сотни тысяч рабочих мест благодаря использованию возобновляемых источников энергии, чтобы пополнить численность надежных, безопасных, хорошо оплачиваемых рабочих мест? Почему бы не ограничить процентные ставки ростовщиков и финансовых акул? Почему бы не превратить банки, проедающие общественные деньги в инвестиционные банки, восстанавливающие экономику?

Лейбористы не смогут победить на следующих выборах, просто указывая на то, что тори опустошили карманы электората. Это печальное положение никого не убедит. Избиратели должны верить, что лейбористская партия способна покончить с кризисом. А без успешной социальной политики, без социализма «хлеба с маслом», люди будут лишь озлобляться, отчего, несмотря ни на что, выиграет один лишь Кэмерон.

Перевод — Андрея МАКЛАКОВА.

Источник — ДиалогUA


Add Your Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*


четыре + 8 =

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Мы в facebook

Мы Вконтакте

Оуэн ДЖОНС: Какой должна быть новая левая партия? Широкой, сетевой, объединяющей

owenjones 27/08/2016

Великобритания крайне необходимо социальное движение, объединяющее всех тех, кто нуждается в чёткой альтернативе политике жёсткой экономии, ставшей настоящей трагедией для страны, — пишет Оуэн ДЖОНС, блоггер и автор The Independent, в статье British politics urgently needs a new force — a movement on the Left to counter capitalism’s crisis. Но это не значит, — продолжает он, — что нужно создать ещё одну коммунистическую секту, не имеющую внутренней демократии и одержимую повторением революции, которая произошла в полуфеодальной стране почти столетие назад. Если новые, сетевые движение левых смогут договориться о ключевых принципах и избежать скатывания в ультралевое сектантство, то это поможет заявить о себе миллионам избирателей, — считает британский журналист и активист. 

owenjones

Автор статьи во время одного из митингов протеста.

В итоге многие выводы нашего британского товарища представляются небезынтересными для нашей политической ситуации, с искусственной монополией на левую сцену некоторых политических партий, появления новых квазиполитических организаций, претендующих на это, но всё так же не отличающихся внутренним демократизмом и готовых идти на уступки правым. Пусть даже и с целью достижения демократического единства в оппозиции к «страшному» авторитарному режиму, который, окончательно свернув в 1996 году с демократического пути развития, тем не менее, до последнего придерживался ориентации на «социальное государство». В то время, как наши правые давно призывали к его фактической деструкции.

Интерес также представляет финальная часть материала, посвящённая программным предложениям новых «новых» английских левых, — как они видятся самому Джонсу, — более подробно изложенных британским активистом в другой статье — Owen Jones’s ‘Agenda for Hope’: We want a fairer society – and here’s how we can achieve it.

Русский перевод статьи (дополненной фрагментами других материалов Оуэна ДЖОНСА) первоначально вышел в рамках дискуссии о будущем левого движения, начатого несколько лет назад интернет-проектом «ДиалогUA«. Нами материал публикуется с некоторыми уточнениями и с незначительными сокращениями.

_________

История, — и неудачи, — радикальных левых отразились и на моей собственной семье, причём на четырёх поколениях: мои прадеды участвовали во всеобщей забастовке 1926 года и были участниками различных, но не слишком удачных, движений прошлого, начиная с Независимой рабочей партии до партии коммунистов. Мои родители познакомились в группе воинствующих троцкистов в конце 1960-х годов; мой отец стал их лидером в Южном Йоркшире, и бастующие шахтеры присматривали за моими, ещё маленькими, братьями в то время, как он безуспешно боролся за революцию. Эпоха ленинского партийного строительства, безусловно, к тому времени уже давно закончилась…

Однако какой бы ни стала новая левая партия, ленинистской или нет — это не важно. Британцы становятся беднее с каждым годом; богатая элита продолжает своё сказочное обогащение — увеличение доходов первой тысячи богачей страны, начиная с 2008 года, превосходит наш дефицит бюджета, в то время как лидеры Лейбористской партии до сих пор не могут предложить подлинную альтернативу жёсткой экономии.

При этом партии, бросающие вызов лейбористам, как правило, проигрывают. На довыборах в Манчестере в ноябре (2012 г. — Left.BY), например, электоральный альянс Trade Unionist and Socialist Coalition (TUSC) набрал всего 220 голосов (1,3%) и проиграл даже Пиратской партии (1,9%). Но если не сейчас создавать новую левую партию, товарищи, то когда?

Моё личное мнение таково, что до тех пор, пока профсоюзы будут убеждать миллионы работников супермаркетов, неквалифицированных рабочих и мелких клерков, что их единственный выбор – это партия лейбористов, то успеха не достичь. Нужно убедить людей, что только новая партия реально сможет бороться за права трудящихся.

Такую стратегию борьбы против политики жёсткой экономии многие страстно отвергают. Но это абсурд, что, когда мы живём в период «Великого затягивания поясов», когда и уровень жизни, и все с таким трудом обретённые права, рушатся, противники жёсткой экономии разделены и фрагментированы. Даже сейчас, когда вредоносная политика лишь увеличивает государственный долг, углубляет бедность и увеличивает безработицу, первосвященники Жёсткой экономии упорно остаются едины.

Эти уродливые силы ухитряются извлечь выгоду даже от отвращения людей к политическому истеблишменту. Найджел ФАРАДЖ немало выиграл от постоянного присутствия на наших телеэкранах, потому и [возглавляемая в 2006-2016 гг. Фараджем. — Left.BY] Партия независимости Соединённого Королевства (англ. United Kingdom Independence Party UKIP) также процветает, как некий коллективный перст, указующий на наших правителей. Если ни одна левая партия не может подняться после половины десятилетия кризиса глобального капитализма, то этот вакуум заполняют правые популисты.

Чего в британской политике нет, так это широкой сети, которая объединила бы прогрессивных противников правящей коалиции. Она могла бы охватить противников политики лейбористов, политики жёсткой экономии, «Зелёных», независимых левых, а также тех, кто не верит уже никаким политическим партиям, и кем овладели ярость и разочарование. В течение последних двух лет, путешествуя по всей стране, выступая перед студентами, рабочими, безработными и инвалидами, я встретил тысячи людей, которые хотят делать, хотят куда-то направить свой гнев. Но до сих пор я так и не нашел ответа на их вопросы.

Если бы мы могли договориться о некоторых ключевых принципах нового левого движения, и избежать конфликта с ультралевыми, мы могли бы объединить силы всех, кто недоволен нынешней ситуацией, дать политический дом всем разгневанным и разочарованным.

Мы могли бы объединить людей труда, пострадавших из-за снижения заработной платы и отмены налоговых льгот; безработных, которые «демонизированы» циничными СМИ и политическим истеблишментом; борцов против уклонения богачами от уплаты налогов и болезненного сокращения социальной сферы; инвалидов, которых лишили даже самой скромной социальной помощи; молодёжь, увязшую в долгах, столкнувшуюся с безработицей и падением уровня жизни; профсоюзы, отстаивающие права трудящихся.

Такая сеть предложила бы реальные альтернативы политике жёсткой экономии, которые должны быть услышаны; она создала бы новое политическое пространство для политики. Под её давлением руководство Лейбористской партии перестанет постоянно уступать требованиям консерваторов и правых партий.

Конечно, такую идею проще обсуждать в газете, чем реализовать на практике, но для меня остается загадкой, почему такая «сеть» всё ещё не создана. Хотя это и сопряжено с трудностями — никогда не стоит недооценивать способность левых упустить даже самые хорошие возможности – интерес к такому проекту, безусловно, есть.

Потенциально крупнейшее социальное движение нашей страны состоит из тех людей, которые, сидя дома на диване перед телевизором, с раздражением бурчат при появлении политиков. Пришло время разрушить изоляцию тех, кто хочет увидеть альтернативу своему безрадостному существованию. Эпоха старых левых партий закончена, пришло время родиться новому, «сетевому» левому движению.

Только новая волна социализма может покончить с «великим затягиванием поясов» нас всех.

Мы должны порвать с идеологией свободного рынка, созданной Тэтчер. Сегодня Великобритания переживает самый длинный период падения жизненного уровня с тех пор, как на трон села королева Виктория.

11172

В 2014 г. в Великобритании прошли массовые манифестации против нового налога, названного «налогом на спальни». Из-за «лишних» спальных комнат в социальном жилье семьи теряли до 25% жилищных субсидий. Однако для тех, у кого жилье превышало размеры положенного, альтернативы не было — число квартир с одной спальней было явно недостаточным.

Если это «Великое затягивание поясов» не станет ключевым вопросом политической повестки дня, вся политическая система может развалиться из-за своей бесполезности и морального банкротства. Было бы легко — но неправильно — возложить всю вину на «злых тори», однако они действительно отнюдь не добрые. Правда в том, что всё это началось ещё за шесть лет до того, как Дэвид КЭМЕРОН и Ник КЛЕГГ встретились в Розовом саду, и за четыре года до краха Lehman Brothers. С 2004 года доходы более обеспеченной половины населения расти перестали; доходы более бедной половины населения начали падать.

Однако именно тори придали великому кризису новую силу и затяжной характер. Как выяснил The Resolution Foundation (организация, изучающая уровень жизни британского населения и работающая над повышение его для низших и средних слоёв. — Left.BY), каждый пятый работник в настоящее время имеет доход ниже прожиточного минимума: с 2009 года, число таких людей взлетело с 3,4 миллиона до 4,8 млн. Перед приходом Кэмерона к власти, 18% работающих женщин получали зарплату ниже прожиточного минимума; сейчас их уже 25%. Почти четыре из пяти рабочих мест, созданных при нынешней власти, оплачиваются меньше, чем за 8 фунтов в час.

Эти рабочие места часто нестабильны. Миллионная армия контрактных работников, которым платят копейки, напоминает нам о днях давно ушедшей эпохи, когда докеры толпились во дворе, махая руками в надежде получить хоть какую-то работу, — хотя бы на один день.

Реальная заработная плата, в среднем, сейчас составляет 1500 фунтов стерлингов, что ещё меньше, чем год назад, когда к власти пришла клика тори и либерал-демократов, а цены на предметы первой необходимости стали ещё выше, ударяя, в первую очередь, по и без того бедным людям. Государственная политика погрузила в нищету более миллиона детей – по данным Инициативной группы в защиту детей от бедности (англ. Child Poverty Action Group  — CPAG). И впервые после войны, молодое поколение живёт хуже, чем его родители.

Симптомы «Великого затягивания поясов» — повсюду. Мы можем только догадываться о том, как руководители корпорации Wonga (специализирующейся на микрозаймах под очень высокий процент — почти 1500% в годовом измерении; по состоянию на апрель 2016 года, кредит в размере £100 на срок семнадцать дней (средний срок кредита Wonga) предполагает погашение на общую сумму в £113,60. — Left.BY) решили отпраздновать свой 36% всплеск прибыли. Финансовые стервятники сегодня имеют богатую поживу: миллион семей ежемесячно не могут свести концы с концами, беря в долг у ростовщиков – тем разрешено взимать грабительские проценты, и люди вынуждены обращаться к ним, чтобы купить еду, заплатить за отопление, по ипотечным кредитам и арендную плату.

Полмиллиона человек зависят от продовольственной помощи, поскольку, как выяснила организация Energy Bill Revolution (инициатор гражданской кампании за «тёплые дома и более низкие счета» для населения. — Left.BY) в начале 2013 года, почти четверть семей сегодня вынуждены выбирать между покупкой еды и отоплением своих домов.

Поразительно, но в седьмой по богатству стране мира, Британии, бедные люди сегодня борются за то, чтобы прокормиться. Политики всех мастей постоянно проповедуют, что надо работать, но большинству бедных из Британии приходится работать не за хорошую жизнь, а за свою бедность. И хотя Великий кризис в первую очередь бьёт по тем, кто внизу, пандемия бессонных ночей из-за долгов, арендной платы и ипотеки отнимает нормальную жизнь у миллионов британцев.

Что могли бы предложить левые уже сейчас?

Если бы лейбористы имели множество смелых политических решений этого кризиса, то у нас не возник бы колоссальный вакуум, заполненный сплетнями и пересудами. Действительно, отсутствие ответов приносит еще худшие катастрофические последствия: гнев людей перенаправляется на иммигрантов, работников государственного сектора, безработных – на всех, кто не может постоять за себя. Однако масштабы кризиса таковы, что нужны радикальные решения, нужен решительный разрыв с рыночным консенсусом, установленным Маргарет ТЭТЧЕР: нужна новая благотворная волна социализма, которая даст и хлеб, и масло.

Начнем с того, что должны быть изменены законы, которые автоматически работают против профсоюзов. Профсоюзы могут стать крупнейшим демократическим движением в Великобритании – поскольку они представляют интересы более шести миллионов работников, но при этом СМИ обычно демонизируют их, изображая некими незаконными организациями. В последние несколько месяцев наблюдается ещё одна попытка изгнать их из политической жизни, — по явно надуманным предлогам. Но профсоюзы являются наиболее эффективным средством коллективной борьбы за повышение заработной платы и улучшение условий: их слабость и позволила заработной плате снижаться даже во время бума.

В период экономического кризиса 1930-х президент Франклин РУЗВЕЛЬТ – хотя он не был социалистом, прославлял профсоюзы именно по этой причине.

Если партия, созданная рабочим движением, этого не сделает, ей не место в политической жизни.

Необходимость повышения прожиточного минимума болезненно очевидна. Совершенно недопустимо, когда работающий человек не может вести образ жизни, достойный человека, а не животного.

Повышение прожиточного минимума приведёт к необходимости сокращения налоговых субсидий и поблажек для бизнеса. Это ещё и экономический стимул: после этого богатые не будут праздновать снижение налогов, отправляя деньги в оффшоры на Каймановых островах; бедные ведь не копят, а просто тратят все дополнительные деньги, что оживляет экономику, — из-за роста спроса.

Затем, у нас есть и жилищный кризис. Пять миллионов человек оказались в ловушке, застряв в списке очередников на получение социального жилья; миллионы зависят от произвола никем не регулируемых частных домовладельцев, многие из которых получают доходы от туристов, и им плевать на падение заработной платы. Согласно информации, полученной организацией Yes to Homes, если так пойдет и дальше, то арендная плата скоро будет пожирать до половины зарплаты.

Если местным властям позволят заниматься социальным строительством, то благодаря созданию рабочих мест и сокращению пособий на жилье это позволит реализовать мечту о собственном доме миллионам семей.

Британские родители тратят треть своих доходов на уход за детьми: ничего удивительного в том, что на то, чтобы вырастить ребенка в среднем нужно не менее 148 тысяч фунтов. Сравните это со Швецией, где расходы устанавливаются на уровне 3% дохода семьи, и все они могут наслаждаться прекрасным уровнем ухода за детьми, обеспеченным государством. Подобная система окупается за счёт повышения числа работающих женщин и повышения налоговых поступлений, пополняющих бюджет.

Бездумно приватизированные железные дороги стали непозволительной роскошью для массы людей, поскольку железнодорожные тарифы взлетели до небес. Вот почему лейбористская партия должна прислушаться к распространенному мнению и пересмотреть вопросы собственности, вернув государству активы, чтобы доходы работали на снижение цен на билеты, а не на пополнение банковских счетов руководителей.

Кроме того, с 2010 года счета за электроэнергию росли на 100 фунтов стерлингов в год, и четверть населения мирится с холодом в квартирах из-за финансовых проблем. Неудивительно, что 69% хотят энергию от ре-национализации энергосетей. Для лейбористов пришло время найти новую, демократическую форму общественной собственности, с участием конечных потребителей.

Конечно, нужно и больше радикализма. Почему бы не поучиться у Германии с её интервенционистской промышленной политикой, создавшей сотни тысяч рабочих мест благодаря использованию возобновляемых источников энергии, чтобы пополнить численность надежных, безопасных, хорошо оплачиваемых рабочих мест? Почему бы не ограничить процентные ставки ростовщиков и финансовых акул? Почему бы не превратить банки, проедающие общественные деньги в инвестиционные банки, восстанавливающие экономику?

Лейбористы не смогут победить на следующих выборах, просто указывая на то, что тори опустошили карманы электората. Это печальное положение никого не убедит. Избиратели должны верить, что лейбористская партия способна покончить с кризисом. А без успешной социальной политики, без социализма «хлеба с маслом», люди будут лишь озлобляться, отчего, несмотря ни на что, выиграет один лишь Кэмерон.

Перевод — Андрея МАКЛАКОВА.

Источник — ДиалогUA

By
@
backtotop